Уселся за стол я раньше Дерека и успел насмотреться на пьющих гильдийцев. Несколько разумных сочувствующе кивали, но в основном все было как прежде. Всегда кто-то умирает. Уж не знаю, почему все так, но ряды соратников по ремеслу основательно поредели. Маргарет говорила, что на битву с тремя Серыми вышло сто гильдийцев, и после увиденного я понял, что это были далеко не Искатели. В то же время, целитель сетовал на нынешнее количество Ветеранов, что может говорить только о серьезном упадке организации или общей деградации магов. Если проблема только в Гильдии, значит маги разбегаются по другим уголкам, и на поиски Серого могло собраться достаточно народу, только это заняло бы больше времени. Какой тогда был смысл его призывать и мечтать об ужасах, которые тварь с собой принесет? К сожалению, во время доклада мне ничего не рассказывали и не объясняли, а хотелось бы узнать, что думает или знает руководство. Но кто я такой, чтобы со мной о чем-то делились?
Чтобы получить ранг гильдийского Ветерана (медведь), придется поднять сначала Искателя (скарабей), затем Авантюриста (волк), а это в сумме сто пятьдесят баллов, что не меньше шестидесяти заданий. За это время можно несколько раз умереть, да и времени займет прилично. Неужели раньше было иначе, и получить высокий ранг легче? Вполне возможно, что заданий было больше и разумные быстрее набирались опыта на менее серьезных вылазках, а сейчас все эти труженики разбросаны по разным местам, а не собраны под крылом одной организации. Та же служба на королевство, чем не перспектива? Если Гильдия сдает позиции, на это должна быть причина, ведь такие серьезные структуры просто так не отдадут свой кусок.
А может, я накручиваю лишнее, и разумные Фариды естественным образом меняют свои взгляды, отступая от привычных идей. Мечтателей стать гильдийцем становится меньше, и организация ничего с этим поделать не может. В то же время полнеют и разрастаются другие структуры, предлагая более безопасные условия или видимость таковых, о чем я уже наслышан. У тех же Диких Магов, оказывается, есть организация.
Тогда вопрос нужно ставить по-другому, и сама Фарида здесь не играет роли. Почему высшее руководство Гильдии позволяет деградировать своему филиалу на этой планете?
— Привет, — сказал Дерек, подойдя к столу. Я даже вздрогнул от неожиданности. Не видел, как он вошел, хоть и сидел лицом к двери. — Давно здесь?
— Нет. Вот, а то забуду, — протянул я сразу золото ему. Пусть обговаривает это с Самантой, и сами распределяют. Может, кому-то из родни погибших нужно выделять какую-то сумму.
— Что это? — удивился целитель и махнул рукой хоне.
Я рассказал, что к чему.
— Поздравляю, — вяло потрепал он мое плечо. — Ты это заслужил, правда. А насчет золота… Схожу к Сэм и спрошу ее, если станет говорить. Мне кажется, с гильдией она распрощается…
— Понятно, — кивнул я. Этот вариант не удивил бы меня.
Мы наблюдали за гильдийцами и молчали. Я думал о том, как начать разговор о дальнейшем сотрудничестве, ведь целитель — серьезная карта, а умеющий биться целитель, еще лучше. Если Саманта уйдет из Гильдии, нам нужно будет учиться действовать вдвоем или собирать отряд. Не уверен, что Дерек будет в этом активно участвовать. Совестно было думать об этом, ведь наверняка парень сейчас витал совсем в других мыслях, но погружаться в меланхолию еще глубже я не желал.
— Слушай, Каин, — заговорил целитель, отпив из кружки. — У меня к тебе есть вопрос. Странный, но очень важный.
— Эм, давай, — кивнул я.
Дерек нахмурился и еще какое-то время молчал.
— Помнишь, я говорил, что в Гильдии не очень давно? — начал он, видимо, решившись.
Кивнул.
— И я говорил, что мой отец был не из бедных, — продолжил он. — Но я не говорил, что родился с третьей ступенью.
Мои глаза округлились, но я молчал, слушая его.
Дерек хмыкнул на мою реакцию.
— Так вот. Он был достаточно состоятельным, чтобы отправить меня в столицу учиться. Отец не хотел, чтобы я и… сестра становились гильдийцами. Уже тогда эта организация начала сдавать позиции на Фариде, и в высоких кругах перестало быть почетно регистрироваться в ней…
— Сестра? — удивился я.
