— Интересно, откуда старина Сэм получает свои поставки?
Механик испытывающе посмотрел на Десейна.
— Я, конечно, нисколько не сомневаюсь, что вы не подвизались в агенты какой-нибудь из огромных нефтяных компаний, сэр, но если вы думаете сторговаться с Сэмом, то выкиньте эту затею из головы.
— Мне просто любопытно, — поторопился сказать Десейн. Выбор слов механиком удивил его — «подвизаться в агенты». Десейн решил не обращать на это внимания, сосредоточившись на более насущных вопросах.
— Сэм заказывает горючее раз в году на отрытом аукционе, — продолжал механик. — В этом году — у небольшой компании из Оклахомы. Оттуда к нам постоянно прибывают грузовики.
— Правда?
— Я бы не стал это рассказывать, если бы это было не так.
— Я не сомневаюсь в ваших словах. Разве нельзя просто высказать свое удивление?
— Нечему здесь удивляться. Деньги необходимо вкладывать туда, где от них будет наибольшая отдача. С вас три доллара и три цента, сэр.
Расплачиваясь, Десейн спросил:
— Есть где-нибудь поблизости телефон?
— Если вы хотите позвонить в Сантарогу, то можете воспользоваться телефоном, который есть у нас на станции, доктор Десейн, — произнес механик. — А платные телефоны чуть дальше, за тем зданием, где хранятся смазочные материалы. Но нет смысла тратить время, если вы собираетесь звонить за пределы долины. Линия оборвана. На горе ночью был пожар.
Десейн, внезапно насторожившись, внимательно посмотрел на механика.
— Откуда вам известно мое имя? — недоверчиво спросил он.
— Ха, мистер, да кто же вас не знает здесь? Вы ведь друг Дженни из университета. Это ведь из-за вас она дает от ворот поворот всем местным парням.
Улыбкой, которая последовала вслед за этим утверждением, он, наверное, намеревался рассеять все сомнения Десейна, но она только еще больше насторожила его.
— Вам же нравится Сантарога, — продолжал механик. — Как и всем, — улыбка его постепенно угасала. — Извините, сэр, но меня ждут другие машины.
Психолог молча смотрел вслед удаляющемуся парнишке. «Он спросил, не агент ли я нефтяной компании, — подумал Десейн, — хотя знает, как меня зовут… и он знает о Дженни. Любопытное несоответствие». Это наводило его на кое-какие размышления, хотя, возможно, ничего странного в этом не было.
С другой стороны к насосу подъехал длинный, зеленого цвета «крайслер». Водитель, толстяк с дымящейся сигаретой во рту, высунулся из окна и спросил:
— Скажите, эта дорога выведет на 395-ю автостраду?
— Да, поезжайте прямо вперед, — ответил Десейн.
— Тут есть заправочная станция?
— В этой долине — нет, — покачал головой Десейн. — Может быть, дальше, — он пожал плечами. — Никогда не бывал в той стороне.
— Чертов туземец! — проворчал водитель, и «крайслер» с ревом выехал на авеню и помчался по дороге.
— Сам ты туземец, — растерянно пробормотал Десейн. — Нашел, кого обзывать туземцем.
Он влез в кабину грузовика и поехал назад той же дорогой. На развилке он свернул в сторону горы — к Портервиллю. Дорога, петляя среди зарослей секвой и дубовых рощ, поднималась вверх. Подъехав к тому месту, откуда он впервые рассматривал долину, он остановил грузовик и вылез из кабины.
Туманная дымка мешала ясно рассмотреть детали ландшафта, но очертания кооператива и огромные горелки лесопильного завода выделялись четко. Город утопал в зелени деревьев, скрывая черепичные крыши под густыми ветвями. Не затрагивая границ города, долину разрезал серпантин реки.
