операций в долине Гаронны. Рауль, граф д'Э, коннетабль Франции, и Луис де ла Серда Кастильский, один из самых способных капитанов, были вынуждены поспешить на юг, в Сентонж, чтобы удержать северный берег Жиронды. Они все еще находились там, когда Эдуард III высаживал свою армию во Фландрии. Невыносимое дополнительное бремя было наложено на ограниченные ресурсы французской короны в самый сложный момент войны. Переписка военных казначеев в Ажене говорит сама за себя: мучительные, часто повторяющиеся требования о предоставлении монеты, адресованные главным монетным дворам в Домм и Сен-Пурсен; ответы, что нет слитков, из которых можно было бы ее изготовить; срочные обращения к сборщикам и получателям доходов; предупреждения Ла Палю и командирам гарнизонов о том, что авансы для их людей не могут быть выплачены; обращение к ресурсам казначейства в Париже; молчание в ответ[574].
* * *
Эдуард III, раненный стрелой в бедро, оставался на борту Cog Thomas в течение двух недель после битвы при Слейсе и проводил свои Советы в надстройке на юте корабля. Якоб ван Артевелде и ведущие люди Гента прибыли к нему на лодке 30 июня, и между англичанами и фламандцами были выработаны основные направления предстоящей кампании. Достоверных данных о численности армии, находящейся в их распоряжении, не существует. По лучшим оценкам, которые можно сделать, Эдуард III имел при себе не более 2.000 английских солдат, из которых около двух третей были лучниками. Лошади, снаряжение и продовольствие были в дефиците, и их пришлось переправлять через море в течение следующих нескольких недель. Вместе с ними прибыло и некоторое подкрепление. Английский король рассчитывал на своих союзников. Он считал, что получит в свое распоряжение не менее 150.000 фламандцев в дополнение к армиям Англии и немецких княжеств. Эти цифры были сильно завышены, но несомненно, что Эдуард III действительно имел под своим командованием очень большие силы, даже если основная их часть была наспех набрана на улицах промышленных городов Фландрии и была не обучена, неопытна и не оснащена.
Главная опасность, как казалось людям, собравшимся на борту Cog Thomas, заключалась в том, что пока они будут пробиваться во Францию занимая город за городом в долине Шельды, французская армия обойдет их с фланга и захватит Фландрию. Этому опасению способствовало известие о том, что через несколько дней после битвы при Слейсе очень крупные французские силы начали собираться в Артуа. Поэтому было решено разделить союзные войска на две отдельные армии. Большая армия под личным командованием Эдуарда III должна была двинуться в долину Шельды и осадить Турне в соответствии с планами, разработанными в январе. Вторая армия должна была собраться в южной Фландрии и атаковать Сент-Омер на западе Артуа. Возможно, что эта армия в случае победы должна была пойти дальше и захватить Кале, давнее стремление фламандцев и очевидную цель для англичан. Командующим этой армии Эдуард III назначил Роберта д'Артуа — решение, принятое в последний момент и неожиданное даже для самого Роберта, который оставил в Англии большую часть своих лошадей, снаряжения и слуг. Причины назначения были политическими. Эдуард III все еще был убежден, что в Артуа у Роберта много сторонников, которые поддержат его лично. Тем не менее, это было неудачное решение. Правда заключалась в том, что у Роберта в Артуа не было никаких сторонников. Он был пожилым человеком, полным воспоминаний и иллюзий. Как полководец он был храбр, но некомпетентен. Он должен был взять с собой большую часть английских лучников, все отряды немецких князей и 5.000 человек из южной Фландрии, включая отряды из Брюгге и Ипра. Сам Эдуард III готовился идти на Турне с английскими латниками, численностью около 1.000 человек, и 10.000 человек из Гента и северной Фландрии. На северном, как и на южном фронте, английский король стал главным действующим лицом в гражданской войне во Франции[575].
План кампании Филиппа VI был разумно задуман, но плохо выполнен. Как только он узнал о результатах битвы при Слейсе, он отрядил 4.000 человек для Камбре и продолжения набегов в южном Эно. Остальная часть французской армии двинулась на запад в Артуа. 4 июля 1340 года на севере Франции был объявлен арьер-бан для Артуа. Каждой французской общине было предложено отправить своих мужчин призывного возраста в Аррас до конца месяца или выплатить вместо них деньги. 6 июля Филипп VI сам прибыл в Аррас и организовал там свой штаб. Аррас был центром системы дорог северо-запада, из которого можно было наблюдать за всем 80-мильным участком между Кале и Камбре. Оборонительные мероприятия французов были грозными. Их полевая армия, которая с мая вела бои в Эно и Камбре, расположилась лагерем на равнине к северу от Арраса вдоль дороги на Ланс, которая намного позже стала одним из величайших полей сражений Первой мировой войны. Подкрепления увеличили численность армии до 24.000 человек в течение июля. Семь восьмых этих людей были конными латниками — удивительно высокая доля, которая давала французам преимущество в мобильности и подготовке над своими противниками, но делала их весьма слабо управляемой силой на поле боя. Вдоль границ Фландрии и западного Эно были размещены сильные гарнизоны в Эре, Сен-Венан, Лилле, Дуэ, Мортань, Сент-Аман и Камбре. Кроме того, герцог Бургундский в качестве правителя Артуа держал собственные гарнизоны в западном и прибрежном секторе границы[576].
Французы не ожидали нападения на Сент-Омер. Но медленная подготовка к походу Эдуарда III дала им достаточно предупреждений о готовящемся нападении. Примерно 15 июля герцог Бургундский вошел в город с несколькими тысячами войска и приступил к разрушению пригородов[577]. Роберт д'Артуа все еще находился в 15 милях от города в Касселе, ведя переговоры со своими войсками. Их было недостаточно: возможно, 1.000 английских лучников под командованием сэра Томаса, барона Угтреда, и от 10.000 до 15.000 фламандцев — менее трети от ожидаемого числа. Их боевой дух был низким, а дисциплина — слабой. Большинство из них были выходцами из небольших городов южной Фландрии, и у них не было причин разделять политические амбиции Гента и Артевелде. Они больше беспокоились о безопасности своих домов и совсем не были убеждены, что нападение — лучшая форма защиты. Роберт уговаривал их. У него были друзья, сказал он, которые прислали ему письменные обещания поддержки. Они откроют ворота при его появлении. Все закончится очень быстро. Примерно 16 июля 1340 года армия Роберта достигла грязного рва между реками Лисом и Аа, который обозначал границу, и в беспорядке перешла в графство Артуа. Некоторые продвигались вперед небольшими группами, но были отрезаны и перебиты французами. Другие оставались позади, чтобы грабить и жечь. Большая часть дня была потрачена на разрушение города Арк, в то время как в миле от него граф Арманьяк провел свежие войска в
