– Я плачу от радости, – все еще прижимаясь к демонице, умягчено откликнулась молодая женщина. Засим она резко подалась вспять, и, отстранившись от рани, вопросила, – а ты Огню не говорила?
– Нет, госпожа, никому не говорила. Вы о том ему сами скажите, порадуете, – тотчас ответила Кали-Даруга.
И немедля вытерла мокрые от слез щечки Владелины тонким, мягким ручником, что взяла с круглого хрустального столика, у коего значимо изгибалась по краю поверхность столешницы, украшенная мелким розовым жемчугом.
В целом Кали-Даруга не обманывала девушку. Поелику о том, что она ждет ребенка поколь знала одна рани Черных Каликамов. Одначе, о том, что этот ребенок должен появится во чреве ведали и Боги, и белоглазые альвы. Так как произошедшее случилось лишь с разрешения рани демониц. И случилось, потому как Владу сызнова на хуруле обследовали бесицы-трясавицы, осмотрела Травница Пречудная и разрешили понести. Посему Огнь во время близости и подарил девушке ту особую клетку-семя, из оного должен был появиться ребенок, гены коего не имели ничего божественного, а несли в себе всего-навсе человеческие коды. Впрочем, данные коды обладали особыми качествами и впитывая генетику Влады не допускали какой-либо мутации собственной плоти.
Кали-Даруга сразу приметила, что девушка понесла. Обаче, ведая, что ее хрупкость, слабость здоровьем может привести к скорой гибели, уже с того самого первого мига, как Огнь даровал зачаток, принялась поить госпожу особой вытяжкой, которая, одновременно, сохраняя силы в матери, не давала крепости зародышу. Рани знала, что такая опытная повитуха, как Чаровница Благосклонная мгновенно определит слабое состояние плода и запретит ей поить госпожу вытяжкой. Потому всеми силами, своей властностью и гневливым взором старалась Кали-Даруга отодвинуть встречу Влады и альвинки и тем самым обеспечить крепость самой матери, хотя бы на первых порах. Да только ее желание уловили не только альвы, ожидающие беременности Владелины, и для того снабженные Господом Першим особыми полномочиями, но и сам Огнь ощутивший при последней встрече, что зачаток прижился в плоти. И вчера вельми в строгой форме напомнил Кали-Даруги о ее обещании старшему Димургу помочь выносить девочке и родить столь надобного для всех Зиждителей ребенка. По этой причине и была вызвана Чаровница Благосклонная, оно как существующее состояние молодой женщины скрывать ни от нее самой, ни от иных было уже неможным.
В комнату к Владе бесшумно вошла, точно впорхнула, Чаровница Благосклонная самая худенькая из представителей своего племени со светло-русыми, почти белыми волосами, похоже присыпанными сверху крупинками белесой изморози и убранными в широкую косу в виде ракушки, удлиняющую, и без того яйцеподобную голову. Сподвижница царицы обряженная в голубое обтягивающее одеяние низко склонилась перед госпожой и демоницей, а после, испрямившись, нежно воззрилась на первую. В ее белых очах тонкие золотые волоконца ноне скручиваясь по спирали, создавая два отдельных струящихся потока. Рани Черных Каликамов наново обняла госпожу, тесно прижав к груди, вероятно, тем стараясь уберечь от власти альвов, и недовольно пророкотала:
– Сколько можно звать? Было велено еще вчера вечером прийти.
– Вчера вечером у жены Граба, Тамилы, были роды, – очень тихо отозвалась Чаровница Благосклонная, стараясь тем трепетным переливом голоса снять недовольство демоницы. – Вельми сложные, ибо родилось сразу две девочки.
– Ух, ты! – радостно дыхнула Влада и звонко засмеявшись, вздев голову, зыркнула в лицо рани. – К двум старшим мальчикам еще две девочки. Как славно?! Правда, Кали?
– Да, моя дорогая госпожа, – нежно отозвалась Кали-Даруга и с теплотой провела перстами одной из правых рук по лбу, носику и губам молодой женщины. Еще миг она любовалась ей, а после дюже жестко добавила, обращая ту молвь в сторону альвинки, – и ты считаешь это событие важнее того, что мои служки тебе озвучили?
– Нет, нет, рани Темная Кали-Даруга, – торопливо проронила Чаровница Благосклонная, и, сделав широкий шаг вперед, неотрывно и весьма уважительно уставилась на стоящую вполоборота демоницу. – Просто я припозднилась, а будить госпожу не решилась.
– Более того, чтобы не было, – авторитарно заметила Кали-Даруга, медленно раскрывая объятия и выпуская из них девушку, видимо решаясь доверить ее пришедшему созданию. – Ты, знаешь, для меня важна одна госпожа. Если не будете вы, альвы, исполнять все как положено, как велено, я сделаю выброс и обвиню вас в том. Потому, чтоб это был первый и последний раз. А теперь осмотри госпожу и пропиши свои рекомендации. Ее ноне рвало.
Сподвижница царицы порывчато кивнула, и приблизилась к ложу Владелины. Рани Черных Каликамов хоть и уступила ее место, одначе, лишь отошла в сторону, прижавшись к самой стене, пред тем уложив девушку на ложе, оправив вниз рубаху и откинув в сторону подушки и одеяла. Влада только сейчас, когда Чаровница Благосклонная подступила к ней приметила, что тонкие ее руки слегка поблескивают, точно чем густо намазаны. Не только перста, ладони, их тыльная сторона, но и запястья, чуть зримо переливались серебристым светом.
– А как Граб назвал дочерей? – взволнованно поспрашала молодая женщина, когда альвинка присев на краешек ее ложа неспешно положила к ней на живот ладони.
– Не ведаю госпожа, – участливо произнесла Чаровница Благосклонная и еще лучистей улыбнулась, так что на ее тонком, вытянутом лице нарисовались на впалых щеках небольшие ямочки. – Граб был так недоволен, что родились девочки, посему велел Тамиле самой придумывать им имена. И Тамила тому обстоятельству вельми огорчилась.
– Вот дубина, – досадливо проронила девушка, и, протянув руки, обхватила запястья альвинки, малозаметно поглаживающие сквозь тонкую материю рубахи ее живот. Влада, вдруг испугалась, что Кали-Даруга ошиблась и она на самом деле не в положении, потому и остановила движение рук Чаровницы Благосклонной. – Я бы дала девочкам имена Влася и Истома, – добавила она погодя и перста ее тягостно вздрогнули от напряжения.
– Прекрасные имена. Я Тамиле их передам, она будет благодарна вам, госпожа, – все также, словно подпевая голосу молодой женщины, молвила сподвижница царицы, и широко просияла улыбкой. – А своему ребенку, вы госпожа уже выбрали имя?
Две крупные слезинки, как подтверждение беременности, выкатились из глаз Владелины на ее припухлые от хорошего ухода щечки и их единождым махом смахнула оттуда ручником стоящая у изголовья демоница.
– Только сыну, потому как у меня будет сын… И я ему не выбрала имя, а сама придумала. Богдан, – ответила Влада и теперь голос ей туго колыхнулся.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
