Прокс им не мешал, ожидая окончания кровавого пира. Среди поверженных эвбереев слышались вопли и стоны. Впавшие в ярость птички действовали быстро и безжалостно. Прижимая лапой с огромными когтями жертву, они вырывали куски плоти и закидывали их себе в горло, поедая по частям еще живого демона. Скоро на тропе остались только окровавленные ошметки, а пережравшие "петухи" вразвалочку убрались с дороги.
— Это было ужасное зрелище, — наконец выговорил старший носильщик. — До конца дней своих не забуду.
— С таким караванщиком ты недолго будешь это помнить, — ответил ему Прокс.
— Почему? — удивился краур.
— Сожрут тебя, — ответил Алеш и, оставив стоять опешившего носильщика, пошел вперед. За ним в полном молчании двинулся весь отряд.
Замок ордена Искореняющих. Недалеко от столицы Вангора
Курт Веймар, координатор сети синдиката в зоне карантина, сидел за большим овальным столом, вокруг расположились специалисты, которых он собрал для решения возникших проблем. Это было рискованно, вызванные могли посчитать проблемой самого Курта и решить ее так же, как он решил проблему Ремма. Но он был профессионал и отдавал себе отчет в том, что отвечать в конце концов придется ему, так зачем же усугублять и так сложную ситуацию.
— Гер Веймар, моя команда прибыла сюда не для того, чтобы решать вашу судьбу, — как будто прочитав его мысли, начал разговор старший из прибывших. — Мы решаем возникающие проблемы, и если окажется, что вы являетесь частью таковой, мы будем решать и ее.
Он говорил спокойно, неэмоционально, но тон его не оставлял сомнений: если он посчитает, что проблему создал Курт, то специалисты устранят и его.
— Общую картину мы уже поняли. Пропали имплантаты, появился одержимый и тоже пропал. Потом пропало все руководящее звено на Сивилле. Теперь вам будут задавать вопросы, а вы постарайтесь на них полнее ответить. Это в ваших интересах, — продолжил старший группы. Он даже не соизволил представиться.
— Скажите, гер Веймар, по вашему мнению, демон вселился в жертву и убил призывателей? — спросил один из сидящих.
— Так считал Ремм, который исследовал место призыва, — ответил Курт.
— Демон вселился в жертву, а куда делась оболочка самого демона?
— Сам демон телесно не появляется в круге призыва, появляется его энергетическая составляющая, или как ее еще называют — астральная проекция.
— Хорошо, он вселился в жертву и смог выйти из круга. Зачем он положил головы призывателей в круг призыва?
— Так он поглощает всю душу без остатка, — ответил Курт.
— Призыватели не сопротивлялись? — продолжал задавать вопросы тот же гость.
— Демон привел их в бесчувственное состояние.
— А что делает одержимый после?
— Он убивает, для поддержания жизни. Если он этого делать не будет, его астральный дух ослабнет и покинет тело, потом растворится в междумирье.
— Что известно по убийствам?
— Практически ничего. Только то, что отрядом нехейцев была уничтожена банда на тракте, — продолжил отвечать Веймар.
— От кого известно, что это были нехейцы? — спрашивал один и тот же.
— Об этом сообщил местный префект. Правда, он утверждал, что это сделал в одиночку несовершеннолетний сын нехейского барона. Но мы проверили место, там действовал отряд численностью не менее десяти бойцов. И была применена тактика нехейских дружинников.
— Вы проверили, проезжал ли по тракту в это время отряд нехейцев? — не отставал от Курта вопрошавший.
— Нет, в этом не было необходимости, — ответил Веймар.
— А разве одержимый не мог один перебить всю банду?
— Я этого утверждать не могу. Я не знаю всех возможностей одержимых. — Курт становился все мрачнее, ему задавали вопросы, на которые он сам хотел получить ответы и не успел.
— Гер Веймар, постарайтесь узнать, проезжал ли той весной отряд нехейцев по тракту. Это возможно сделать?
— Я думаю, да, не составит проблемы, — ответил координатор.
— Кроме того, навестите префекта и подробно расспросите его о том, что произошло с бандой, — сказал старший группы.
