В мансарде было пусто, пыльно и печально, как в любой покинутой квартире. Но, в общем, ничего не изменилось. Можно подумать, после Катиного отъезда сюда никто ни разу не заглядывал.
Катя прошла на кухню… И тут ей показалось, что за окном мелькнула тень.
Катя сначала испугалась, потом рассердилась. На себя, за глупый испуг. Она ведь уже не та наивная девочка, которая приехала в Санкт-Петербург два месяца назад. Она сумеет за себя постоять. Вооружившись тяжелой чугунной сковородой с деревянной ручкой, Катя решительно распахнула окно, выходящее на крышу.
— Ау! Есть тут кто-нибудь?
Никто не отозвался.
Зато Кате почудился еще один посторонний звук. На этот раз — из квартиры.
Какая-то возня, шебуршание…
По спине девушки невольно пробежали мурашки. Она быстро повернулась:
— Кто здесь?
Ответом был звук быстрых шаркающих шагов. Кто-то прошмыгнул из коридора в гостиную.
«Раз он прячется, значит, он меня боится», — рассудила Катя.
Дверь в гостиную была притворена, хотя Катя точно помнила, что минуту назад она была нараспашку.
Ухватив покрепче сковородку, Катя щелкнула выключателем. Одна из лампочек, вспыхнув, сразу перегорела, но вторая, к счастью, зажглась нормально, и Катя увидела, что на пыльном полу посреди гостиной что-то лежит. В следующий миг Катя похолодела от ужаса: это было человеческое тело.
Катя медленно подошла к нему, и ей стало еще страшнее: тело принадлежало ребенку.
Мальчик лет двенадцати лежал на спине, запрокинув голову, неподвижный, как камень. Судя по сероватому оттенку его кожи, он был мертв. Короткие взлохмаченные волосы ребенка тоже были серые, одежда — шорты и футболка с картинкой, — оборванные и перепачканные. Обуви на больших грязных ногах не было вовсе.
«Беспризорник, что ли?» — подумала Катя, склоняясь над телом. Пропорции мальчика были необычными: крупная голова, огромные ступни, широкий рот. Лицо вообще довольно страшненькое. Катя наклонилась ниже, и на нее повеяло странным, смутно знакомым запахом…
Вдруг мальчик раскрыл глаза и хулигански улыбнулся, демонстрируя крупные белые зубы.
— Поймал! — радостно объявил он.
Катя встретилась с ним взглядом — и ахнула: глаза были желтые, как у кошки. В следующее мгновение две грязные руки с недетской силой вцепились в Катину шею. Девушка даже не успела понять, что произошло, как что-то подняло ее в воздух и швырнуло на спину. Маленькое чудовище навалилось на нее, сжимая руки на ее шее. Катя отреагировала совершенно рефлекторно. Ее правая рука всё еще сжимала сковородку, и этой сковородкой она изо всех сил заехала агрессору по физиономии.
Агрессор взвизгнул и сразу отпустил Катю.
Катя осторожно ощупала горло.
Странный ребенок сидел на полу, прижимая ладони к лицу.
— Мальчик, ты что, псих? — хрипло спросила Катя. — Ты чего на людей кидаешься?
Мальчик отнял ладони от лица. Из носа его сочилась кровь, а на Катю он смотрел с глубокой обидой.
«Я ведь его убить могла…» — подумала Катя.
И тут мальчик разревелся.
— Вот и пореви теперь, — не без злорадства сказала Катя. — Сам виноват.
Мальчик, не обращая на нее внимания, заливался слезами. И ругался. Причем не по-русски.
Наконец Кате это надоело.
— Хватит реветь! — сердито потребовала она. — Всё, кровь уже не течет. Ну-ка пошли умываться!
— Ты кто? — спросила его Катя, когда маленький бандит был умыт и приведен в относительный порядок. — И что ты тут делаешь?
— Нет, сначала скажи: ты кто? — перебил мальчик.
Говорил он по-русски правильно, но с сильным акцентом.
— Я — Катя.
— А я — Нильс.
— Ну, вот и познакомились. А теперь изволь объяснить, как ты сюда попал, Нильс?
— Мы в гости к дяде приехали. Меня мама сюда привела.
Ну и ну. Выходит, мансарду уже кому-то сдали. А с чего это Катя решила, что квартира по-прежнему пустует? Вот так ситуация. Получается, Катя вломилась в чужой дом, избила ребенка…
Катя внимательно посмотрела на странного мальчика, и у нее вдруг возникло ощущение, что не всё так просто…
— А как зовут твоего дядю? — спросила она.
— Его зовут Карлссон! — гордо сказал Нильс.
Племянник Карлссона!
Катя испытала мгновенное облегчение. Зная Карлссона, можно с уверенностью сказать: этот не стал бы снимать квартиру в агентстве. Хотя у его родичей могут быть другие привычки.
Племянник Карлссона… Это многое объясняет. И странную внешность, и невероятную для ребенка силу…
— Ты что, тоже тролль?
— Ну да. А откуда…
— Что значит «тоже тролль»? — прогремело у Кати за спиной.
Она испуганно обернулась и увидела в дверях огромную бабищу. Настоящую великаншу.
— Что значит «тоже тролль»? — низким рокочущим голосом осведомилась бабища. — Много ли троллей ты видела в своей жизни, девица?
— Добрый день, — растерянно проговорила Катя.
— Скорее, добрая ночь, — уточнила троллиха.
— Мама, я ее поймал, а она меня ударила! — наябедничал тролленок. — Ой!
Троллиха с удивительной быстротой оказалась возле сыночка и отвесила ему сочную оплеуху.
— Кто тебе разрешил охотиться? — прорычала она.
— Я кушать захотел, — пискнул тролленок. — А тут она…
— Мешок! — рявкнула троллиха. — Бегом!
Нильс выскочил в соседнюю комнату и тут же вернулся с сумкой раза в три большей, чем он сам.
Вжикнула застежка-молния.
— Полезай, — велела троллиха Кате.
— Зачем? Я не хочу никуда…
В следующую секунду Катя была схвачена и, несмотря на протестующие крики и трепыхание, посажена в сумку.
— Сиди тихо, пища, — прорычала троллиха. — Будешь пищать — пришибу.
Катя сочла за лучшее умолкнуть. А то ведь и вправду пришибет.
В сумке было неудобно, душно и воняло. Катю куда-то несли. Сначала — прямо, потом наверх. Слышно было, как пыхтит троллиха.
«Я тут задохнусь…» — подумала Катя.
Но, к счастью, ее «путешествие» длилось недолго.
Снова вжикнула молния, и Катю неуважительно, как котенка, вытряхнули на пол.
Было темно, но Катя узнала место. По запаху. Квартира Карлссона.
— Не смейте так со мной обращаться! — заявила Катя. — Я пожалуюсь Карлссону.
— Помалкивай, пища! Эй, муженек! Я поймала девицу, которая говорит, что видела брата!
— Это я ее поймал! — пискнул Нильс.
Звук оплеухи перекрыл глуховатый рык из «гостиной».
— Тащи ее сюда. Поглядим, что за добыча и с чем ее едят.
Глава седьмая
О государственной границе, а также о том, какие кулинарные рецепты в ходу у бабушек горных троллей
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
