отец вместе с королем Хусейном посетили шаха, и они договорились о визите Фейсала»[266].
Сыну позволительно преувеличивать роль отца. Дело, видимо, было проще: влиятельная ливанская газета «Аль-Хаят» стала глашатаем идей мусульманской солидарности и рупором Фейсала в арабском и мусульманском мире, а Камиль Мрувве действительно стал пользоваться личной симпатией короля и выполнять не только его пропагандистские, но и деликатные политические поручения. (Его конец был трагичен, как и многих политических лидеров Ливана различных направлений: он пал жертвой убийцы. Преступление так и не было раскрыто. На Хартумской конференции 1967 г. Фейсал нашел время, чтобы принять Джамиля Мрувве, тогда зеленого юнца, чтобы выразить ему свои соболезнования.)
Король Фейсал начал с недельного визита к шаху Ирана, через месяц провел неделю с королем Хусейном в Иордании, затем посетил Судан, Пакистан, Турцию, Марокко, Ливию, Мали и Тунис.
Реакция на инициативу Фейсала была положительной в Иране, а также в Марокко, Иордании и Пакистане. Однако в тот момент Египет и Сирия отнеслись к его призыву к исламской солидарности как к угрозе арабскому национализму и попытке создать новый прозападный военный блок. Насер обвинил Фейсала в том, что он стал «предателем арабского дела», а исламская солидарность была «американо-британским заговором», нацеленным на то, чтобы расколоть арабский мир и подорвать арабские надежды на единство. В Сирии осудили Фейсала как «реакционера», призыв которого к исламскому единству был направлен против арабских националистов в исключительно личных целях.
Фейсал спокойно отнесся к пропагандистским выпадам из Каира и Дамаска. Он отнюдь не выступал против арабского единства, но считал его первым шагом к более широкому мусульманскому единству. Фейсал полагал, что религиозные и традиционные элементы арабизма противостоят радикализму, секуляризму, «революционности» панарабских устремлений левых арабских режимов. (Заметим в скобках, что арабское единство, бывшее химерой в 60-х гг. прошлого века, остается таковой и в наши дни.) 3
В числе первоочередных задач будущей мусульманской международной организации Фейсал ставил межправительственное сотрудничество исламских государств, борьбу с коммунизмом и левыми течениями в арабском мире и мобилизацию всего мусульманского мира на помощь арабам в борьбе против Израиля.
Поражение Египта, Сирии, Иордании в войне 1967 г. было реквиемом по арабскому национализму, особенно по национализму с социалистической окраской. Правда, будут еще его местные успехи в Ливии или Палестине, Йемене или Омане. Но идеология национализма выдыхалась. Это станет ясно через несколько лет.
В августе 1969 г. пламя Аль-Аксы и конференция в Рабате высветили необходимость исламской солидарности, к которой призывал Фейсал.
В марте 1970 г. Фейсал созвал в Джидде первую конференцию министров иностранных дел мусульманских государств. Они осудили Израиль за отказ выполнить резолюции ООН, призывающие к выводу израильских войск с оккупированных в 1967 г. арабских земель, и сионизм как радикальное, агрессивное и экспансионистское движение. Было решено считать 21 августа каждого года (годовщина поджога Аль-Аксы) днем солидарности с палестинским народом.
Речь шла прежде всего об Иерусалиме и Палестине. Но очень скоро сфера солидарности и сотрудничества мусульманских стран стала расширяться. Был создан исламский секретариат для текущей организационной работы. Встречи глав мусульманских государств и их министров иностранных дел стали проводиться на регулярной основе. Последовало основание исламских культурных центров. Стали развиваться различные формы экономического сотрудничества между мусульманскими странами, включая создание исламского банка. Так, в начале 1970 г. король Фейсал заложил основы работы Организации исламской конференции, которая стала влиятельным игроком на международной арене уже после его смерти.
В июне 1971 г. Саудовская Аравия помогла проведению конференции по выработке хартии новой организации.
После смерти Насера волна левого национализма в арабском мире пошла на спад. Садат, демонстрируя свою мусульманскую набожность, начал сближаться с Саудовской Аравией. Египет в феврале 1972 г. стал организатором конференции по исламскому банковскому делу.
В конце 1970 г. Хафез Асад взял власть в Сирии, сделав более умеренным сирийский политический курс и более сдержанной риторику. В 1971 г. президент Нимейри в Судане подавил попытку коммунистического переворота. Ливийский президент Каддафи, несмотря на свой радикализм, тоже стал проповедовать идеи исламской солидарности. Против Фейсала выступали только лидеры Алжира и Ирака.
Хартия Организации исламской конференции (ОИК) была принята на третьей конференции министров иностранных дел мусульманских государств в Джидде в феврале 1972 г. В ней участвовало 30 глав внешнеполитических ведомств, включая сирийское.
Одновременно было создано Международное исламское информационное агентство с постоянной штаб-квартирой в Джидде в качестве первого специализированного агентства ОИК. Участники конференции поддержали южноафриканские народы в борьбе против расизма и колониализма, заявили о поддержке Пакистана в его войне с Индией в 1971 г.
В ноябре 1972 г. Фейсал посетил пять африканских стран, пропагандируя идею мусульманской солидарности и стремясь изолировать Израиль в Африке.
Четвертая конференция министров иностранных дел мусульманских государств состоялась в Ливии, в городе Бенгази, в марте 1973 г. Ее участники выразили солидарность с филиппинскими мусульманами, призвали Индию освободить пакистанских военнопленных, поддержали эритрейский народ в его борьбе за самоопределение, осудили португальское присутствие в Африке. Организация освобождения Палестины была признана единственным законным представителем палестинского народа, был создан Фонд в поддержку Палестины.
Контуры морально-политического сотрудничества мусульманских стран проявлялись все четче. Сердцевиной оставалась задача освобождения Иерусалима и поддержка палестинцев, но становилось ясным, что многие международные проблемы затрагивают все мусульманские государства, и они искали совместные ответы на вызовы времени.
Глава 20
«Одомашнивание» АРАМКО[267]
Когда Фейсал назначил Ахмеда Заки Ямани вместо Абдаллы ат-Турейки министром нефти, он ясно сказал новому министру, что отвергает не цели, а методы его предшественника. Рано или поздно АРАМКО должна была стать саудовской компанией, но в тот момент это было невозможно. Фейсал хорошо помнил о расправе с Ираном. У Саудовской Аравии не было кадров, чтобы взять в свои руки нефтяные операции, мировой рынок в начале 1960-х мог обойтись без саудовской нефти. После йеменской революции на кону стояло само выживание королевства с помощью США. Это исключало конфронтацию с могущественной американской компанией. Пока что, в 1960-х гг., политика Фейсала состояла в том, чтобы позволять АРАМКО добывать нефти столько, сколько она хотела. Это означало получение больших средств для программ развития и выполнение саудовской части сделки: нефть в обмен на американскую военную защиту.
Во главе компании в конце 1960-х гг. стал талантливый технократ и тонкий политик Фрэнк Джангерз, заменив на этом посту Томаса Барджера, который ушел на пенсию. Глава одной из самых могущественных компаний в мире должен был во взаимоотношениях с королем Фейсалом решать две главные проблемы: как реагировать на арабо-израильский конфликт и на саудовское требование получить долю в капитале компании.
Было ясно, что участие в делах компании означало саудовский эвфемизм
