Загляни в себя – там тоже находится целый мир, который по размерам и богатству не уступает внешнему, однако находится гораздо ближе и доступнее. Это советую тебе я, Властелин Вселенных, который смотрел и будет смотреть себе в душу и который находит это занятие интересным и полезным. Помни, что Повелителем Вселенных я стал сначала в своей душе и лишь потом фактически, на самом деле.
К чему золото и слава, если душу точит червь?
Живи в мире с самим собой, человек.
…Я продолжаю свой рассказ дальше, и он подходит к концу. Того человека похоронили с почестями, хотя некоторые и считали их незаслуженными. Он умер, едва перешагнув тридцатилетний рубеж; он умер молодым, не зная серьезных болезней: он знал, что "хорошая" болезнь – это такая болезнь, которая вылечивается без последствий… – но он не дожил сорока-пятидесятилетнего возраста и не узнал, что в этом возрасте – "хорошая" болезнь – это та болезнь, которая не прогрессирует, – именно поэтому в той книге, которую я написал, совсем нет тяжелых заболеваний, которые обычно сопутствуют закату человеческой жизни.
…Меня интересовало, как после смерти моего родоначальника в данном конкретном случае время будет стирать наносное и обнажать истинное, поэтому я стал рассматривать общественное мнение о нем на протяжении последующих лет.
В целом общественное мнение об умершем, сразу же после его смерти, было таковым: он был хорошим солдатом, с честью выполнивший свой долг перед Родиной, но у которого от военных потрясений повредилась психика, отчего он и совершил несколько убийств. Также, после войны, у него появились уникальные способности, как в области влияния на людей – он мог внушать окружающим то, чего не было, так и в точности – ни один его удар за все время футбольной карьеры не пришелся мимо ворот, хотя он бил очень много и из разных положений. А еще люди слышали, что он что-то писал, может быть, что-то хорошее, хотя, что конкретно, сказать не могли. Было также мнение, что за его военные заслуги, хорошо бы его именем назвать улицу или площадь, можно также поставить и памятник, однако, учитывая те несколько совершенных им убийств вместе со странным концом с психиатрической лечебнице, с этим решили не спешить.
Прошел век. Жизнь в Галактике вошла в нормальное русло, и жители ее считали Первую Галактическую войну неизбежным злом, но одобряли ее результаты. Мнение же большинства людей о моем родителе изменилось. Вопросы о его необъяснимых уникальных качествах в области влияния на людей и невероятной точности в футболе за это время были успешно решены: часть объяснили с научной точки зрения, часть забыли, а чему-то не поверили. Причина смерти, по мнению людей, у него была все та же – проблемы с психикой после войны. На психическое заболевание списали все его неясные слова и непонятные поступки. Но теперь люди уже поняли, какое наследие оставил он своим потомкам – это были дивные сказки и серьезные научные труды в разных областях знания. В целом, портрет нашего героя стал таков: ученый, солдат, футболист и сказочник (в порядке убывания значимости). Теперь люди уже поставили ему памятники, назвали улицы, города и планеты его именем – так человечество признало его заслуги и в военной, и в научной, и в литературной области. Действительно, большое видится на расстоянии – что ж, посмотрим, как все будет выглядеть дальше.
Прошло тысячелетие со дня его смерти, и что же я увидел? Портрет моего родителя упростился: выдающийся ученый, чьи идеи обогнали свой век, и автор замечательных сказок. Все – ни о войне, ни о спорте, ни об убийствах, ни о его уникальных способностях память народов не сохранила ничего. Конечно, в энциклопедиях и специальных изданиях люди могли бы найти много подробностей о его жизни, но большинству из них это было не интересно.
Я заглянул дальше, в десятитысячный год после его смерти, и что же? Оказывается, люди помнят о нем то же, что и помнили девять тысяч лет назад: выдающийся ученый и сказочник. Да, время все расставило на свои места и потомкам стало ясно, что он был просто гений. Вот так, ни больше, ни меньше – с течением времени осталось главное, а не те мелочи, на которые обращали внимание его современники.
Наверное, память человечества относительно моего родителя теперь уже никогда не будет меняться, поэтому я оставил его навсегда. Я растянулся во времени и заглянул сначала в будущее, а потом в прошлое, просто для того, чтобы посмотреть на историю человечества так далеко, насколько мне тогда это было возможно. Я смог заглянуть не больше, чем на семь миллионов лет нашей эры и еще на два миллиона лет до нее. Для вас, люди, будущее покрыто мраком, да и в прошлом еще многое недостаточно ясно – я же вижу все абсолютно четко и знаю абсолютно точно, но для вас пусть все остается, как прежде – большего знать вам не нужно.
…Чтобы покинуть Вселенную, необходимо выделить себя из нее – так, капле следует стать паром, чтобы покинуть пруд, а не надеяться на фонтан; все же дальнейшее произойдет легко и естественно…
Я закончил все свои дела в этой Вселенной, выделил себя из нее и вышел наружу. Я протянул свою мысль к отцу и сообщил ему, что этот Мир мне больше не нужен. Как человек мнет лист бумаги и бросает его в урну, так поступил и мой отец – чтобы она занимала меньше места, он сжал Вселенную до кваркового состояния, зафиксировал ее, чтобы она опять не взорвалась, и убрал ее.
Итак, все, я заканчиваю эту книгу. Надеюсь, что она принесет тебе какую-нибудь пользу, мой читатель. Меня ждет мой мир, а тебя – твой, – мы не встретимся больше никогда, совсем никогда. Печаль и тоска заполняют мое сердце – мне жаль расставаться с полюбившейся мне книгой и тобой, мой читатель, но мне нечего больше сказать тебе, и я умолкаю. Удачи тебе, постоянного благополучия и всего самого наилучшего в жизни. Будь счастлив и прощай навсегда.
