в милицию дух делячества.
Обидно и горько было видеть деляг, гуляющих в ресторанах, раскатывающих в «мерседесах», как к себе домой заходящих на Петровку и в МВД.
Как-то Игорь поинтересовался, почему их пускают контролеры на входе.
– А как не пустишь, – ответил старшина, простоявший на этом посту тридцать лет, – у них министерские удостоверения за подписью Щелокова.
– А что же за должность у них?
– Консультант.
Целая толпа «консультантов» развелась в столице с благословения либерального министра. Да и у них в МУРе все шло как-то не так.
Хлопнула входная дверь, приехал Логунов.
– Привез?
– А то.
– Ну начнем, помолясь.
Игорь вошел в комнату, положил перед хозяйкой альбом. Лариса Петровна начала медленно его листать.
– Вот. Это он. – Женщина ткнула пальцем в фотографию.
– Вы не ошиблись?
– Нет.
Корнеев вынул фото из альбома, прочитал вслух. Нугзар Борисович Тохадзе.
Корнеев с Логуновым вышли на кухню. Игорь устало сел на стул, достал пачку сигарет.
– Будешь?
– Нет, – Борис Логунов отрицательно качнул головой, – я свои.
Игорь посмотрел на часы. Десять. Утро только начинается, а кажется, весь день прошел.
– Что у нас есть на Тохадзе, Боря?
– Ничего.
– Связи?
– Практически никаких.
– Тогда давай отрабатывать связи потерпевшей и ее мужа. Нам нужен наводчик.
– Слушай, Игорь! Слушай. – Логунов хлопнул себя по лбу. – Витя Слон…
– Катала. Конюков Виктор Сергеевич.
– Он. Игорь, он жаловался Кольке Бесу, что Тохадзе отнял у него и у Леньки Седого выигрыш.
– Вот это тепло, даже жарко, Боря. Где клиент?
– Обычно он в одиннадцать ходит в Дом кино.
– Куда? – изумился Корнеев.
– В Дом кино. Там завтракает в кафе, потом играет в бильярд.
– Красиво живут жулики в наше время.
– Он же катала.
– Тем более.
Игорь посмотрел на часы.
– Как я понимаю, скоро Конюков придет в Дом кино. Кстати, откуда сведения?
– От того же Беса.
– Поехали.
Корнеев заглянул в соседнюю комнату. За столом следователь майор Евтеев допрашивал Ларису Петровну.
– Евтеев, мы тут по делам сгоняем.
– Погоди-ка, Корнеев, я план опермероприятий набросал.
– Слава, ты его отдай ребятам, я его в оперативно-разыскное подошью.
– Запомни, Корнеев, руководство сказало, что разработку по этому делу ведешь ты.
– Так я и не отказываюсь.
– Тогда езжай.
– Ну спасибо, начальник.
– Ты, Леша, поезжай помедленнее, – сказал Корнеев шоферу, – погодка видишь какая.
– Погода как погода, – недовольно ответил Леша.
Он, как большинство водителей оперативных машин, обожал стремительный бросок по узким улочкам, кваканье спецсигнала, прерывистое мерцание фар.
– Хорошо бы сейчас поехать в Сокольники, в «Сирень». Попить пива, – мечтательно сказал Логунов.
– Знаешь, что такое счастье, Боря?
– Ну?
– Не видеть несбыточных снов.
– Очень остроумно.
– Нехорошо говоришь с начальником.
Логунов хотел ответить что-то веселое, но машина остановилась.
– Вот и Дом кино.
Они прошли мимо вахтерши, симпатичной дамы, читающей «Новый мир», поднялись по лесенке у гардероба и вышли в узкий длинный коридор. Потом спустились вниз.
Игорь раньше никогда не бывал здесь. Он шел через тишину закрытого престижного дома, и странное чувство покоя охватывало его.
На стеклянных дверях кафе висела бумажка, сообщающая, что оно откроется в 11.30.
Игорь огляделся, в противоположной стороне за стеклянными дверями горел свет.
– А там что? – спросил Корнеев.
– Бильярдная. – Логунов подошел и толкнул дверь.
