— Мне жизнь ещё не надоела, — ответил менестрель. — Но, доведись тебе пережить это событие, разыщи меня, и я напишу песнь на эту историю. Весьма вероятно, она меня прославит.
Он на некоторое время замолчал, раздумывая над своими словами.
— Ты искренне считаешь, что у вас есть шансы на выживание? Удастся ли вам вообще подняться на гору, если правдиво то, что ты рассказал мне про орков, гоблинов и разбойничков — людей?
— Мы уже обратили в бегство военный отряд зеленокожих, — заметил раздражённый тоном менестреля Феликс, сознавая, что это хвастовство.
И снова брови Йохана Гатца поползли вверх.
— Вам, двенадцати, это удалось?
— Один из нас волшебник. Истребители — могучие бойцы. Малакай Макайссон — превосходный оружейник.
— Значит, вы воспользовались вооружением гномов, многоствольными пушками и тому подобным?
Феликс кивнул. Трубадур весело рассмеялся.
— Похоже, к вопросу драконоборства вы подошли нетрадиционным способом. Никаких белоснежных коней, рыцарских копий, зачарованного оружия.
— Оно у нас тоже имеется, — сказал Снорри. — Топор Готрека — волшебный. Он завалил им чертовски здоровенного демона. Снорри сам видел. И меч Феликса тоже волшебный. Сам увидишь это по рунам, если взглянешь поближе.
Феликс гадал, подслушал ли Снорри его разговор с Максом Шрейбером или действительно смог понять это по рунам. С другой стороны, Феликсу не хотелось, чтобы тот что — либо рассказывал про их вооружение в присутствии любопытного незнакомца. У него и так было ощущение, что сам он сболтнул лишнего. Феликс не понимал причину, но его доверие к Йохану Гатцу уменьшалось всё сильнее, хотя с самого начала он не особо доверял трубадуру.
— Похоже, я вас недооценил, — заключил менестрель. — Ваша экспедиция выглядит в высшей степени подготовленной. Мне почти жаль любых разбойников, которые вам попадутся.
— Поздновато уже, — сказал Феликс. — Мне не помешало бы поспать.
— Здравая мысль, — с издёвкой произнёс чужак. — Помимо прочего, через несколько дней вам предстоит нелёгкая работёнка.
Феликс улёгся с другой стороны костра. Бросив последний быстрый взгляд на менестреля, Феликс не удивился, заметив, что мужчина пристально наблюдает за ним. Он удивился тому, что на Гатца с подозрением глядит Макс Шрейбер. Похоже, у того были свои сомнения насчёт чужака.
Феликс гадал, а не суждено ли ему ночью проснуться с перерезанной глоткой, но затем решил, что подобное маловероятно. Любой, кто отважится на такое в присутствии Истребителей, недолго проживёт после содеянного.
«Хотя вряд ли это послужит мне хорошим утешением, если я помру», — подумал Феликс, погружаясь в беспокойный сон.
Йохан Гатц выругался. Боги снова на него наплевали. Когда он заметил повозку, то понадеялся обнаружить там небольшой купеческий караван и, возможно, нескольких телохранителей. Он совсем не ожидал увидеть группу Истребителей и тяжеловооружённых людей. И особенно беспокоило его присутствие волшебника. Не было смысла даже пытаться ускользнуть и подать сигнал Хенрику и парням, чтобы спускались сюда с гор. Волшебник слишком внимательно за ним наблюдает, а гномы столь же подозрительны, как и угрюмы.
«Этого и следовало ожидать», — рассудил Гатц. В последнее время удача не сопутствовала банде Хенрика Рихтера. С тех пор, как появился дракон, и орки расположились вдоль Главного тракта, дела шли ни к чёрту. Когда — то на этой дороге можно было неплохо поживиться, по крайней мере, всякого добра было вполне достаточно для небольшой шайки бывших наёмников и головорезов. Но дела пошли не так хорошо, когда потребовалось кормить лишние рты. Йохан проклинал обстоятельства, вынуждающие принимать беглецов — людей из уничтоженных деревень, но других вариантов не было. Только лишь для защиты собственной крепости от орков им требовались дополнительные бойцы.
«Хотя, — решил Гатц, — следовало бы возблагодарить Сигмара за проявленную небольшую милость. По крайней мере, никто из путников не стал подвергать сомнению его маскировку под бродячего музыканта, хотя Феликс Ягер, тот мужик с тяжёлым взглядом, что — то заподозрил. Уничтожить этот отряд будет весьма непростым делом. Это совсем не то, что опоить ничего не подозревающего часового отравленной выпивкой, перерезать ему горло, а затем, подав знак фонарём, вызвать парней. Это крутые ребята, и не хочется делать лишних движений под наблюдением чародея. В любом случае, все утверждают, что гномы способны почуять яд, и это подтверждено его личным опытом».
Гатц был убеждён, что как бы ни были в себе уверены эти ребята, Хенрик Рихтер и его разбойничья шайка смогут их победить. По крайней мере, если Хенрик соберёт всю свою армию в одном месте. Возможно, они смогут победить и с той полусотней, или около того, людей, что имеются у Хенрика наготове в близлежащих горах. Главное слово тут „возможно“. Эти путники выглядят крутыми и, даже если победа будет за Хенриком и его ребятами, по всей вероятности, прихватят с собой в ад значительное количество парней, что неприемлемо. Возможно, в общем и целом будет лучше оставить их в покое.
Гатц полагал, что вряд ли сегодня ночью можно ожидать какого бы то ни было барыша. С другой стороны, сами собой напрашивались иные возможности. Как вариант, он может предложить Истребителям союз против орков. Гатц знал, что коротышки ненавидят зеленокожих куда сильнее, чем он сам. «Вероятно, это не сработает», — рассудил он. Эти Истребители идут сражаться с драконом, а уж Йохан достаточно знаком с манерами гномов, чтобы понимать, что встать между коротышкой и кучей золота — верный способ получить пинком под зад.
Затем его осенила иная мысль. Эта экспедиция превосходно экипирована. Есть вероятность, что Истребители смогут убить дракона. Возможно, им не удастся. Но всегда остаётся вероятность, что они смогут дракона убить или достаточно серьёзно поранить, чтобы того могла бы добить армия людей. А в таком случае…
Не вызывает сомнений, что Скьяландир скопил огромные богатства. Драконы всегда так поступают. И, чтобы на этом навариться, имеет смысл проследовать за безумцами и посмотреть, как всё сложится. Даже если они и добьются своего, то, по всей вероятности, будут достаточно ослаблены, чтобы не доставить проблем в бою с Хенриком и парнями. А если дело у них не выгорит, возможно, дракона они ослабят. Ему стоит поведать эту мысль Хенрику завтра утром. Гатц был уверен, что его собрат сразу же вникнет в её смысл.
Йохан облизал губы, представляя себе сокровища дракона. Гатц был убеждён, что доли, которую он сможет получить, будет более чем достаточно для приобретения небольшой таверны в Нульне, что позволит ему бросить это опасное ремесло разбойника. «Возможно, дела таки пошли в гору», — заметил он про себя, погружаясь в мечты о горах золота.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
