мусаватистов – была спета. После захвата Баку советское правительство разорвало Брестский договор в части, касающейся Турции. 19 октября турецкий кабинет министров во главе с великим визирем Талаат-пашой, военным визирем Энвер-пашой и морским министром Джемаль-пашой ушёл в отставку в полном составе. Новое турецкое правительство обратилось к Антанте с просьбой о перемирии.
Дальнейшие перипетии борьбы закавказских мусульманских националистов против большевиков, их последовательное сотрудничество с турецкими, немецкими, английскими оккупантами, и, наконец, их окончательное поражение в этой борьбе относительно хорошо известны.
Революция, которая свершилась в октябре 1917-го, круто изменила жизнь и Северного Кавказа. Институты постфевральской либерально-демократической власти были демонтированы, а конструирование органов власти леворадикальных сил ещё не началось. То же самое можно сказать и о праворадикальных. Безвластие стало основной причиной кризиса в регионе. Вернулось абречество, развилась уголовная преступность, встала во весь рост угроза межэтнических конфликтов.
Несмотря на кризис и анархию, а может, благодаря им, появились благоприятные условия для реализации национально-государственных устремлений местных народов и их консолидации под знаменем Союза объединённых горцев.
Отметим, что тогда кавказские горцы считали себя одной нацией, хотя и состоящей из различных племён. Такой менталитет, даже с учётом межэтнической вражды, был продиктован в немалой степени общим исламским вероисповеданием (за исключением части осетин и абхазов, принадлежавших к христианской конфессии, а также горских евреев-иудеев).
Горская республика по первоначальному замыслу её организаторов должна была остаться в составе России. Съезд, посвящённый этому вопросу, прошёл ещё в мае 1917 года во Владикавказе. Там был избран Центральный Комитет Союза объединённых горцев. Его возглавил «нефтяной король» Чечни Абдул-Меджид (Тапо) Чермоев. Однако Союз не имел чёткой программы действий. Не сумел он и наладить диалог с казаками. Попытки объединения с казачеством, изначально враждовавшим с горцами, были предприняты на раскольнической, антибольшевистской платформе. В декабре появилась совместная декларация казачьего Войскового правительства и ЦК Союза объединённых горцев о создании Терско-Дагестанского правительства, представляющего интересы православных терских казаков и северокавказских мусульман. Голословная декларация пыталась совместить несовместимое. Ибо в условиях кавказского малоземелья, острых взаимных претензий на этот счёт частная собственность на землю, усугубленная разноверием, не могла обеспечить никакого примирения. С помпезной наивностью (она же – наивная помпезность) основатели неестественного альянса оповещали, что Терское казачье войско и Союз объединённых горцев Северного Кавказа и Дагестана отныне становятся «автономными штатами Юго-Восточного союза казачьих войск, горцев Кавказа и вольных народов степей».
То, что образование Терско-Дагестанского правительства было пустой тратой времени и политической ошибкой, стало ясно в условиях не просто продолжавшегося, а обострившегося до уровня кровопролития горско-казачьего конфликта. Для решения этой насущной проблемы был созван съезд народов Терека, положивший начало советизации региона и конституирования Терской Республики. Первый съезд прошёл в Моздоке в конце января 1918 года и способствовал кристаллизации левых и других сил (причём, как мусульманских, так и христианских), признавших советскую власть в регионе. Ещё большее значение имел второй съезд народов Терека (февраль-март), который довёл до логического завершения меры, намеченные на первом съезде. Съезд избрал высший органы местной власти – Терский Народный Совет.
Что касается упомянутых мер, то это были в том числе антиказачьи меры, касающиеся изъятия земель и других не менее болезненных вопросов. Трагизм положения вызывался тем, что определённая часть северокавказских мусульман выступила на стороне красных, но абсолютное большинство терского казачества оказалась на антисоветской, белогвардейской стороне.
Опасаясь за судьбу своих капиталов, не желая терять власть, верхушка Союза объединённых горцев в апреле 1918 года предприняла дипломатический демарш: обратилась к ряду государств Европы с просьбой о признании Горского правительства. Командированный на Кавказ специальный представитель германского правительства генерал фон_Лоссов давно ставил перед Союзом задачу: не медлить с созданием Горской республики для последующего признания её участниками запланированной на май Батумской международной конференции.
Действительно, 11 мая на этой конференции было объявлено об образовании Горской Республики и о её признании Турцией и Германией. Там же в Батуме было скоропалительно сформировано её правительство. Премьер-министром стал Тапа Чермоев и министром иностранных дел Гайдар Балшатов. Кавказ снова превращался в политический узел из исламских и европейских интриг, завязанный силами, далёкими от любых религиозных и светских идеалов, кроме финансововластных. Само собой, ни о каком подлинном суверенитете любого северокавказского осколка империи говорить не приходилось. Его не имели даже такие признанные Европой кавказские гособразования, как Грузия и Азербайджан.
В связи с проявлением столь нахального сепаратизма была принята специальная резолюция Терского Народного Совета. В ней говорилось, что «стало известно, будто делегаты Северного Кавказа, находящиеся в Константинополе, объявили независимость Северного Кавказа…». И далее категорически указывалось, что «Терский Народный Совет в составе фракций: чеченской, кабардинской, осетинской, ингушской, казачьей… удостоверяет, что народы Терского края никогда, никого и никуда для указанной выше цели не делегировали, что если отдельные лица, находящиеся ныне в Константинополе, выдают себя за делегатов народов Терского края и действуют от имени этих народов, то это является с их стороны не чем иным, как самозванством и авантюрой». Терский Народный Совет подтвердил свою принципиальную позицию: народы Терского края составляют неотъемлемую часть России.
Тем не менее, 13 мая 1918 года правительство Горской Республики направило правительству РСФСР ноту о создании Горской Республики и отделении её от России. В своём протесте от 15 мая Советское правительство отказало в признании независимости Горской Республики, мотивируя отказ тем, что народы, проживающие на этой территории, на своих национальных съездах высказались за неразрывную связь с Российской Федерацией.
Лидеры большевистской партии крайне негативно высказались в адрес инициаторов провозглашения независимой Горской Республики. Сталин в статье «Положение на Кавказе», напечатанной в «Правде» 23 мая 1918 года, акцентируя внимание на отсутствии политического авторитета у Чермоева и Бамматова, подписавших Декларацию о независимости, назвал их «воскресшими из мёртвых».
Третий съезд народов Терека, состоявшийся в Грозном в конце мая, принял резолюцию с подтверждением признания советской власти. Терская Республика занимала стратегическое положение в центре Северного Кавказа и обладала превосходством над Горской республикой, т. к. на её территории находились основные города и проживало больше горцев.
К лету 1918 г. положение и Терской, и Горской Республик ухудшилось. Казаки и деникинцы овладевали одним районом за другим. Горское правительство пыталось найти поддержку в Германии и Турции. Ведь при нём постоянно находился турецкий эмиссар, а проще говоря – соглядатай. Но над османами и их старшим союзником тоже начали сгущаться тучи будущего военного поражения. У них хватало более важных проблем, чем помощь своей микроскопической марионетке. Оккупация в начале 1919 года всей территории Северного Кавказа Добровольческой армией положила конец и Терской, и Горской республикам.
Гражданскую войну и послевоенное государственное строительство на Кавказе
