ханшей, которая пригласила его к себе и угощала обедом. Через несколько дней после этого Ярослав умер на возвратном пути на родину. Наши историки опровергают мнение Плано-Карпини, указывая на отсутствие оснований для такого образа действий ханши, так как Ярослав был совершенно бессилен причинить какой-либо вред татарам в России. По некоторым известиям в летописях, можно думать, что великий князь скорее был жертвою какой-нибудь интриги своих же родичей.
Иллюстрации к разделу
Золотые ворота и женская гимназия
Польский костел
Духовная семинария на Нижегородской улице
Нижегородская улица
Угощение митрополита с причтом у князя. Привоз тела князя Глеба на санях в церковь. Миниатюры из «Сказания о Борисе и Глебе»
Сергиевская улица
Успенский княгинин монастырь и Девическая улица
ГЛАВА VII
Бедственное положение северо-восточной Руси после татарского нашествия. — Размножение княжеского рода и дробление Суздальской земли на уделы. — Отношения князей между собой и к своим уделам. — Великие князья Святослав Всеволодович, Андрей Ярославич и Александр Ярославич Невский. — Татарская перепись и восстание городов против сборщиков податей. — Великие князья Ярослав и Василий Ярославичи. — Собор во Владимире, созванный митрополитом Кириллом. — Борьба между сыновьями Александра Невского. — Неоднократное разорение Владимиро-Суздальского княжества татарами. — Переведение митрополии из Киева во Владимир. — Усиление Московского княжества. — Борьба Михаила Тверского с Юрием Московским. — Ханский ярлык духовенству. — Княжение Юрия, Дмитрия и Александра. — Бунт в Твери. — Усмирение его Иваном Калитой. — Перенесение великокняжеской столицы в Москву.
Как Владимир, так и вся северо-восточная Русь долго не могли оправиться после татарского нашествия. Поработители Руси не давали времени опомниться жителям, не давали возможности обзавестись новым хозяйством на старом пепелище. Разорение продолжалось, и ему не предвиделось конца. Татарские чиновники баскаки наводнили Русь, собирая дань, или, как тогда называли, выход для хана. И деньгами, и натурой брали татары, и все богатство русское выходило с Руси и доставалось победителям.
Князья собирали разбежавшихся во время погрома жителей, помогали им налаживать кое-как жизнь, но соблюдали при этом больше свои собственные выгоды. Они ведь тоже обеднели, их богатства тоже ушли в татарские руки. Земля являлась теперь и для них главным источником существования, но нужно было ее обрабатывать, нужны были рабочие руки и орудия. И князья пользовались трудом людей, собранных в их уделах, давая им за это возможность жить и кормиться на земле, которую они считали своей собственностью.
Род Всеволода Большое Гнездо разрастался, потомки его дробили северо-восточную Русь на части, все более и более мелкие. Утвердившись в своем уделе, князь делил его потом между своими наследниками. Суздальская земля, распавшаяся при детях Всеволода на пять частей, при внуках его раздробилась уже на двенадцать. Владимирское княжество продолжало переходить к старшему в роде, но из него выделилось три удела: Суздальский, Костромской и Московский. Из Ростовского княжества выделились младшие уделы: Ярославский и Углицкий. От Переяславского удела отделились Тверской и Дмитрово-Галицкий. И чем дальше, тем больше мельчали княжеские уделы. В XTV и XV веках встречались княжества, состоявшие только из одной княжеской усадьбы и нескольких крестьянских дворов кругом. Каждый князь, живущий в старшем городе, считался великим князем относительно других, более мелких удельных князей этого княжества. Но подчинялись они все все-таки великому князю Владимирскому. Его преимущественно знал хан, под его знамена и по его повелению собирались удельные князья для отражения того или другого врага.
Князья обособлялись в своих уделах, вели тяжелую борьбу за существование в постоянном страхе за свою участь. Мысли не стремились уже больше к подвигам, как было то в славные времена первых князей Киевской Руси. Князья Суздальской земли думали больше о том, как уберечь себя от татарского произвола, как заслужить ханскую милость, как сохранить свое имущество, усилить и обогатить свой удел. Не было единения в княжеском роде, забывались родственные отношения, зрела вражда в глухих углах, разгорались междоусобица из-за возможности обогатить наследственное княжество. Богатый Новгород был в этом отношении наибольшей приманкой, потому вокруг него не прерывались раздоры. Мы уже видели, что суздальские князья всегда старались удержать за собой Новгород; так продолжалось и при наследниках Ярослава Всеволодовича.
Последний сын Всеволода Святослав должен был наследовать великое княжество Владимирское после смерти своего брата. Сделавшись великим князем (1247 г.), он утвердил племянников на их уделах. К погребению отца приехал во Владимир и знаменитый князь новгородский Александр Невский.
Занятый своими делами в Новгороде и победоносными войнами со шведами, Александр долго держался независимо от хана и не ездил к нему на поклон. Слухи о его победах на западе России давно уже доходили до орды, и Батый интересовался видеть прославленного русского героя. Послы его говорили Александру от его имени: «Мне покорил Бог многие народы; неужели ты один не покоришься мне. Если хочешь властвовать спокойно, приходи поклониться мне, и сам увидишь славу и величие монголов!» Александр понимал всю опасность неповиновения могучему хану и поехал к нему на поклон вместе с братом Андреем. По словам летописца, Батый сказал своим вельможам после свидания с Александром, что молва не увеличила достоинства новгородского князя, «нет подобного ему среди других князей».
Братьям не пришлось ограничиться этим посещением Батыя, как и отцу, им пришлось ехать с берегов Волги к великому хану в Монголию. Князья надолго прощались с родиной, предпринимая это трудное и опасное путешествие через необозримые степи и пустыни Азии. Сыновья Ярослава не могли не вспомнить о печальном конце отца и не призадуматься о собственной участи. Что, кроме унижения, в лучшем случае, могло ожидать их в чужой, далекой стране?
В их отсутствие на Руси произошло важное событие. Их младший брат, московский князь Михаил, по прозванию Хоробрит, отнял великое княжество у дяди, но не воспользовался им, так как был убит в сражении с литовцами. Между тем путешествие Александра и Андрея кончилось вполне благополучно. Хан утвердил первого на столе Киевском и Новгородском, оставив за ним же, как отчину, и Переяславль-Залесский. Андрей получил великое
