помощью сущности, достигнув поистине сверхчеловеческого могущества.
И даже тогда он мог удвоить… даже утроить свои физические способности с помощью теней.
«Безумие!»
Санни сделал глубокий вдох, затем молча напряг мышцы, чувствуя, как новая сила течет по его венам. Он чувствовал себя… невероятным. Невероятно сильным, невероятно быстрым, невероятно выносливым.
Но это было еще не все.
Емкость обоих Теневых Ядер также резко возросла, почти удвоившись за несколько секунд. Таким образом, запасы теневой сущности стали намного больше.
Это означало, что он мог дольше сражаться в своей пиковой форме, больше использовать активные улучшения своих Воспоминаний, оставаться в форме тени большее количество времени, управлять своими тенями на большом расстоянии и перемещаться дальше, используя Теневой Шаг.
Короче говоря… Санни стал еще более грозным.
Медленно привыкая к своему новому и улучшенному телосложению, он не мог не улыбнуться.
Теперь, когда он наконец-то воспользовался чудесными монетами, его предыдущая катастрофическая экспедиция предстала перед ним во всей красе. Несмотря на то, сколько ему пришлось пережить и как близко он был к смерти, все это стоило того.
Его целью было стать сильнее, и Санни только что сделал большой шаг к этой цели.
…Это было приятно.
Пока Санни был поглощен триумфальными мыслями, его взгляд упал на обсидиановый нож, лежавший на алтаре.
Он задержался на некоторое время, затем осторожно протянул руку и коснулся холодной каменной рукоятки.
«Сработает ли это?»
Этот нож оставался на алтаре Святилища столько же, сколько там жили люди. Практически каждый Пробужденный, когда-либо ступавший в Цитадель, хотя бы раз пытался поднять его с белой поверхности… в том числе и Санни.
Но никому из них это не удавалось. Нож, казалось, весил больше, чем весь остров, словно приклеенный к алтарю. Сколько бы люди ни пытались, никому не удавалось сдвинуть его хотя бы на миллиметр.
Однако, когда Санни впервые использовал чудесные монеты, он, кажется, заметил, что обсидиановый нож немного сдвинулся с места.
Поэтому… он сделал вывод, что если положить на алтарь достаточно монет, то нож может отделиться от него и упасть ему в руки.
Затаив дыхание, Санни обхватил пальцами рукоять.
«…Ну что, ничего не выйдет?»
Вложив всю свою силу в рывок, он попытался поднять обсидиановое лезвие с алтаря.
Нож, однако, не оказал никакого сопротивления. Он повел себя так же, как и любой нож, легко соскользнув с белого камня, отчего Санни потерял равновесие и безвольно упал на землю.
Поднявшись, он уставился на нож в своей руке дикими глазами. Затем он вздрогнул.
«Черт!»
Санни наполовину ожидал, что все Святилище внезапно погрузится в Низшее Небо, или что Врата перестанут функционировать. Поэтому он хотел лишь слегка приподнять нож, а затем опустить его обратно, если что-то пошло не так. Вместо этого он находился в нескольких шагах от алтаря, не имея возможности немедленно вернуться к нему.
…К счастью, ни одно из его опасений не сбылось.
Несмотря на то, что обсидиановый нож покинул свое обычное место на алтаре, остров казался в порядке. Все было так же, как и несколько секунд назад.
Он выдохнул с видимым облегчением.
«Что ж… хорошо. Я бы не хотел испортить жизнь всем здесь, на Скованных Островах»
Поднявшись на ноги, Санни посмотрел на обсидиановый нож. Казалось, он был вырезан из цельного куска черного камня, а его лезвие было отточено и отполировано. В том, как выглядел нож, не было ничего особенного. На самом деле, он казался немного грубым, почти примитивным.
Была также одна маленькая проблема.
Нож не превращался в Память.
«Ха…»
Санни ожидал, что он распадется на дождь искр и войдет в его ядро, как это делала Маска Ткача или как вели себя Осколки Памяти, когда их поднимал новый владелец. Мордрет упоминал нечто подобное, когда говорил о ноже слоновой кости в Ночном Храме.
Он сказал Санни, что нужно пролить кровь на черный алтарь, чтобы получить Воспоминание о клинке, лежащем на его поверхности.
Но обсидиановый нож ничего подобного не делал. Он просто остался в его руке, такой материальный и осязаемый, какой только можно себе представить.
Но что было еще более странно…
Вместо этого он увидел яркое сияние, словно нож был до краев наполнен сущностью души. И в этом сиянии была всего одна нить…
Но это была не та бесплотная нить.
Это была…
Санни нахмурился.
Нить Судьбы.
Одна Нить Судьбы была каким-то образом помещена внутрь обсидианового ножа и бесконечно складывалась сама на себя, а два ее конца соединялись, создавая идеальный, бесконечный круг.
Санни некоторое время смотрел на странную нить, а затем нахмурил брови.
«…Так, что же это такое?»
Глава 474. Правда должна быть сказана
Санни некоторое время изучал обсидиановый нож и пришел к выводу, что понятия не имеет, на что эта штука должна быть способна. Это была не Память, и у нее не было плетения, так что ни заклинание, ни его собственная способность воспринимать и немного понимать такие вещи не могли ему помочь.
Единственное, что Санни знал наверняка: кто-то вырвал нить из гобелена Судьбы и поместил ее внутрь ножа, сделав из нее круг… для какой-то таинственной цели.
Со всем остальным придётся повременить до следующей беседы с Мордретом. Потерянный принц должен был знать больше об обсидиановом ноже, ведь он, похоже, многое знал о Скованных Островах и их прошлом в целом.
Однако теперь Санни предстояло решить еще одну проблему…
Он должен был как-то объяснить исчезновение ножа клану Белого Пера.
Санни не сомневался, что не пройдет много времени, как они поймут, что это он взял его.
И после этого…
«Что делать, что делать…»
В конце концов, ему пришла в голову действительно безумная идея. Что-то, о чем он никогда бы даже не подумал в обычных обстоятельствах. Что-то, что противоречило самой его природе.
…Он пошел и рассказал Мастеру Роану правду.
Точнее, ту часть, которая имела отношение к чудесным монетам.
Посещение лагеря Белого Пера посреди ночи было немного странным, но, к счастью для него, старший мужчина не спал. Он готовился к выходу в патруль и поэтому встал рано, чтобы сделать необходимые приготовления.
После того как Санни закончил разговор, могучий всадник на грифоне некоторое время смотрел на него с недоуменным выражением лица. Затем он попросил взглянуть на нож.
Санни неохотно передал обсидиановый клинок и нервно наблюдал, как Мастер Роан осматривает его. Он очень надеялся, что клан Белого Пера не решит оставить его у себя… в этом случае Санни мало что мог сделать.
Наконец,
