ферухимиков. Можно как-то увеличить число металлорожденных? Ведь у всех людей есть зерно этих талантов, заложенное Охранителем?
– Не знаю, – прошептал Сэйзед.
– Врешь?
– Я хотя бы раз обманывал тебя, старый друг? – Сэйзед открыл глаза и посмотрел на Кельсера этими бездонными окнами в бесконечность.
– Я буду защищать людей, – заявил Кельсер. – Во что бы то ни стало. Пообещай, что мне не придется защищать их от тебя.
– А это, друг мой, зависит только от тебя, – ответил Сэйзед.
Ранетт
Спустя шесть месяцев после взрыва
Медовый месяц Ранетт сложился просто ужасно. Она расслаблялась, читала книжки и осматривала малвийские достопримечательности. Ни одного пистолета в руках не держала. Ей даже едва позволяли чертить схемы для новых разработок.
– Все ради тебя, – ворчливо сказала она Джекси, когда такси подъезжало к их дому в Эленделе.
– Тебе же понравилось. – Джекси игриво пихнула ее в бок. – Не притворяйся, что нет.
– Развлечения быстро надоедают, – буркнула Ранетт.
– Зато ты освежилась, – ответила Джекси. – Подумай, сколько новых идей приходит в голову, когда не нужно постоянно беспокоиться о сроках и датах доставки!
– А мне нравится быть ограниченной в сроках, – парировала Ранетт.
Джекси посмотрела ей в глаза.
– Ну ладно, – признала Ранетт. – Это было не совсем ужасно. Местами даже приятно. Но страна чудна́я. Зря Вакс ее открыл. Тогда бы мы в Дикоземье поехали.
– В Дикоземье? – изумилась Джекси. – На медовый месяц?
– Тебе же нравится тот дурацкий ресторан? – пожала плечами Ранетт.
Джекси закатила глаза. Такси почему-то не остановилось у дома, а поехало дальше.
– Стоп. – Ранетт обернулась.
– Я хочу тебе кое-что показать, – объяснила Джекси.
– Только не говори, что это какое-то новое «развлечение». С меня пока хватит. Мне уже тошно от всех этих забав.
– Ты такая романтичная. – Джекси взяла ее за руку.
Ранетт фыркнула. Весь медовый месяц она старалась не портить настроение Джекси таким поведением. Она была милой, веселой и любезной.
Ладно. Пусть не любезной. Но не ворчливой. За редким исключением. Да и Южный Континент оказался вполне приятным местечком, несмотря на то что напряженность между государствами становилась сильнее. Ходили разговоры о запрете въезда для северян. Казалось, что туризм скоро окажется под табу.
В любом случае они вернулись домой. Теперь можно было и поныть. Так ведь работали отношения. Тяни-толкай. Она немного отдала. Теперь немного возьмет. Можно…
– Это еще что?! – воскликнула она, когда такси остановилось у ее мастерской. Небольшого здания на крошечном клочке земли, которое вдруг превратилось в громадное здание на крошечном клочке земли.
– Свадебный подарок, – ответила Джекси.
– Где ты на это деньги нашла? – Ранетт распахнула дверь и, спотыкаясь, выскочила наружу.
– Я и не находила. Это не от меня.
Ранетт оглянулась.
– Ко мне пришли милые люди, – объяснила Джекси, – и принесли деньги от Уэйна. После его… ну, сама понимаешь. Они сказали, чтобы я сделала тебе что-нибудь приятное, но Уэйн четко распорядился – «Ничего пошлого». Обновление твоей мастерской – его идея.
Ранетт не сдержала улыбку. Она сама дивилась тому, как скучала по Уэйну. Когда тот перестал к ней клеиться – удивительно, но люди были в состоянии избавиться от такой привычки, – они стали настоящими друзьями.
Разумеется, он покинул этот мир в результате самого невероятного взрыва в истории. Это немного утоляло печаль. Если уж тебе суждено умереть, то лучше так.
