Лицо девушки (Белонна, кажется?) напоминало посмертную маску, в промежности комбинезона темнело расплывчатое пятно. В отличие от ходячих мертвецов, которых Лазарю уже приходилось видеть, Белонна ещё не умерла. Но была уже и не жива.
Роняя на землю последние капли топлива, обеспечивающего организм энергией, несчастная сделала ещё несколько шагов по поляне и остановилась. Потом ноги подкосились, она картинно взмахнула вверх уцелевшей рукой и упала на землю замертво.
Кипучую лесную тишину проткнул трезубец визга трёх обезумевших Ангелов.
2
Они бегом пересекли поляну и скрылись в чаще на другой стороне. Они бежали, ослеплённые страхом. Они бежали, не чуя под собой ног, не разбирая дороги. Вперёд, через ухабы и кочки, через колючие тернии шиповника. Вперёд, меж столбов «коренных» жителей леса: дубов, вязов, клёнов. Обувь будоражила разноцветный ковёр, сухой валежник хрустел под ступнями, его гибкие живые собратья царапали лицо, хватали за одежду.
– Как они… так быстро… нагнали?.. – Донган захлёбывался от натуги.
– Без понятия... Никогда не было… так быс… – Сету не хватило запасов воздуха договорить.
«Сегодня особый случай», – мысленно ответил обоим Лазарь. Делать это вслух казалось непозволительным расточительством по отношению к своим лёгким.
Но мозгам работать не запретишь. На самом деле, размышлял он, совершенно неважно «как» догнали. Намного важнее «почему» догнали. Почему именно сейчас? Лично для Лазаря ответ лежал на поверхности: второе свидание Дары и Ника приближалось. Из-за отсутствия связи с внешним миром можно было только гадать, что там действительно происходит, а потому увязать это с тем, что происходит здесь, тоже не удастся. Оставалось действовать по ситуации и пытаться разобраться хоть в чём-то сейчас.
Силы для внезапного рывка закончились так же быстро, как и появились. Порция живительного адреналина, вызванного шоком от увиденного, постепенно рассасывалась в крови. Спустя десять минут (в пылу погони они сбились с тропы) группе снова пришлось остановиться. На этот раз виновником оказался Сет. Парень на всём скаку споткнулся обо что-то и смачно шлёпнулся на землю, опрокинув вслед за собой Ладу.
Потом раздался такой душераздирающий крик, что у Лазаря не осталось сомнений – перелом ноги, не меньше!
В действительности всё оказалось ещё хуже.
– И как ты умудрился, старик... – склонив голову над Сетом, Донган внимательно разглядывал его.
Лада сидела на пухленькой заднице и недоуменно хлопала длинными ресницами.
Лазарь, Яника и Марс подошли ближе.
– Напоролся на что-то, – пробормотал Сет, кривясь от боли.
Из левого бока торчал кусок дерева, который Лазарь сначала принял за обломок ветки.
– Смотрите! – Марс указал на что-то, торчащее из земли. – Это подстава, смотрите!
Лазарь огляделся по сторонам и сразу понял, о чём он. Сета пронзила вовсе не ветка – это был старательно выглаженный ножом и заострённый с одного конца деревянный колышек, вбитый в землю. Точно такой же торчал рядом с ухабом, о который, судя по всему, предполагалось споткнуться. И чуть левее елового корня, узловатой петлёй выступавшего из почвы. И недалеко от большого мшистого камня, которому здесь явно было не место. Колья торчали повсюду. Они были рассеяны по земле, как по дну волчьей ямы, но только без ямы.
Что это – нелепое подобие минного поля, устроенного организаторами, или чья-то злая шутка? Лазарь склонялся ко второму варианту. Ни о каких рукотворных ловушках в брошюре не говорилось ни слова, это он прекрасно помнил. Только естественные природные препятствия.
– Что за дерьмо... – прошипел Сет.
Дрожащими руками он схватился за окровавленный колышек и попытался выдернуть его из себя. Ничего, кроме крика боли, из него не вышло – колышек накрепко засел между рёбер.
– Не трогай, – посоветовала Яника. – Потом кровь не остановим.
– Охотники частенько делают себе оружие из подручных средств. Дубинки, копья, – проговорил Донган. Он выдернул из земли соседний колышек и с задумчивым видом попробовал остриё кончиком пальца. – Случалось даже, что луки. А некоторые «подмазывали» конвоиров и проносил с собой огнестрел. Но чтоб такое…
Идея с охотниками казалась Лазарю малоубедительной. Слишком уж близко от старта.
– Это точно не наши охотники, – сказал он. – Разве что они стартовали с другого конца полосы месяца эдак за три до нас.
– Что за херня такая! – в отчаянии закричал Сет. На глаза навернулись слёзы. Он одичал от боли, но больше – от нелепости ситуации, грозившей обернуться для него катастрофой. – Такого никогда раньше не случалось!
«Сегодня особый случай», – повторил Лазарь, и снова мысленно. Озвучивать это теперь было бы слишком жестоко.
– Если это не охотники, тогда кто? – плаксивым полушёпотом спросила Хеспия, прижимаясь к лже-Сенсору правым боком. Жестокость охотников, обрушившаяся на неё за последние двадцать минут кровавым дождём, заставила на время позабыть, кто на чьей стороне.
– Думаю, это «другие», – сказал Лазарь, охваченный внезапной догадкой. Метафора получилась непонятой – лица союзников выражали недоумение. – Вы что, сериалов не смотрите? «Другие» – те, кто были здесь до нас. Те, кто блуждают в этих дебрях ещё с первых «Марафонов» и давно превратились в коренных жителей. Игроки, забытые зрительской аудиторией. Их уже не выводят в эфир, ставки на них давно просрочены, а новых никто не делает. Не просрочено только их желание найти Алтарь.
– Автохтоны... – Хеспия как будто вспомнила о чём-то важном – прекрасное лицо вытянулось и напряглось. – Вечные игроки. Говорят, они обитают здесь так давно, что наизусть знают все «слепые» зоны видеокамер и умеют не попадаться в их объективы. Они выбросили свои комбинезоны, чтобы избавиться от радиомаячков. Они настоящие духи леса, – она посмотрела на Сета и добавила извиняющимся тоном: – Я всегда считала, в автохтоны записывают пропавших без вести на полосе, и это просто такая тонкая рекламная мистификация.
Сет издал какой-то странный звук: человеческий смешок напополам с утиным кряканьем.
– Реалистичная такая мистификация, – он ухватился одной рукой за деревянный кол, как за рычаг переключения передач, а другой за цепь, прикованную к стальному обручу на запястье. – Целое долбаное поле реалистичных мистификаций...
Все молчали, не зная, что сказать.
Потом Донган наклонился к Лазарю и прошептал:
– Его песенка спета, без вопросов. А будем и дальше торчать тут, как лохи, составим ему компанию.
Лазаря обдало горячим зловонием давно нечищенного рта.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
