Гэмбуку в исполнении Онти Таро
Поверив этим обходительным и энергичным людям, вожак поскакал прямо в темноту. Заметил ли он, проскакав достаточно много вперед, что ворота за ним захлопнулись? Тут с дерева донесся барабанный бой. Его подхватили барабанщики на других деревьях. До того как Мёги Таро успел собраться с мыслями, он со своим отрядом оказался в центре, окруженном несколькими шеренгами людей Коно. Под командованием Икэно Сёдзи и Онти Таро они натянули тетивы своих луков со стрелами. Ливень стрел налетел сразу с трех сторон. Разбойники попадали, пронзенные безжалостными наконечниками. Кто-то повернул назад, но путь им преграждали ворота и стоящие рядом наготове люди Коно. Забредшие в ловушку горцы оказались в безвыходном положении. Вперед вышел Икэно Сёдзи: «Жалкие плуты! Ну-ка, подставляйте головы для заслуженного удара! Знайте, что с вами говорит Икэно Сёдзи, служащий рото у сюзерена Огури по имени Кодзиро Сукэсигэ, признанного даймё сотнями тысяч коку. Позволим банде сдаться и подвергнуться казни». На такое вежливое приглашение существовал один-единственный ответ. Мёги Таро медленно выехал вперед. Он прославился искусным владением пикой. Он достаточно долго руководил людьми и знал, что оборона Коно зависит от этих командиров. Против этого горца с длинным оружием Сёдзи располагал одним только мечом. Он ловко отражал нападения, которые Мёги организовывал тоже умело. Сёдзи никак не получалось приблизиться к противнику на опасное для него расстояние. Его жизни угрожала великая опасность. Тогда в дело вступил Онти Таро. Он вооружился длинным железным шестом, другого оружия он не признавал. Вид нового противника вызвал у Мёги усмешку. С этим обнаженным пареньком он разберется быстро. Он без труда зарубит Таро; но Таро был молодым. Острым краем алебарды он коснулся макушки его головы. Еще до того, как Мёги успел восстановить защитную позу, юноша железным шестом перебил ноги лошади под разбойником. Через минуту в свете факелов людей Коно Сёдзи держал в руках голову своего противника. На этом битва завершилась. Разбойники взмолились о пощаде. Люди Коно их всех порубили мечами. В живых никого не оставили; через запертые ворота не ушел никто.
Со стороны горы защитники усадьбы добились такого же успеха. Абукума Дзюбёэ смог придерживаться согласованной скорости движения по реке и по берегу. Он тоже поверил услужливому Таросаку, утверждавшему, будто Коно потерял бдительность. К тому же перед ним шел Мёги Таро. Подскакав к садовой изгороди, он взглянул через нее внутрь двора. В поместье со стороны, выходящей на реку, можно было услышать приглушенные и разрозненные крики. Мёги Таро явно его поджидал. Этот алчный паренек добивался доверия и заслужил его. Только вот пограбить ему еще не удалось, но очень хотелось. Такого желания не скроешь. По его команде разбойники его отряда толпой полезли через стену в узкое пространство усадьбы. Они бросились в сторону сонного дома с намерением ворваться внутрь, вырезать там оставшихся обитателей, стоящих на коленях в темноте в ожидании прихода разбойников. Но у парадного входа их встречал сам Мёги Таро. Амадо, ставень или щит, находящийся в руках людей Коно, с треском полетел в сад. Из темноты дома в нападавших залпами полетели стрелы. Люди Коно не стали ждать нападения, а сами заполнили сад, встав между стеной и разбойниками, перекрыв последним путь для отхода. В ярости Дзюбёэ погнал своих людей вперед. Этот недалекий человек даже не подумал о спасении своей шкуры, когда возглавил штурм дома. Узнав стоявших на рока Яманэко и Ямаитати, он издал крик радости. Тут пригодился подошедший отряд Мёги Таро. Его мерзавцы пытались прорвать окружение и скрыться на горе. Он прокричал своей банде ободряющие слова. Но вперед с обнаженными мечами вышли Хёсукэ и Дайхатиро. Хёсукэ выступил с воззванием. «К вам обращается Гото Хёсукэ, служащий каро у сюзерена Огури по имени Кодзиро Сукэсигэ, признанного даймё сотнями тысяч коку. Его в бою сопровождает родной брат Дайхатиро. Глупец, подставь свою голову для заслуженного наказания. Время твоего преступного разгула закончилось. Тебя и твою банду привели сюда, чтобы лишить жизни». Он рванулся вперед, Дайхатиро последовал его примеру. Абукума Дзюбёэ был человеком крупного телосложения. Его кираса, сшитая из железных пластин с помощью светло-зеленых ниток (моэги), в свете факелов ликующих людей Коно выглядела того же цвета, что и его испуганное лицо. Дайхатиро мрачно отступил в сторону. Хёсукэ пошел вперед, но на рожон не лез. Противник яростно взмахнул алебардой, Хёсукэ уклонился. Второй и третий удар тоже ушли мимо цели. Потом Хёсукэ изловчился и разрубил древко пополам. «Вай!» Абукума Дзюбёэ резко отступил, чтобы перевести дух и вытащить свой меч. При этом он оступился. Взмахнул руками вверх. И в следующий момент осел на землю, разрубленный от плеча до бедра. С возмущением Хёсукэ заметил, как через стену сбежало несколько разбойников. «Поймайте их! – приказал он. – Они предупредят величайшего из негодяев – этого самого Кудзурю. Без его головы наша задача выполненной до конца считаться не может».
