Немецкое командование увидело, что стоит перед катастрофой, и спешно перебрасывало от Паричей танковые, артиллерийские подразделения и полки мотопехоты. Настал час 105-го корпуса. Генерал Д. Ф. Алексеев как комкор держал в этом наступлении первый экзамен на зрелость, и он доказал, что мы не ошиблись, выдвинув его на эту должность. Дмитрий Федорович первый разгадал замысел немцев.
- Передайте Иванову, - докладывал он, - за фланг может быть спокойным. Навстречу немцам я вывел свой противотанковый резерв, дивизионную и полковую артиллерию, а также два стрелковых полка на автомашинах. Остальные части подойдут в пешем строю.
Стрелковые дивизии 105-го корпуса перекрыли паричской группировке все дороги на запад. По реке Березина врага блокировала Днепровская военная флотилия контр-адмирала В. В. Григорьева. В. В. Григорьев мой старый товарищ по тяжелым боям сорок первого года в Крыму. И вот теперь наша армия тесно взаимодействовала с его флотилией на Березине.
С кораблей бьет артиллерия. Бомбардировщики и штурмовики наносят удары по району Паричей, скоплениям вражеской техники, задерживают подход резервов противника в полосу наступления наших войск. Командующему фронтом было доложено: "Прорыв закреплен надежно. Танковый корпус, не встречая сильного сопротивления, идет к населенному пункту Брожа, обтекая с юга и запада бобруйский узел сопротивления".
Во второй половине дня, когда наблюдательный пункт нашей армии уже свертывался, чтобы перейти вперед, меня срочно позвали к телеграфному аппарату. "Лично доложите действительную обстановку перед фронтом армии. Жуков", - читала телеграфистка. Ответ; "Корпус Иванова прорвал оборону противника на фронте восемь километров. К 12.00 войска углубились на двенадцать километров. Корпус Панова введен. Ускоренный вариант первого дня наступления выполнен раньше намеченного срока". Снова читаю на ленте: "Этого не может быть. У Романенко и Горбатова пройдено всего два километра. Доложите точное расположение войск". Ответ: "Стрелковые дивизии корпуса Иванова вышли на рубеж Городец - Протасы. Танковый корпус ведет бой впереди в районе Брожа. Переношу свой командный пункт в Гомзу". Аппарат молчал. Наконец отстукал короткую фразу: "Приеду смотреть сам".
В 15.00 на НП в Гомзу приехали Жуков, Рокоссовский, Новиков. Только проскочили их машины, как артиллерия противника из Паричей накрыла участок дороги.
- У тебя тут жарко, Павел Иванович, - сказал Рокоссовский.
- Да, не безопасно, товарищ командующий. Советую не задерживаться.
- Никуда не поедем, - сказал Жуков. - Обедать будем. А пока докладывай, какие меры приняты против Паричей.
- Противник окружен. Наносим удар силами сто пятого корпуса при поддержке армейского танкового полка с задачей уничтожить окруженную группировку.
- Ну и прекрасно. Распоряжайся насчет обеда. Пришлось проявить оперативность. Однако все обедали наспех. Жуков дружески сказал командующему фронтом: "Оказывается, все же вы первыми подали нам руку помощи".
Незадолго перед началом Бобруйской операции представитель Ставки Верховного Главнокомандования Жуков избрал местом своего пребывания пункт на участке правой - северной - ударной группировки войск (3-я и 48-я армии). А командующий 1-м Белорусским фронтом Рокоссовский решил разместить свой командный пункт в районе действий войск левой - южной - ударной группировки (65-я, 28-я армии и конно-механизированная группа И. А. Плиева). Мы были свидетелями, как перед убытием на свои направления оба военачальника искренне желали друг другу успехов в предстоящем сражении за освобождение Белоруссии. При этом Жуков сказал Рокоссовскому: "Мы вам подадим руку помощи через Березину". На это командующий фронтом не менее убежденно ответил, что левая ударная группировка своими успехами облегчит выполнение боевой задачи правой, а не наоборот.
Наибольший успех в развитии наступления на бобруйском направлении действительно сопутствовал левой ударной группировке войск 1-го Белорусского фронта. Прибыв на новый командный пункт нашей армии в районе населенного пункта Гомза, Жуков не преминул засвидетельствовать этот факт. Мне не раз пришлось наблюдать совместную работу Г. К. Жукова и К. К. Рокоссовского по выполнению заданий Ставки Верховного Главнокомандования. Мы всегда видели исключительно дружную, целенаправленную и согласованную деятельность этих крупнейших наших военачальников. Главным и определяющим в их взаимоотношениях было высокое стремление к единой цели: к победе над сильным, коварным и свирепым врагом - германским фашизмом. Их отношения отличались глубоким взаимным уважением, искренними товарищескими чувствами.
Армия охватывала с тыла Бобруйск. К концу третьего дня наступления Донской танковый корпус уже вел бой на его западной окраине. Развивая успех, мы подбросили к городу на автомашинах 354-ю и 356-ю дивизии. Они обтекали Бобруйск с запада. Ближайшая цель 1-го Белорусского фронта в операции "Багратион" была достигнута. По плану Ставки предполагалось окружить бобруйскую группировку противника на восьмой день, войска решили эту задачу через трое суток. 27 июня 9-й танковый корпус, вырвавшись на северо-западную окраину города, замкнул бобруйское кольцо. С севера подошла 3-я армия генерала Горбатова, а с востока - части 48-й армии.
Как говорилось выше, по плану фронтовой операции сходящиеся удары армий нашего фронта должны былп сомкнуться у Осиповичей. Жизнь, опыт, а может быть и удача, внесли свои коррективы. Мы сошлись в Бобруйске. За него вели очень тяжелый бой Романенко и Горбатов, а с запада держали немцев в кольце танкисты Панова и почти весь наш 105-й корпус{27}. Перед нами на западе лежали Осиповичи. Путь открыт. Но у меня один корпус. И все-таки решено - идти. Осиповичи - важный железнодорожный узел, связывающий Бобруйск, Минск, Могилев, Слуцк. Здесь центр снабжения всей 9-й армии немцев. "Это было бы замечательно, - одобрил командующий наш замысел. - Раз вышли в тылы бобруйской группировки, действуйте решительнее. Но знайте, резервов не дам".
Иванов спланировал непосредственный удар на Осиповичи силами 37-й гвардейской и 69-й дивизий. Сплошного фронта обороны нет. Соединения действуют передовыми отрядами с танками 251-го армейского полка и орудиями истребительных дивизионов. Общая глубина удара почти 50 километров. В ночь на 27 июня передовой отряд гвардейцев вырвался к населенному пункту Глуша. Позади 25 километров. Но дальше продвинуться сразу не удалось. Немецкое командование бросило сюда части 129-й пехотной дивизии, тыловые подразделения 9-й армии, охранные войска. Гвардейцы приняли встречный удар и продержались до подхода главных сил своей дивизии. Немцы стали в оборону. Утром 27 июня Иванов доложил: "С рассветом дивизия Ушакова развернулась под Глушей и коротким ударом рассекла боевые порядки немцев. В образовавшуюся брешь снова введен передовой отряд".
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