Десейн взглянул на часы: без пяти десять. Он засомневался, так ли уж ему необходимо ехать в Портервилль, чтобы звонить оттуда Селадору, — ведь тогда он опоздает на обед с Марденом. Еще немного подумав, Десейн решил, что отправит Селадору письмо и попросит его проверить историю с оборванной телефонной линией. Надо сказать, что без портфеля и заметок Десейн чувствовал себя неуютно. Порывшись в отделении для перчаток, он нашел небольшой блокнот и обломок карандаша и начал записывать свои наблюдения:
«Сам городок небольшой, но, кажется, обслуживает довольно значительное рыночное пространство. Днем в городе много людей. На станции техобслуживания заметил двенадцать двойных насосов. Отчетливо заметна странная настороженность местных жителей по отношению к приезжим и резкость по отношению к чужакам. Для употребления используется только продукция местной фирмы Джасперса. Местные жители предпочитают сыр, произведенный здесь, любому другому, и, надо сказать, его вкус отличается от всего, что я когда-либо пробовал. Но чем объяснить остающийся после еды привкус?
Личное ли это впечатление? Но почему после пива остается тот же привкус?
Необходимо выяснить, не фигурирует ли еще где-нибудь «Джасперс» в качестве названия».
Вдруг, бросив рассеянный взгляд в долину, Десейн увидел что-то громадное, двигающееся среди деревьев чуть дальше кооператива. В течение нескольких секунд он пытался рассмотреть что это такое, но ему мешало большое количество деревьев. Только достав бинокль, он рассмотрел «багги», передвигавшийся на пончикообразных колесах. Управлял им Марден. Машина шла по прямой, прокладывая себе путь сквозь деревья и кусты. Похоже, Марден преследовал что-то… или кого-то. Десейн направил бинокль чуть вперед, на полянку, и увидел, как появились три человека в охотничьих костюмах с поднятыми над головой руками. Рядом бежали две собаки, не сводившие с них настороженных взглядов. Десейну не показалось странным, что охотники разгневаны и испуганы. Вскоре вся живописная группа свернула в заросли секвой и скрылась из вида, а Десейн забрался в кабину, чтобы сделать следующую запись. «Этот эпизод вполне объясним, — думал он. — Офицер, призванный стоять на страже закона, задержал браконьеров. Разве это не его долг?».
Но это происшествие добавило еще один штрих к общей картине происходящего в долине и подтверждало то, что Десейн почувствовал с самого начала: Сантарога совершенно отличается от остального мира.
Десейн развернул грузовик и поехал обратно, решив при встрече спросить Мардена насчет захваченных им браконьеров.
Глава 3
Зал «Голубой овцы» был оформлен в виде пещеры с окрашенными в пастельно-голубые тона стенами. У стен, слева от общего зала, располагались обычные кабинки со столиками, а длинный бар с зеркалом, инкрустированный танцующей овцой, занимал заднюю стену.
Марден ожидал Десейна в одной из кабинок. На столике перед ним стоял высокий бокал с прохладительным напитком. Капитан дорожной инспекции казался расслабленным, его рыжие волосы были аккуратно причесаны. Лишь две ленты на петлицах его форменной рубашки указывали на офицерский чин капитана — на нем не было кителя. Глаза настороженно следили за приближением Десейна.
— Вам заказать выпивку? — спросил он, когда Десейн сел за столик.
— А что пьете вы? — Десейн кивком головы указал на бокал.
— Особый сорт апельсинового сидра с Джасперсом.
— Мне того же, пожалуйста — ответил Десейн.
Марден поднял руку и махнул бармену:
— Еще один, Джим. — Потом внимательно посмотрел на Десейна. — Как ваша голова?
— Почти нормально, — ответил Десейн. Он чувствовал раздражение. «Когда он начнет разговор о портфеле?» — подумал психолог. Принесли бокал для Десейна. Обрадовавшись тому, что это отвлечет его от невеселых дум, он сделал глоток. Напиток приятно охладил горло необычным вкусом: к резкому апельсиновому привкусу примешивалась острота Джасперса.
— Кстати, насчет вашего портфеля, — начал Марден.
Десейн неторопливо опустил бокал на столик и посмотрел в глаза Мардена. Собеседник ровным, оценивающим взглядом изучал психолога.
— Так что?
— Надеюсь, то, что я прихватил его, не слишком расстроило вас?
— Вы правы, не слишком.
— Признаюсь, мне было интересно его содержимое, — сказал Марден. — Ведь я уже знал, с какой целью вы прибыли сюда.
— Правда? — Десейн внимательно поглядел на собеседника, пытаясь понять его настроение. «Откуда он может знать о проекте?»