Кудзурю со своим отрядом наконец-то достиг края поляны. С самого начала его поход ознаменовался неприятностью. Братья Казама на веслах при спуске по реке проявили себя трусами и слишком осторожными людьми. Он едва взобрался в седло, как у его лошади ослабла подпруга, и Кудзурю рухнул на землю. С испорченным настроением он поскакал через лес. Разрозненные крики послужили для него предупреждением о происходящей схватке, однако строения и стена стояли темными и молчаливыми – никакого признака света, никаких указаний на то, что где-то впереди идет бой. Озадаченный и терзаемый подозрениями, он остановился. Тут показались две или три фигуры покалеченных мужчин, с трудом пробирающихся через лес. В них он узнал своих разбойников. Услышав их рассказ, он пришел в ярость и очень испугался. В рото Огури он видел грозных противников. Он засомневался: стоит ли без промедления ретироваться в свою крепость или попытаться отомстить обитателям дома Коно. С одной стороны ответ на его сомнения принес отряд Коно под командованием Икэно Сёдзи и Онти Таро, выскочивший из ворот. Практически одновременно появились люди Коно, возглавляемые Ситиносукэ. В темноте леса определить их скромную численность было невозможно. С большей частью этого отряда Хёсукэ и Дайхатиро в лихорадочной спешке ушли в сторону крепости, чтобы встретить там дезертиров. Главарь вполне мог скрыться, если бы не его телохранители. Он принял решение спасаться бегством. По крикам своих людей, уже падавших под стрелами людей Коно и пытавшихся укрыться в лесу, он понял, что враг зашел с флангов и тыла. Он собрался прорваться сквозь них на коне. Но тут в дело вмешались братья Казама. С боевым криком они обнажили свои мечи. «Здесь стоят братья Казама Дзиро и Хатиро, служащие рото у сюзерена Огури по имени Кодзиро Сукэсигэ, признанного даймё сотнями тысяч коку. Кудзурю-доно ничего не остается, кроме как склонить голову и получить завершающий удар. Мы предлагаем более гуманную смерть, чем та, что ждет нашего врага, но она как раз подходит для того, кто служил сюзеренам Нитта». Казама Дзиро сказал правду. Кудзурю Куро на самом деле звали Икэгами Хатиро Уэмон Тамэкуни, он служил в качестве кэраи у Садакаты, приходившегося сыном прославленному Ёсимунэ, но он проявил большое упорство в движении сопротивления властям Камакуры. В таком интересном качестве на протяжении многих лет он служил дому своего сюзерена. После кончины последнего в Ситиригахаме он стал во всех смыслах ронином. Его имя человека, прожившего в роскоши и мятежах, присвоили горе с сомнительным названием (мэгуро). Теперь ему пришел конец. Медленно, даже как-то неохотно он поскакал вперед. Разгорячившись для боя, он яростно заработал алебардой, которая вертелась, как крыло ветряной мельницы. Но его противник человек по имени Казама Дзиро, отличался совершенным владением искусством фехтования. В подходящий момент отсеченный клинок упал на землю. Казама Хатиро сверг коня и всадника на землю ударом, перебившим передние ноги зверю. Как только Кудзурю Куро покатился по земле, Дзиро прыгнул на него и поднялся с его головой в руках. Перебив главарей разбойников, рото Огури встали в сторонке и наблюдали за работой людей Коно неподалеку. Здесь разбойников не ловили. Они бросили бежать в темноту, и многие скрылись в сторону своего пристанища в горной крепости. С мрачными улыбками Огури руководили преследованием.
