Был лишь один выход, который давал мистеру Уизли возможность осуществить задуманное. Для этого Гарри должен был напасть на Негуру одновременно с ним. Никто, даже вампир, не способен отразить два нападения сразу.
Но его планам не суждено было сбыться - Лидер решил напасть на Артура первым. Он двигался так быстро, что Гарри почти ничего не рассмотрел. Только как мистер Уизли перелетел через комнату и громко ударился о противоположную стену. Рон что-то неразборчиво выкрикнул, но вампир легко уклонился, и теперь в стене зияла дыра. Гермиона тоже что-то выкрикнула, и Гарри решил нападать.
- Sectum Sempr!..
Холодные пальцы сомкнулись на горле, перекрывая доступ к кислороду, и подняли над полом. Ноги Гарри болтались в воздухе, а сам он широко открыл рот в безуспешной попытке вдохнуть.
- Слишком медленно.
Вся веселость испарилась, теперь голос Негуры звучал почти так же жестоко, как у Волдеморта. Гарри швырнули на стол - тот сломался под тяжестью его тела - и он сильно ударился головой; да так, что на несколько секунд лишился сознания. Когда Гарри пришёл в себя, его ослепила жгучая боль в горле. Он закашлялся кровью из прокушенного языка и почувствовал, что у него сломаны рёбра. Превозмогая боль, Гарри заставил себя подняться. То, что он увидел, было по-настоящему жутко. Когда убивал Волдеморт, никогда не проливалось ни капли крови, но Негура, видимо, придерживался других правил. Он не убивал немедленно. Сначала пускал своей жертве кровь.
- РОН! - заорал Гарри, увидев, как его друг корчится на полу от боли. Он пытался подняться, но каждый раз падал. Он хотел помочь Гермионе, которую прижали к стене и безжалостно теребили её одежду в поисках того, что она забрала.
Ужасная цена за маленький клочок бумаги.
- Гермиона… - прошептал Рон. На секунду его глаза встретились с глазами друга. Гарри смутно понял, что Рон серьёзно ранен, настолько, что вот-вот потеряет сознание, но его лицо по-прежнему отражало так много чувств. Он без слов молил о помощи.
Спаси её.
Что-то щёлкнуло у Гарри в голове. Он наклонился, взял длинную острую щепку сломанного стола и медленно перевёл взгляд на Негуру, который разразился победоносным смехом, когда нашёл письмо в джинсах Гермионы.
- Наконец… - прошептал он и наклонился к ней, обнажая длинные белые клики, принюхиваясь к мягкой коже.
Её перепуганный крик словно толкнул Гарри в спину и заставил шагнуть вперёд. Ладонь до боли сжалась на щепке, и он в три быстрых шага сократил расстояние между ними. Гарри вогнал деревяшку в сердце вампира раньше, чем его зубы успели коснуться обнажённой шеи Гермионы.
Звук рвущейся плоти был отвратителен. Намного хуже, чем представлял себе Гарри. Он попытался вспомнить, сколько же людей он убил в дни Второй Войны. А он убивал; стоило вспомнить тот случай на Тисовой улице, но Гарри никогда не стоял к смерти так близко.
Он уже привык к мысли, что способен на убийство. Это понимание пришло с текстом Пророчества, которое призывало его стать убийцей или погибнуть.
Но теперь Гарри знал точный ответ. Он узнал его, когда глубже вгонял осколок дерева Драгомиру в грудь.
Лидер закричал от бешенства и повернулся. Его глаза светились, а обнажённые клыки блестели.
- Оставь моих… друзей… в покое! - сипло выдавил Гарри, сквозь ноющее горло. В ладони Негуры неожиданно появилась палочка, и прежде чем Гарри понял, что произошло, его снова распластало на полу. В груди снова расцвела боль, с каждой секундой она становилась всё невыносимей. Но какое же удовольствие было видеть, как осевший на колени Негура рычит и пытается дотянуться до деревяшки, которая пронзила его почти насквозь.
