До старта оставалось полтора часа. Георгий решил провести их с толком. Кое-кто из высшего командного состава полагал, будто секс перед операцией не способствует ее успеху. Только не полковник Жигалин.
В коридоре он, к своему неудовольствию, столкнулся с Сергеем Стукаловым. Последний отличался не самым приятным характером. В оперативном отряде Жигалин терпел его только по причине великолепной боевой выправки. Впрочем, раздражения Жигалин не скрывал, часто придираясь к подчиненному по мелочам. Стукалов действовал не как человек, а словно оживший механизм: приказы выполнял точно, но стоило ситуации выйти из-под контроля, проявлял себя, мягко говоря, неправильно. В прошлый раз, к примеру, бандитам удалось применить электромагнитную пушку, после чего продолжающий безрезультатно выжимать спуск Стукалов получил удар парализатором в грудь. Пришлось новичку брать инициативу на себя. Хорошо, парень оказался крепким и справился с тремя противниками.
— Что ты здесь делаешь?! — поинтересовался Жигалин. — Почему не отдыхаешь?
Стукалов вытянулся в струну.
— Не могу перед операцией… — Добавил виновато: — Вы же знаете.
— Отставить шатания по коридору! Марш в свою каюту!
— Есть.
Проводив подчиненного сердитым взглядом, Георгий направился дальше. Приложил ладонь к сенсорному замку — у него был доступ. Створка двери мягко отъехала в сторону. Полковник стремительно пересек каюту и заключил Елену в объятия. Губы любовников слились в страстном поцелуе. Девушка была значительно ниже полковника, ей приходилось запрокидывать голову, отливающие белым шелком волосы ниспадали до пояса. Сколько раз он просил ее сделать уставную прическу — для женщин в армии это аккуратный полубокс. Но Лена упиралась. Знала, что из отряда он ее все равно не выгонит. Говорила, что волосы под шлемом не мешают. И, в общем-то, была права.
Жигалин в силу характера не любил предварительных ласк и в подруге ценил умение обходиться без них — страстная натура, она возбуждалась от одного его прикосновения. Он решительно расстегнул молнию комбинезона, сорвав с девушки одежду. Подхватил ее сильными руками ниже линии бедер и опрокинул на кровать…
Ровно через полчаса полковник покидал каюту Елены Слуцкой. Обнаженная девушка лежала на горячей от любви постели. Пышная грудь продолжала манить полковника. Но он умел при необходимости взять себя в руки.
— Будь готова. Через час вылет! — бросил Жигалин. С подчиненной он оставался подчеркнуто жестким, хотя душа отзывалась нежностью, стоило ему только подумать о Елене. От странного теснения в груди полковник старательно бежал, его пугало даже предположение, что это, возможно, любовь. Не время сейчас, говорил себе Жигалин, и отчаянно тосковал от того, что, твою налево, действительно не время. Родина в опасности.
Стыковка прошла нормально. На подлете загрузили бортовой компьютер корабля контрабандиста информацией от арестованных пару недель назад торговцев наркотой — все они уже отправились по этапу на Тритон. Картинка продемонстрировала преступнику несколько отвратительных рож в тюрбанах. Только сидящий за пультом уроженец Венеры выглядел более-менее презентабельно. У него имелся диплом пилота торгового флота, и во время ареста он был куда разговорчивее подельников.
Спецотряд полковника Жигалина проник в корабль контрабандиста. Внешне — стандартная комплектация «Титана»: никаких фотонных ускорителей Георгий не заметил, да и других технических усовершенствований на первый взгляд видно не было. Миновав узкий коридор, оперативники ворвались в рубку управления. Впереди — полковник Жигалин. Сразу за ним Калач — парень проявлял заметное рвение. Следом Лукаш и Елена. Сергей Стукалов по приказу командира остался в капсуле: не хотелось, чтобы он завалил дело. Про себя Жигалин уже решил в ближайшее время списать его на берег.
Свесив две пары конечностей, гоб сидел без движения в крутящемся кресле возле пульта. На непроницаемом темном лице сложно было что-то прочесть. Оно было так не похоже на человеческое и выглядело безжизненной маской. Отчего-то Жигалину показалось, что если сдернуть ее, то за ней обнаружится гладкая мертвенно-белая поверхность. Визуальный образ был настолько отчетливым, что Георгий ощутил, как по позвоночнику пробежал холодок.
— Сидеть! — Жигалин огляделся, стараясь не выпускать инопланетянина из поля зрения. Кто знает, что может выкинуть гоб. В свое время он просмотрел немало записей многочисленных интервью и ток-шоу с участием пришельцев, но так и не смог разгадать их странной природы. О чем они думают, чего хотят от людей — все это так и оставалось загадкой по сию пору
Гоб ничего не отвечал — хотя, судя по записям, по-русски пришельцы изъяснялись вполне сносно, — только смотрел желтыми фасетчатыми глазами, лишенными век, да слабо шевелил щупальцами над неровной щелью рта.
Жигалин медлил. Его что-то настораживало. Казалось, пора отдать приказ об аресте, но язык словно прирос к небу. И сердце колотилось учащенно, что было ему совсем не свойственно.
Контрабандист вдруг резко поднялся и пошел на людей. Ощутив мгновенный укол страха, Георгий попятился…
Калач вскинул автомат и дал по преступнику очередь. Но вместо того чтобы откинуться назад, обливаясь желто-зеленой кровью, тот исчез в яркой вспышке света.
Прикрыв ослепленные глаза, Жигалин пару секунд тупо разглядывал кресло, в котором только что сидел инопланетянин, потом процедил сквозь зубы:
— Я же сказал брать живым! — Он обернулся к стрелку. — Ты что, не слышал?!
— Он хотел напасть на нас… — Парень выглядел обескураженным.
— На базе разберемся, — пообещал Жигалин и отдал приказ: — Обыскать тут все! Мерзавца брать живым!
Поиски дали самые неожиданные результаты. Хвостовой отсек оказался под завязку забит бутанадиолом, чья точная формула пока оставалась для земных ученых загадкой.
А вот самого контрабандиста на корабле не оказалось. Он попросту исчез.
Встреча с инопланетянином произвела на полковника Жигалина неизгладимое впечатление. Впоследствии он неоднократно вспоминал черную физиономию без тени эмоций и свои странные чувства.
«Он умеет контролировать наши эмоции, — думал полковник, — и делает это мастерски».
Тот искусственный страх, который испытал Жигалин, ничуть не походил на естественный. Так, должно быть, ощущает себя подопытная крыса с вживленным в кору головного мозга электродом.
Первый контакт состоялся больше десяти лет назад.
Появление корабля гобов поначалу вызвало панику. Человечество оказалось не готово к общению с инопланетным разумом. Люди только недавно успели освоить Солнечную систему. О полетах к иным звездным системам пока можно было только мечтать. А гобы явились из таких космических глубин, о которых и мечтать не приходилось. Восторженные заявления некоторых энтузиастов-уфологов не в счет — их голоса потонули в реве перепуганной перспективой вторжения толпы.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