— Да, сестра. Старшая. Она тоже родилась Синей и тоже училась, собираясь стать преемницей отцовских дел. Она старше меня на пять лет, и когда я только отправился учиться, уже изучала документы по работе отца. Как ты понимаешь, то многообразие лечебных структур я покупал не на золото гильдийца, а когда жил с семьей. И мечником меня делали не уличные драки.
— Неслабо, — абсолютно честно признал я. Два ребенка, и оба на третьей ступени Сосуда. — Небось, о вашей семье говорили на каждом углу?
— Отнюдь, — поморщился Дерек. — По документам я был белый, как и сестра. Отец не желал такой популярности, ожидая, что не только Гильдия начнет тянуть к нам свои руки, но и королевские службы. Никто, конечно, не смог бы заставить, но он хотел для нас спокойно жизни, и я согласен с ним. Тогда был согласен и сейчас. Мы изучали свитки и не стояли на месте, ведь силу нужно развивать, а не подавлять. Но все происходило в тайне, через теневые рынки, аукционы.
Взгляд целителя был грустным, когда он говорил об этом, но что-то было в нем злое. Дерек к чему-то вел, и это было не розовой историей о счастливом детстве, которое слишком быстро закончилось. Да и вопрос он еще не озвучил, что делало эту прелюдию более интригующей.
— Видишь ли, как я упоминал, мы разорились, но это не вся правда. Когда богатые теряют деньги, редко бывает так, что они просто остаются ни с чем. Зачастую, прогорая, ты остаешься в долгах. Больших или маленьких, но долгах. Так случилось и с отцом. Вернее, не с ним лично, а с нашей семьей. Его и мать убили, что в свою очередь привело к проблемам с различными договорами и повесило на меня и сестру серьезный долг. Денег не было и…
К столу тихо подошли, и подняв голову, я увидел Саманту. Она не поздоровалась и не сделала попытку присесть.
Повисла тяжелая тишина.
— Дерек, прости за мои слова. Я знаю, что ты ни в чем не виноват, — поглазев на нас несколько секунд, сказала она. — И ты прости, Каин, что чуть не погиб из-за моего просчета.
— Эй, не стоит, — прикоснулся к ее руке целитель. — Присядь с нами, есть разговор.
Саманта поджала губы и тихо села. На ней была не привычная городская одежда, а незнакомый дорожный плащ, под которым виднелись теплые тряпки для долгого пути.
Дерек придвинул ей золото:
— Это доплата от Гильдии за… всё. Реши, как ими распорядиться, командир.
Саманта поморщилась и вздохнула. Целитель не заметил очевидного, и теперь ей придется говорить.
— Я больше не командир, Дерек, — сказала она дрогнувшим голосом. — Я вычеркнула себя из списков Гильдии. И я бы не взяла даже эти деньги, но они мне пригодятся.
Девушка вытянула из кучки три золотых и придвинула к себе. Дерек ошарашенно наблюдал за ней.
— Как так… — протянул он наконец. — Заче…
— Не могу я, — оборвала его девушка, и глаза моментально покрылись влагой. — Прости. Я не могу больше быть в этом городе, видеть этих людей, Гильдию, вас… Я не ненавижу, просто не могу. Понимаешь? Слишком сложно.
Я молчал. Это их разговор. Ушел бы, если бы не знал, что привлеку внимание.
— И куда ты? — спросил целитель, тяжело вздохнув.
— Не знаю. Домой тоже не могу. Может, подамся в дикие места, на границу с фойре. Лес, — посмотрела она на меня. — Может, вообще из королевства атланов уйду. Подальше отсюда. Не знаю.
Саманта высказалась, и над столом повисла тишина. Трактир шумел, и голоса людей ворвались в голову, будто вокруг нас была звукоизоляция. Я подозревал этот исход. Удивительно, что девушка вообще пришла в себя, ведь поначалу казалось, что ее разуму крышка. Дерек, видимо, заметив положительные изменения во время возвращения в Каира, решил иначе.
Наконец отмолчавшись, будто исполнив некий ритуал, паладинша поднялась. Уже выйдя из-за стола, она будто опомнилась.
