— Мне кажется, нам надо подумать о том, как выбраться отсюда, — спокойно заметил он. — Если это сооружение рухнет, мы будем погребены заживо.
— Доверься мне, принц Элрик.
Наконец они достигли круглой залы с массивной металлической дверью.
— Это знаменитый подвал Войлодьона. Здесь вы найдете все, что вам нужно, — проговорил Джери. — А я, надеюсь, найду свою шляпу. Ее делали по специальному заказу, и она подходит ко всем моим костюмам, так что…
— Но как мы откроем такую дверь? — Эрекозе яростным жестом вложил меч в ножны. Затем снова вытащил его и приставил острие клинка к двери. — Она же стальная.
Джери смотрел на них с веселой улыбкой, несмотря на грозящую опасность.
— Я ведь показывал вам, как открывать подобные двери, — сказал он.
И снова они соединили руки, и снова странное, восхитительное ощущение силы наполнило всех троих. Они были вместе. Возможно, это и была их судьба. Возможно, именно тогда, когда они соединялись в единое целое, им было суждено познать счастье. И эта мысль вселяла надежду.
— А теперь, принц Корум, — проговорил Джери, — если ты ударишь ногой по двери…
Корум размахнулся, пнул стальную дверь — и изумленно увидел, как она рухнула в проем без всякого сопротивления. Ему очень не хотелось разнимать руки с Элриком и Эрекозе. Теперь он знал, что они могут быть единым существом и чувствовать удовлетворение. Однако в подвал войти можно было только поодиночке.
Башня пошатнулась и накренилась набок. Так что они буквально ввалились в подвал и рухнули на устилавшие пол сокровища.
Корум поднялся на ноги. Элрик уже рассматривал золотой трон. Эрекозе изучал боевой топор, чересчур огромный даже для него.
Здесь, в подвале, хранились сокровища Войлодьона Гагнасдиака — вещи, принадлежавшие некогда его жертвам и похищенные им, когда Башня перемещалась из плоскости в плоскость.
Корум был потрясен: такого музея не было ни в одной плоскости, ни в одну эпоху. Он бродил по зале, поднимая то одну, то другую вещь и в восхищении любуясь ею. Между тем Джери нашел что-то и протянул Элрику. Корум расслышал, как Элрик спросил:
— Откуда тебе все это известно?
Джери ответил какой-то туманной фразой, а затем нагнулся с радостным возгласом: выудив из груды сокровищ свою шляпу, он тотчас же принялся сбивать с нее пыль. Затем поднял еще что-то — кубок.
— Возьми это, Корум, — велел он. — Он тебе еще пригодится.
Джери сунул нос в угол и поднял какой-то мешочек, повесив его через плечо. Тут же лежал ларец. Джери рылся в нем до тех пор, пока не нашарил перстень. Он протянул его Эрекозе.
— Это твоя награда, друг, за то, что ты вызволил меня из плена.
Речь его была высокопарной, однако в тоне сквозила легкая ирония.
Тут Эрекозе даже улыбнулся:
— Сдается мне, ты обошелся бы и без моей помощи, юноша.
— Ты не прав, Эрекозе. Я никогда еще не попадал в такую переделку.
Джери обвел долгим взглядом залу. Пол опять накренился, и Джери не удержал равновесия.
— Нам надо уходить, — сказал Элрик, державший под мышкой связку каких-то металлических прутьев.
— Ты прав, — Джери торопливыми шагами пересек залу. — Мы забыли еще кое-что. В своей гордыне Войлодьон Гагнасдиак показал мне подвал, но он не знал истинную цену всех своих сокровищ.
Корум нахмурился:
— Что ты имеешь в виду?
— Он убил путешественника, принесшего с собой вот это. Тот был прав, полагая, что владеет средством, которое избавит Башню от вечных скитаний, однако не успел испробовать его. Войлодьон Гагнасдиак убил путешественника, — Джери показал друзьям какой-то предмет. Это был небольшой весьма непритязательного вида жезл, цвета темной охры. — Вот он. Магический Рунный Посох. Им владел Хоукмун, когда я путешествовал с ним по Империи Мрака.
ГЛАВА ВТОРАЯ
В TAHEЛOPH
— Что такое Рунный Посох? — спросил Корум.
— Я припоминаю одну историю… Впрочем, я не мастер давать имена и объяснять…
Элрик едва заметно улыбнулся:
— Я обратил на это внимание.
Корум поднес посох к глазам: ему не верилось, что тот обладает какой-то властью.
— Этот предмет, — пояснил Джери, — может существовать только в определенном физическом и психическом поле. Чтобы существовать, он создает вокруг себя особое поле, в котором должен пребывать. Это поле соотносится с упомянутыми условиями — кстати, теми же, что наиболее благоприятны для нашего с вами существования…
Огромный кусок штукатурки сорвался с потолка.
— Башня разваливается, — проворчал Эрекозе.
Корум заметил, что Джери поглаживает жезл пальцами, следуя вырезанному на нем узору.
— Встаньте рядом со мной, друзья.
Как только они встали плечом к плечу, крыша обрушилась. Огромные каменные глыбы посыпались прямо на их головы — и спустя мгновение над ними голубело небо, от которого веяло прохладой, а под ногами была твердая почва. Между тем со всех сторон подступала черная тьма — всеобъемлющая тьма небытия.
— Не выходите за границы круга, — предостерег Джери. — Иначе конец, — он нахмурился. — Пусть Рунный Посох сам отыщет то, что должен отыскать.
Корум хорошо изучил своего друга и заметил, что голос у Джери не такой уверенный, как всегда.
Земля изменила цвет, воздух сделался раскаленным, затем пронзительно-ледяным, и Корум догадался, что они стремительно перемещаются по тем плоскостям, где прежде блуждала башня, однако они двигались не наугад, а к какой-то определенной цели, в этом он был уверен.
Потом Корум ощутил под ногами песок, горячий ветер пахнул ему в лицо, а Джери вдруг закричал:
— Вперед!
Вместе со всеми Корум ринулся в темноту, а очутился в ослепительном солнечном сиянии и увидел над собой сверкающее металлическое небо.
— Пустыня… — негромко проговорил Эрекозе. — Огромная пустыня…
Вокруг перекатывались желтые барханы, и ветер с печальным шепотом проносился над ними.
Джери был явно доволен собой.
— Ты узнаешь это место, друг Элрик?
— Шепчущая пустыня?
— Прислушайся.
Элрик вслушался в печальный шепот ветра, однако что-то другое приковывало его взгляд. Корум оглянулся и увидел, что Джери бросил Рунный Посох на землю и тот истаивает прямо на глазах.
— Вы отправитесь со мной на защиту Танелорна? — спросил Элрик, явно рассчитывая на согласие. Однако Джери покачал головой.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
