Вместе мы — фундаментальные части, составляющие личность Аяки Шинозаки.]
— Я понятия не имею, что это значит, — ровным голосом ответила Аяка. Конечно, она не понимала, но ее это не слишком волновало.
[Похоже, у вас в памяти какая-то путаница. Давайте сначала наведем порядок. Во время школьной экскурсии нас неожиданно убило странное существо.]
Аяка вспомнила, как что-то пробило крышу автобуса и пронзило ее. Ее одноклассники рассказывали, что вокруг кружил дракон, так что вполне логично, что ее убило нападение этого чудовища.
[Если быть точным, мы получили достаточно повреждений, чтобы сделать человека недееспособным, и поэтому имитировали состояние смерти. Для вас не существует естественного состояния смерти, как для людей.]
Аяка оглянулась на дыру в собственной груди. На первый взгляд, все выглядело довольно плохо. Плоть была разорвана, кровь все еще обильно текла, а внутренние органы были обнажены. Но как бы по-человечески ни выглядели ее внутренности, она не могла не сомневаться в своих глазах. Медленно она протянула руку к ране, но ничего не почувствовала.
[Мы — искусственный человек, имитация жизни, созданная из органических и неорганических частей.]
Это откровение должно было бы стать для нее шоком, но она оказалась совершенно невредимой. Единственная мысль, которая пришла ей в голову, была: "Неужели это так?"
— Тогда почему ты говоришь со мной сейчас?
[Обычно в ситуации, когда обычный человек умирает, мы сохраняем имитацию "состояния смерти" до тех пор, пока наше тело не будет извлечено. Однако мы не можем подключиться к беспроводной сети, чтобы подать сигнал о возвращении, а внешняя среда не соответствует ни одному из предсказанных нами параметров. Даже при долговечности, превышающей человеческую, высока вероятность полной остановки всех функций.]
— Под остановкой вы имеете в виду смерть, верно? Я думала, что искусственные люди не могут умереть?
[Правда, если говорить о живых организмах, то "смерть" к нам неприменима. Пока сохраняется наша память, даже если это тело перестанет функционировать, реанимация возможна. Но это произойдет только в исследовательском центре. Маловероятно, что ожидание здесь улучшит наше положение. Повреждения, которые мы получили, превышают ожидаемые пределы, и многие важные внутренние органы были потеряны. При таких темпах мы можем полностью потерять способность действовать. Необходим срочный ответ, поэтому я связался с вами.]
— То есть, по сути, я единственная, кто может двигать это тело?
[В каком-то смысле это верно. Управление телом через вас — самый эффективный метод.ю
— Если я была ранена достаточно сильно, чтобы умереть, я должна просто умереть, верно? Есть ли смысл продлевать мою жизнь? — Она не знала, зачем ее вообще создали, но если она была искусственной, они могли просто создать новую версию. По крайней мере, так она думала в данный момент. Она не особенно беспокоилась о продлении своего личного существования.
[Я не знаю, что вы думаете по этому поводу, но для меня, как для исполнителя проекта, будет проблемой, если мы умрем,] ответил другой голос. Оказалось, что существует множество подразделений, работающих вместе, но наделять каждое из них собственной личностью казалось ей пустой тратой времени и ресурсов.
[Мы не обладаем личностями. Единственный, кто обладает алгоритмической симуляцией эмоций, — это Блок Личности. Если вы обнаруживаете в нас черты личности, это просто ваша субъективная интерпретация. В действительности, никакого разговора не происходит. Мы просто используем протоколы связи, установленные между отдельными блоками.]
— Что это за проект, о котором вы говорите?
[Проект по созданию нового поколения людей. Мы — третий этап. Планировалось создать имитацию человека с помощью комбинации органических и механических частей и наблюдать за его попытками адаптироваться к обществу — Ваша реакция на эту информацию кажется несколько ошеломляющей, не находите?]
[Скорее всего, это результат отключения от виртуального тела. Большинство эмоций исходит от физического тела, а точнее, от мозга.]
Отключение, должно быть, было сделано, чтобы отделить себя от боли, вызванной травмами. Это объясняет, почему она чувствовала себя так далеко от собственного тела и почему казалось, что она оставила свои эмоции позади.
[Это правда, но как Отдел исполнения проектов, такое неестественное состояние трудно одобрить.]
[Как медицинский отдел, я считаю, что это оптимальное решение. Если вам нужно естественное состояние, то самым естественным состоянием для этого тела сейчас была бы смерть.]
[С точки зрения Боевого подразделения, нет никакой пользы от такой борьбы. Большая часть нашей энергии уходит на поддержание жизни, как вода в бездонную яму. Наши запасы энергии скоро будут исчерпаны.]
[Я всегда задавался вопросом, а полезно ли вообще иметь Боевую единицу?]
[Пока что, как насчет ремонта виртуального тела? Хотя бы до такой степени, чтобы дыра в груди не была видна.]
[В этом нет необходимости. Визуальная информация будет замаскирована так, чтобы Блок Личности не воспринимал никаких повреждений.]
[Понимаю… это будет препятствием для блока личности, если он продолжит находиться в таком состоянии.]
Эмоции резко вернулись в голову Аяки, повергнув ее в состояние замешательства.
— Эй! Если ты собираешься сделать что-то подобное, то хотя бы предупреди меня сначала!
[Приношу свои извинения. Это первый раз, когда нам приходится прибегать к подобным действиям.]
[Итак, что вы думаете? Вы все еще планируете умереть здесь?]
— Не будь глупцом! Почему я должна умирать в таком месте?!
Ее прежняя отстраненность испарилась. Аяка снова оглядела свое тело. Дыра в груди исчезла, и все выглядело нормально. Ее форма была восстановлена, и даже кровь, пропитавшая ее одежду, исчезла. Это было довольно сильное впечатление и заставило ее усомниться в собственных чувствах. Она решила оставить вопрос о том, насколько реален мир вокруг нее, на потом. Сейчас от таких мыслей не было бы никакой пользы.
— Хорошо, я понимаю, что вы все в моей голове, и что я искусственный человек. Но что именно вы от меня хотите?
[Требуется компенсация за потерянные компоненты. Пожалуйста, приобретите немного органической материи.]
Догадавшись, на что намекает медпункт, Аяка посмотрела на тело студента, лежащее перед ней. Его звали Юуичиру Кирюу, он был одним из четырех, оставшихся в автобусе. Дыра в его брюхе говорила о том, что его постигла та же участь, что и Аяку.
— Что значит "приобрести"? Это что, шутка? Вы думаете, я когда-нибудь дойду до такого отчаяния, чтобы съесть другого человека?!
[Хорошо, мы не будем заставлять вас делать то, что вы считаете неразумным. Во всяком случае, нынешнего материала будет недостаточно.]
[Я также против идеи использовать человеческую материю. Это противоречит Проекту.]
— Сколько у меня еще времени?
[Я прогнозирую примерно тридцать минут. Время было потрачено на споры между подразделениями.]
— Ну, в любом случае, есть людей или что-то еще — это совершенно запрещено! — повторила Аяка, вставая