Гарри снова закашлял, боль охватила все тело. От её силы спазматически скручивались пальцы и подёргивались ноги. Раны болели так сильно, словно он извивался под пыточным проклятием. Пересилив себя, Гарри посмотрел на Гермиону - она была единственной относительно уцелевшей. Девушка сидела на полу, прислонившись к стене, её голова безвольно опустилась вниз. Должно быть, она была без сознания. Рон тоже не двигался, и Гарри отчаянно надеялся, что он ещё дышит. Он не знал, что произошло с Анжелиной и Артуром, но боялся, что худшее. И Гарри не мог им помочь - он даже встать сам не мог. Может, Малфой сможет что-нибудь сделать… но где этот маленький трусливый Пожиратель Смерти?
- Ну, надо же… похоже у вас проблемы, мой Лидер.
Гарри резко повернул голову к двери. И надежда увидеть кого-нибудь из Ордена умерла в ту же секунду.
Всё.
В эту секунду всё лишилось смысла, потому что у входа стоял другой вампир.
Люциус Малфой лукаво усмехнулся и поправил плотный воротник.
- Могу я помочь тебе, Драгомир? - насмешливо спросил он и пригладил ладонью свои длинные волосы.
Единственным отвётом ему стало свирепое рычание. Но Малфой всё понял и снова усмехнулся.
- Конечно, мой Лидер, - он подошёл к Негуре, схватил щепку и резко выдернул её. Драгомир взвыл от боли, его тело дёрнулось в спазматических судорогах и тяжело рухнуло на пол. А потом, после показавшейся бесконечной минуты тяжёлой тишины, он снова заговорил.
- Подними меня.
- Конечно, - искоса посмотрел на него Люциус. - Могу я задать дерзкий вопрос, мой Лидер? Вас ранил Поттер? Готов поспорить на моё новое пальто, что он.
Негура, который теперь вновь стоял на ногах, разгладил мантию и холодно ответил.
- Ты прав, Люциус. Очень дерзкий вопрос и, да, именно Гарри Поттер так глупо осмелился на меня напасть.
- Вы убьёте его? - спросил Малфой-старший с нескрываемым волнением.
- Конечно, - прошипел Негура и прищурился. - Но сперва скажи мне, как ты сюда попал. Я пока не приглашал сюда своих вампиров.
- О, очень просто. Когда я был ребёнком, наша семья часто приходила… погостить у миссис Блэк. Я не был уверен, что у меня получится войти сюда, ведь она давно мертва, но видимо её дух до сих пор обитает в стенах этого дома. Мне позволили войти. Признаюсь, мне начинает нравиться мой новый статус вампира.
- А я говорил тебе, помнишь? - фыркнул Драгомир.
- Смутно.
- Хорошо, а теперь с дороги.
Гарри, который за то время, пока они разговаривали, пытался себя излечить, понял, что его время вышло. Негура убьет его сейчас. Что за нелепый конец. Гарри всегда думал, что именно Волдеморт прикончит его.
- Конечно, мой Лидер. Я лишь надеюсь, что я заслужил награду за свою помощь.
- Само собой, Люциус. Выбирай кого хочешь, но Поттер - мой.
Гарри прикрыл глаза, вспоминая мягкий, шипящий голос Тёмного Лорда: «Береги свою шею, мальчик». Он подавил смешок. Риддл разочаруется в нём. Кстати, Волдеморт, должно быть, единственный, кто силён настолько, чтобы остановить сейчас и Негуру и Малфоя. Но база Ордена хорошо защищена - Тёмный Лорд не найдёт этот дом и через тысячу лет, не говоря уже о том, что он и не попытается его найти. Хотя то, что сейчас Гарри хотел решить все свои проблемы с помощью своего врага, волновало его не меньше. Похоже, его репутация в такой же опасности, как и он сам.
