умереть, остался служить в армии. Он много писал об Анами и делился своими воспоминаниями о его деятельности на посту военного министра с офицерами — выпускниками Сил самообороны.
Такэсита, сын генерала армии, сам стал генералом и служил в Силах самообороны. Был ректором командно-штабного колледжа, расположенного на историческом месте, там, где во время войны в Итигая был Генеральный штаб Императорской армии.
Подполковник Ида-Ивата во время встречи с журналистами сказал, что, оглядываясь в прошлое, он более чем когда-либо убежден в том, что, не будь бомбардировок Хиросимы и Нагасаки и советского наступления, военные могли бы успешно выступить против заявления о капитуляции и продолжить войну. Он также заявил, что искренне убежден в том, что предпринятые им действия были правильными.
Западного наблюдателя шокирует тот факт, что те люди, которые выступили против императора, военного министра, начальника Генерального штаба армии и своих старших офицеров, те, кто спланировал заговор и участвовал в нем, остались живы и на свободе. Более того, процветали и занимали важное положение в обществе.
Ответ, почему власти якобы попустительствовали этим людям, довольно прост. Для японцев вопрос мотивации более важен, чем чисто техническое признание юридической вины человека, бросившего вызов власти, вне зависимости от ее тяжести. «Это был поступок пылких юношей», — скажет один японец. «В конце концов, их намерением было принести благо своей стране», — скажет другой. «Поскольку они потерпели неудачу, а урон, причиненный ими, незначителен, зачем беспокоиться об их поступке? Времена изменились», — произнесет третий. Эти взгляды типичны.
Япония изменилась. И бывшие заговорщики изменились со временем. В деловой повседневной жизни самой процветающей и передовой страны Азии они незаметно отошли на задний план.
Из тех, кто сражался за власть в решающие последние дни империи, большая часть воссоединилась со своими предками.
Хисацунэ Сакомидзу, правая рука премьер-министра Судзуки, пережил войну довольно благополучно. Человека его ума и политического опыта могло ожидать блестящее будущее. К тому же его родственником был адмирал Окада.
На последнем заседании своего правительства премьер Судзуки согласно принятой процедуре назначил в палату пэров людей, которые, по мнению премьера, оказали значительные услуги нации. Таковых было пятеро. Среди них Сигэмицу и Сакомидзу. Члены правительства одобрили кандидатуры единогласно. Но такое почетное место без власти было не для деятельного молодого бюрократа. Он отказался от места в палате пэров, выдвинул свою кандидатуру в парламент и был избран.
Сакомидзу сыграл важную роль в истории Японии. Возможно, он был первым, кто рассказал о «секретной истории» конца войны. Его воспоминания начали публиковаться в периодическом издании вскоре после войны, а позднее вышли в книжном формате. Он был также автором многих статей по данной проблематике.
А какова была судьба Кидо? Возможно, маркиз Коити Кидо был одной из самых сложных и противоречивых фигур Японии. Выходец из аристократической семьи и ближайшее доверенное лицо императора, он более пяти лет исполнял обязанности лорда-хранителя печати. (Эту должность и все дворцовые титулы и пэрство союзники упразднили одними из первых.) Надо сказать, что мнения о его деятельности на посту хранителя печати сильно расходятся.
Хирохито, например, высказал ему 27 августа 1945 года свою глубокую благодарность и уважение. Кидо позвонил министр императорского двора Исивата, его «соузник» во время попытки государственного переворота двумя неделями ранее. Это был официальный звонок. Исивата должен был сообщить ему о решении императора наградить Кидо за его службу. Ему полагалось получить 20 тысяч йен, коробку консервов и бочонок первоклассного виски. Хотя в его дневнике не упоминается о его реакции на такой подарок, мы можем предположить, что хранитель печати «проникся благоговением и трепетом», что было его обычным ответом на любую инициативу императора.
Победители обвинили Кидо в военных преступлениях, в том, что он использовал все свое влияние, чтобы поддержать партию войны. В обвинительном акте было 54 пункта, на четыре больше, чем у Тодзё. Однако хранитель печати был оправдан по всем пунктам обвинения в военных преступлениях, но обвинен по другим статьям и приговорен к пожизненному заключению.
Суровый приговор, вынесенный побежденному врагу? Судите сами.
«Коноэ и Кидо… не льстили военным, но заключили союз с ними. Военные использовали их как подсадную утку, чтобы заманить людей в ловушку…Слабым местом Кидо было, что он не привлекал умных людей для обсуждения важных вопросов. Он был не из тех, кто по зрелом размышлении начинает быстро действовать. Он постоянно вмешивался в работу правительства, особенно в подбор кадров для администрации, что отличало его от предыдущих лордов-хранителей печати. Он поистине изолировал императора от народа. Ему не удалось сохранить конфиденциальность при формировании кабинета Тодзё… Кидо превратился в единственного советника императора. Ему следовало бы обеспечить беспрепятственный доступ к императору выдающимся государственным деятелям. Даже братьям императора редко предоставлялась возможность поговорить с ним по душам… Кидо препятствовал свободному общению императора с людьми. Он забрал себе слишком много власти… Ему было необходимо внимательно следить за формированием кабинета Тодзё (вместо этого он поддержал Тодзё и рекомендовал императору назначить его премьер-министром, потому что «Тодзё мог контролировать военных»).
Откуда взято подобное утверждение? Современник Кидо, известный бывший редактор «Асахи» и министр информации Кайнан Симомура упомянул об этом в своей книге «Тайная история конца войны».
Кидо закончил свою пространную речь перед судом над военными преступниками таким заявлением: «Я был глубоко удовлетворен тем, что при моем посредничестве было спасено 20 миллионов моих невиновных соотечественников от ужасов войны и предотвращена гибель десятков миллионов американцев, если бы Япония продолжила сражаться до трагического конца… Мое единственное утешение — это то, что в конце войны я сделал все возможное, получив благословение императора, чтобы не дать японским островам превратиться в поле битвы и спасти жизни миллионам японцев».
Невозможно отрицать ключевую роль Кидо. То, что война окончилась только благодаря ему, совсем другой вопрос. Так или иначе, но он был приговорен к пожизненному заключению и посажен в тюрьму Сугамо. Япония тем временем освободилась от оккупации и стала снова свободной и независимой страной. В 1956 году Кидо был освобожден. С этих пор он жил тихо, часто встречался со старыми друзьями. Его дневники — это тысячи страниц текста, относящегося к периоду 1931–1945 годов, — были опубликованы в Японии.
Когда вооруженные силы союзников высадились в Японии, усилились опасения среди ведущих государственных деятелей страны по поводу дальнейшей судьбы императора. Было понятно, что наиболее известные японские политики могут быть арестованы и предстать перед судом за военные преступления. Неужели и к императору могло быть проявлено столь вопиющее неуважение?
Не было тайной, что русские, австралийцы и китайцы настаивали на