Она до сих пор размышляла, где бы добыть такой взрывчатки. С таким материалом можно было столько сконструировать…
– Он оставил записку, – сказала Джекси, передавая листок.
Эй, – написано было карандашом, – эти два парня в костюмах сказали, что я должен рассказать о своем решении в письменном виде, на всякий случай. Похоже, они считают, что моя работа «сопряжена с высоким риском». Я ответил, что если они продолжат заставлять меня заниматься всякой чепухой, то с высоким риском станет сопряжена уже их работа.
Однако… если ты это читаешь, то я, очевидно, помер. Зарыт в землю. Или сгорел заживо. Или меня сожрали с потрохами. Сам не знаю. В любом случае надеюсь, что виновата в этом Мараси, потому что она постоянно жалуется: мол, я ее без конца втягиваю в неприятности. Побыла бы она в моей шляпе!
Короче говоря, я хочу тебя поблагодарить. За то, что не выплеснула Уэйна вместе с Уэйном, понимаешь? Надеюсь, подарок тебе понравится. Построй что-нибудь крутое.
– Проклятье! – Ранетт опустила руки. – Я так скучаю по этому мелкому пакостнику.
– Ранетт, – Джекси с улыбкой прильнула к ней, держа за руку, – это было почти… мило.
– Я серьезно. Мне его не хватает. – Ранетт улыбнулась. – Где еще найдешь человека, в которого будет так же весело стрелять?
Ме-Лаан
Спустя девятнадцать месяцев после взрыва
Гонец летел над темным океаном Шейдсмара, слабо сияя.
Ме-Лаан сидела в лодке, державшейся на плаву благодаря светящейся субстанции, которая покрывала корпус. Тьма под ней напоминала жидкость, похожую на воду, но более вязкую. И – полностью прозрачную: если бы в нее упал человек, было бы видно, как он падает, и падает, и падает.
– Ты знаешь, кто на самом деле эти гонцы? – спросила Ме-Лаан.
– Инвестированные сущности, – ответила проводник, – которые чувствуют Связь и способны найти кого угодно где угодно.
– Это немного… пугает.
Проводник – Джан Вен – пожала плечами. У нее было четыре руки, молочно-белая кожа и огромные, рептильные, глаза. Белая шевелюра, волоски широкие, как травинки. Судя по всему, шо-дел встречались здесь редко, но превосходно знали местность. Поговаривали, дело в том, что они прямые потомки богов.
На конверте стоял штемпель «Серебросветской торговой компании». Внутри лежала записка от Гармонии. Краткая и, по существу, сочувственная. Уэйн спас город от взрыва. И погиб в процессе.
У Ме-Лаан перехватило дыхание. Она задрожала.
Ржавь. Она ведь думала, что не такая. Бессмертная. Невозмутимая. Почему она не может быть как все?
Она знала, что больше никогда его не увидит. Но так? Ей хотелось, чтобы он кого-нибудь встретил. Для его же блага. И если честно, для ее блага тоже. Потому что он заставил ее забыть, кем она была. С ним мир был гораздо интереснее, и от этого она теряла голову.
Погиб? Он…
Это планировалось как короткая интрижка. Просто бытие бессмертной давалось ей отвратительно. Ме-Лаан сложила письмо и аккуратно убрала в карман сюртука.
– Плохие новости? – спросила Джан Вен, медленно гребя в бескрайней темноте.
– Да, – прошептала Ме-Лаан.
– Хочешь повременить с высадкой?
Ме-Лаан повернулась. Впереди уже маячила земля. Огни казались живее привычного холодного сияния этого загадочного места. Там столпились люди в странных одеяниях, многие – с необычными рыжими волосами. Они заблудились.
Ее заданием было спасти этих людей.
– Нет. – Ме-Лаан поднялась. – Работа есть работа.
В
