в прострации.
Что за бал сегодня такой, вечер странных открытий и неожиданностей. В голове не укладывалось, что я узнал и как действовать дальше. Проблема с Матильдой резко отошла на второй план, возвращаться к гостям не хотелось, я побрел дальше по дорожке, свернул на более темное и почти нехоженое ответвление — видеть людей не хотелось. Мысли бегали по кругу, не укладываясь в голове. Как мои родные, которые всегда стояли за честь рода, могли такое допустить?
Я шел бездумно, пока не наткнулся на снующую в одиночестве в темноте юную леди. Я уже собрался развернуться обратно, чтобы не столкнуться с ней, но тут она подала голос:
— Простите? Есть тут кто-нибудь? — она шагнула вперед, но почему-то мимо дорожки, выставила перед собой руки.
— Миледи? Вам нужна помощь? — я поспешил подойти. — Герцог Викторф, к вашим услугам, — поклонился учтиво.
— Леди Дафна Леглайл, — густо покраснела девушка. — Простите пожалуйста, я отстала от компании, с которой гуляла и, оступившись, обронила свои очки, а без них я ничего не вижу, даже не понимаю, в какой стороне дворец.
Пришлось взять ближайший светильник, обыскивать дорожку и, когда очки вернулись на курносый покрытый веснушками носик, провожать леди к ее пожилым бабушке и дедушке — к сожалению, родители Дафны умерли молодыми, отец во время нападения разбойников, а мать во время родов. Они были удивлены, что компания, с которой отошла Дафна, покинула ее, но девушка, покраснев, не стала рассказывать, что именно случилась. Кажется, она не хотела говорить при мне. Но вместо того, чтобы поскорее остаться наедине и все выяснить, ее бабушка принялась задавать мне вопросы, да и дедушка подключился, всякий раз отсекая приличные предлоги, чтобы уйти. Они жили в провинции и плохо понимали нравы и манеры поведения во дворце, удалось от них отделаться только когда нас позвали обратно во дворец. Проходя мимо Матильды, я с тоской посмотрел на нее, но вокруг плотным кругом ее окружали дочери и сзади прикрывал пасынок, так что возможности поговорить пока не находилось.
Ритуал награждения леди и лорда маскарада стал для меня настоящей неожиданностью, и было заметно, что он организован на скорую руку. Конечно, церемониймейстер «держал лицо», но все равно было заметно. И еще больше меня удивила новость, что почетный титул достался Флоренс Ярдвиг. Но думать об этом не было времени, потому что кто-то аккуратно коснулся моего плеча.
— Милорд, его высочество ждет вас, — обратился ко мне один из людей Джозефа.
Пришлось срочно следовать за ним, пробираясь в толпе, пока я не оказался сбоку от трона, откуда прекрасно было видно награждение победительницы, которая теперь должна была наградить своего лорда.
— Тут написано, что лордом маскарада становится человек в костюме алого палача, — озвучила Флоренс с наивным видом, и я нахмурился. Неужели это награждение было организовано ради Леона? Тогда почему первая вышла не Патрисия? Произошла ошибка?
— Что происходит? — шепнул я Джозефу, оказавшись подле него.
Тот выглядел напряженным и мрачным.
Толпа заволновалась, вспучилась, и вперед вышли сразу семь человек в алых однотипных костюмах с легкими отличиями — пара обычных посетителей маскарада, оказавшихся не оригинальными, Леон и четверо его людей. Они удивленно переглядывались, а по залу пробежались смешки.
Флоренс вопросительно покосилась на церемониймейстера, тот нервно протер платочком лысину, но улыбался, продолжая держать лицо:
— Ну, что же, раз так сложилось, и больше примет нет, то выбирать вам, миледи.
— Они ищут принца Леона? Это такая шутка? — зашептались в толпе.
Флоренс кивнула с улыбкой, возможные победители выстроились в шеренгу. Девушка вытащила из шкатулки наградной кинжал, взяла его в левую руку и подошла к первому мужчине.
— Надеюсь, вы рады будете составить мне пару в случае победы, — проворковала она и протянула свободную руку.
— Это будет счастьем для меня, — палач принял ее кисть и, склонившись, поцеловал.
— Она хочет опознать принца по голосу? Ха, хитро. Лучше бы сразу попросили снять маски, — шептались в зале.
Тем временем Флоренс медленно пошла вдоль ряда, каждому подавая руку. На губах ее сияла вежливая улыбка, но я видел ее напряжение. Леона сложно было не узнать, он стоял почти в конце ряда, умудряясь одним телом демонстрировать свое пренебрежение происходящим. Он не знает? Или его замысел не удался?
Флоренс не дошла до него. Когда очередной мужчина поцеловал ей руку, она напряглась, а затем улыбнулась:
— Поздравляю с победой, лорд маскарада, — она протянула ему драгоценный кинжал. — Как ваше имя?
— Лорд Зондмерг, миледи.
Гости зааплодировали, многие зло захихикали, шепчась, что девушка ошиблась, не смогла найти принца Леона среди палачей.
Заиграла музыка, церемониймейстер объявил, что сейчас будет танец лорда и леди маскарада, все зааплодировали, расходясь и освобождая место для танцев.
— Как только они закончат, арестовать лорда Зондмерга, — велел мрачно Джозеф. — Незаметно. И сделайте это так, чтобы принц Леон не видел, а то он может попытаться помешать, это же один из его людей.
Глава 113
Грегори
Дверь камеры распахнулась, и в нее влетел разъяренный Леон:
— Какого дьявола здесь происходит? — рявкнул он командирским тоном, от которого хотелось вскочить и вытянуться по стойке «смирно» даже гражданским. — Как вы посмели арестовать моего подчиненного?!
Отвлекающий маневр, с помощью которого Леона временно сбили с толку, оказался не таким действенным, как хотелось бы. Впрочем, хоть средний принц и был известен тем, что не желал разбираться в политических хитросплетениях и держался подальше от интриг, но чутье у него было, как у зверя, засады он распознавал еще на издали.
Вслед за принцем в камеру влетело еще четверо его людей при оружии и быстро выстроились вдоль стены справа и слева от него, прикрывая. Шпаги пока никто не доставал, но было заметно, как их руки тянутся к рукоятям, аж пальцы подрагивают.
Джозеф не дрогнул, лишь смерил старшего брата мрачным взглядом и кивнул на табурет рядом с собой:
— Присаживайся, поучаствуешь в допросе.
— Я спрашиваю: какого дьявола ты себе позволяешь? Лорд Зондмерг мой человек, не раз прикрывал мою спину в бою, он мой побратим...
— Он предал доверие королевского дома.
— Нет, он не мог, это какая-то подстава. На чьи показания ты опираешься? — впрочем Леон сам сообразил: — это Флоренс Ярдвиг, да? Она указала на него
