Очень удивились.
- А Сёчке тоже удивилась? - спросил Влад.
- Да, - последовал ответ, - госпожа тоже удивилась, но мы удивились больше.
- Кто удивился больше? - не понял княжич.
- Мы, - повторила Ивола.
- О ком ты говоришь? Кто такие "мы"?
Служанка внимательно посмотрела на Влада:
- О ком я говорю? Мы - это я, а ещё Чилла, Беке, Марика, Ануца и Лия. Ты нас забыл? - девица притворно всхлипнула и смахнула со щеки воображаемую слезу. - Всё понятно. Ты приехал к нашей госпоже, а до нас тебе дела нет. Я называю тебе имена, а ты с трудом вспоминаешь, кто это.
- Почему нет дела? - удивился Влад. - Я вас помню.
- А моё имя ты помнишь? - лукаво спросила собеседница.
- Конечно, - всё так же удивлённо отвечал княжич.
- Тогда произнеси его.
- Ивола.
- Ах, - вздохнула девица, - как приятно слышать! А произнеси ещё раз.
- Зачем? - не понял Влад.
- Не хочешь произносить? - служанка изобразила грустный вздох. - Боишься, что тебя услышит моя госпожа?
Княжич совсем запутался в этих девичьих речах:
- Ивола, ты чего?
- О! - воскликнула Ивола. - Вот ты снова произнёс моё имя. Это хороший знак.
- Знак? - не понял Влад. Он на мгновение подумал, что продолжает спать, и ему снится какая-то чепуха.
- За минуту ты произнёс моё имя дважды, - сказала Ивола. - Это знак расположения. Признайся. Ведь ты ухаживал за бедными служанками не только ради того, чтобы добраться до их госпожи. Ты скучал по нам? Мы по тебе скучали. Ты всегда нам нравился. А сегодня, когда ты появился на празднике, мы так изумились! Мы не ожидали, что ты способен на такое. Ведь тебе всего тринадцать.
- Мне почти четырнадцать, - поправил Влад, а Ивола рассмеялась:
- Хочешь, дам совет? - сквозь смех спросила она. - Перестань прибавлять себе возраст, и тогда будешь казаться взрослым. И перестань так смотреть.
- Как? - не понял Влад.
- Вот так, как сейчас, - продолжала смеяться Ивола. - Не надо таращиться и показывать, что ничего не понимаешь. Взрослые ведут себя иначе. Они всегда делают вид, что всё понимают - даже тогда, когда не понимают ничего. Вот когда ты спал, ты выглядел на шестнадцать, а сейчас...
- А когда придёт Сёчке? - перебил её Влад.
Ивола замолчала и как-то сразу погрустнела.
- Когда она придёт? - повторил княжич.
- Она не придёт, - сказала служанка.
- Она ведь обещала, - Влад разом вскочил на ноги и огляделся, будто надеялся увидеть невестку где-нибудь рядом, среди деревьев.
- Да, - печально повторила Ивола, тоже поднимаясь на ноги, - она обещала и потому прислала меня сказать, что не придёт. Не придёт совсем.
- Ты врёшь! - воскликнул Влад. - Она же согласилась прийти. Она сама сказала, чтобы я её ждал. Я не знаю, зачем ты врёшь, но...
- Да, я вру, - вдруг призналась Ивола. - Я вру. На самом деле госпожа не хотела, чтобы я сюда ходила. Она решила, что никуда не пойдёт, но и присылать к тебе никого не хотела. Она сказала, что ты посидишь тут один, сам всё поймёшь и утром уедешь. А мы упросили госпожу, чтобы разрешила тебя предупредить.
- Кто "мы"? - резко спросил княжич.
- Я, Чилла, Беке, Марика, Ануца и Лия, - сказала девица и на лице её отразилась досада. - Ты всё время забываешь про нас. А мы боимся за тебя. Мы боимся, что тебя схватят, если останешься здесь слишком долго. Мы просим тебя - уезжай.
- Ты что-то ей сказала... - пробормотал Влад, и уже громко повторил. - Ты что-то сказала своей госпоже. Ты что-то ей сказала и всё испортила! Как это тебе удалось!? Ведь я же сам видел, что всё было хорошо. Сёчке хотела прийти. Она хотела. А теперь не хочет. Я спрошу её, почему.
- Не спросишь, - возразила Ивола. - Госпожа уже вернулась в замок. Тебя туда не пустят.
- Ты опять врёшь! Нагло врёшь! Сёчке в деревне, а не в замке! - воскликнул Влад и двинулся к коню, но Ивола схватила княжича за локоть и потащила назад:
- Не надо! Тебя схватят! На празднике осталась госпожа Эржебет и другие дамы. Если они тебя узнают, это будет очень плохо. Не езди!
- Пусти! - Влад одним резким движением высвободил локоть, развернулся к девице и очень зло произнёс. - Я просил тебя помочь, а ты всё испортила. Теперь я сам!
Ивола растерянно взглянула на него и вдруг заплакала навзрыд, закрыв лицо ладонями:
- Ну и езжай! Пусть тебя схватят! И пусть тебе будет плохо, как мне! Я из-за тебя ослушалась госпожу. А ты - дурак! Ты не помнишь, что она сделала после того, как ты признался ей в любви? Она запретила всем своим служанкам разговаривать с тобой. Строго запретила! И этот запрет по-прежнему в силе! Когда я сегодня к тебе подошла, я нарушила запрет. А ты вдруг попросил меня, чтоб я привела к тебе госпожу! Конечно, мне пришлось признаться ей, что я с тобой говорила. Госпожа, как услышала, так первым делом отругала меня. Она сказала, что если бы я к тебе не подошла, тогда ей тоже не пришлось бы делать это.
- Она не могла так сказать, - твёрдо произнёс Влад, уже успев отвязать конский повод от куста. Княжич перекинул повод через голову коня и готовился сесть в седло.
- Она так сказала! - сквозь слёзы твердила Ивола. - Меня из-за тебя накажут. И я же ещё во всём виновата? Я во всём виновата, да?
Влад по-прежнему не верил, что Сёчке его обманула, но в словах Иволы заключалась доля истины. Княжичу стало стыдно за его резкие слова. Он действительно забыл, что невестка строго-настрого запретила всем своим шестерым служанкам разговаривать с ним, находиться с ним рядом и принимать от него подарки. Он забыл, а ведь присутствовал тогда в комнате. Он забыл и заставил Иволу нарушить запрет.
Княжич примотал повод обратно к ветке куста, подошёл к плачущей девице и попытался её утешить.
- Не плачь, - сказал Влад. - Я беру свои слова обратно. Ты не виновата. Значит, у меня с памятью