В зале с тремя бильярдными столами в самом углу стоял шахматный столик. За ним играли двое. Один из шахматистов обернулся, увидел Логунова и медленно встал.
Был он не по-утреннему наряден. Темно-синий костюм– тройка, белая рубашка, красивый галстук. Из кармана пиджака торчал кончик белоснежного платка. Но главное было не это. Лацкан пиджака украшал массивный серебряный знак.
Игорь присмотрелся. Где-то он видел это затейливое переплетение серебряных вензелей, букв, корон.
– Привет, Виктор. – Логунов дружелюбно протянул руку.
Конюков пожал ее с неким чувством превосходства. Он понимал, что эти двое из «сыскного» приехали к нему явно с какой-то просьбой.
– Познакомься с моим коллегой. – Логунов кивнул на Корнеева.
– А я его знаю. Вы Корнеев. Точно?
– Да, – удивился Игорь. – А откуда вы меня знаете?
– Конечно, очень смешно, но мы учились с вами в одной школе. Только вы были старше меня на два класса. Вот поэтому вы меня и не помните. Мы всегда помним только тех, кто учился старше нас. Таков психологический феномен восприятия.
– Теперь я вспомнил, – засмеялся Игорь, – где я видел это серебряное чудо, которое вы носите с такой гордостью. За этот знак Леша Тихомиров выменял две редчайшие марки.
– Правильно. Только ваш одноклассник Леша Тихомиров обманул вас. Он проиграл мне этот знак в очко.
– Уже тогда? – ахнул Игорь.
– Что делать, судьба. Но ведь вы приехали сюда не для того, чтобы провести конференцию под девизом «Школьные годы». Так?
– Именно. Виктор, мы ищем Тохадзе.
– Согласно художественной литературе, я должен был бы сказать, чтобы вы искали других стукачей. Но я этого не скажу.
– Разумно.
– Это уже мне решать. Пойдемте в буфет, попьем кофе.
Через несколько минут они сидели за столом. А их обслуживала напарница буфетчицы. Видимо, Витя Конюков пользовался здесь авторитетом значительно большим, чем кинорежиссер Рязанов, скромно стоявший в очереди.
– Значит, так, – Конюков отхлебнул глоток кофе, – вы историю знаете, как он нас с Леней Седым сделал?
Игорь кивнул.
– Ну мы не такие фраера, – усмехнулся Конюков, – он нам пушкой угрожал. И мы кое-что достали.
– Витя, Витя, – Логунов неодобрительно покачал головой, – где достали, не скажешь, конечно.
– Конечно. И давайте об этом не будем, иначе не получится разговора. Короче, стали мы его искать. Глухо. Ни друзей у него, ни подельников. Потом Вероника…
– Какая? – спросил Игорь.
– Ну, та самая, что в Париж соскочила после квартиры Толстого… Сказала мне, что он все время в ресторане «Архангельское» шьется. Мы туда. Приезжаем, там гуляйлово идет. Вся Москва. Видим, сидит наш клиент с Филином.
– С Черкасовым, – присвистнул Корнеев.
– Именно. Ну, с Анатолием Степановичем необходим этикет. Сами знаете, что за человек.
Да уж! Кого-кого, а Анатолия Черкасова по кличке Филин в МУРе знали очень хорошо. Человек, начавший воровскую карьеру карманником в Свердловске, стал непоколебимым авторитетом в уголовном мире. Он был организатором множества дерзких преступлений. Прекрасным разработчиком воровских комбинаций, режиссером налетов, поставщиком крупных мошенничеств.
Он только разрабатывал преступления, поэтому-то и взять его было не за что. Правда, месяц назад его подловили на показе видеопорнухи молоденьким девочкам, суд дал ему два года.
– Так вот, – продолжал Конюков, – мы подошли к столу. Тохадзе увидел нас, засмеялся. Я Анатолию Степановичу все рассказал, он выслушал и велел Тохадзе деньги отдать.
– Неужели отдал? – Игорь закурил сигарету.
– Не все, штука за ним осталась. Пообещал отдать.
– Где?
– Меня в «Архангельском» всегда найти можно,