Веймар встал, слегка поклонился и вышел из комнаты.
— Каковы первые впечатления, господа? — После ухода координатора старший оглядел сидящих.
— Похоже на то, что кто-то из своих затеял собственную игру ради имплантатов. Подстроил призыв, устранение магов, потом убрал свидетелей и скрылся. Веймара водили за нос, — ответил один из прибывших.
— Возможно, но не похоже, что Курта можно водить за нос. Он убрал Ремма и проверил наличие имплантатов в его теле, — ответил главный. — Но эту версию тоже будем прорабатывать. Ты, Бруно, займешься этим направлением. Остальные опрашивают оставшихся в живых. За работу.
Провинция Азанар. Окрестности замка Ярри тан Шарду
Мы с Вироной притаились в небольшом лесочке недалеко от замка. Сам замок был виден как на ладони. Толстые каменные стены, вокруг которых вырыт ров, высокий донжон, крытый красной черепицей. Сразу было видно, за замком ухаживали: ров был хоть и без воды, но нигде не осыпался, на стенах ходили часовые, осматривая окрестности. Есть, наверное, и сигнальная сеть, предупреждающая о непрошеных гостях.
У меня уже сложилось определенное мнение о том, что представляет собой барон. Многое поведал его шпион по имени Зак.
Я смотрел на дорогу, которая огибала лесочек и вела к замку, была она наезжена и поддерживалась в хорошем состоянии. Где-то были уложены камни, через низины положены мостки из бревен. Мы ждали курьера от барона. А тот не торопился. Видно по всему, что такого расклада в своей авантюре Шарду не предполагал.
Благо дождя не было, даже проглядывало солнышко, и мы могли спокойно ждать. Вернее, я. Рона осматривала каждый куст вокруг.
— Смотри, Дар, ягодки черные, их можно есть?
— Можно, Рона, — ответил я, — только отравишься, — добавил через некоторое время и услышал громкое плевание у себя за спиной, а следом ругань девушки:
— Не мог сразу сказать, что ягоды несъедобные?
— А ты не спрашивала, съедобные они или нет, — повернулся я к ней.
Рона скорчила презрительную рожицу и показала язык.
— Вот уже язык почернел, — заметил я и отвернулся.
— А что это значит? — встревожилась девушка.
— Это значит — сок у ягод был черный. — Я не оборачивался.
— Это опасно? — В ее голосе была тревога.
— Посмотрим, — равнодушно ответил я. — Если не отвалится язык, то неопасно.
— А что надо сделать, чтобы он не отвалился? — Рона чуть не плакала.
— Болтать поменьше, — засмеялся я.
— Шутник, да? — обиделась она и замолчала.
Но долго сидеть в покое девушка не могла.
— А эти ягоды съедобные? — спросила она.
Я оглянулся и увидел ежевику, точно такую, какая росла у бабушки вдоль ограды.
— Съедобные, — ответил я и стал смотреть, как она запихивает их в рот. Глядя на это пиршество, я лучше стал понимать, как она умудрилась четыре раза пасти свиней. — Но козленком станешь, — не преминул добавить я.
Рона замерла с полным ртом ежевики. Но выплевывать не стала, прожевала и проглотила. По ее лицу можно было читать ее мысли, как если бы она говорила их вслух, мол, чего добру пропадать, коли все равно козой стану.
— Козленок — это кто? — Она взирала на меня с ненавистью.
— Рона, не смотри так на меня, не я тебе ягоды в рот запихивал. А козлик — это девушка с рогами и бородкой клинышком, а на ногах копыта.
— Я ночью заколю тебя рогами… Нет, я тебе отомщу до смерти, и сама умру. — Она начала всхлипывать. — Что я тебе сделала плохого, Дар?
— Рона, неужели ты не понимаешь простых вещей? У тебя нет магокаркаса. Как отразится на тебе продукт с магической составляющей, ты знаешь? Вот и я не знаю. Ты что-нибудь слышала о мутации? — Я смотрел на нее с укором. — Что говорит твой анализатор нейросети?
— Нет доступной информации, — ответила девушка. — У тебя есть противомутационный препарат? — Она смотрела на меня с надеждой.
