Императрице приписывали и отставку премьер-министра Витте, так много сделавшего для России. Одна денежная реформа, успешно проведённая им и обеспечившая России устойчивую валюту – золотой рубль, могла создать Сергею Юльевичу надёжную защиту от недоброжелателей. Казалось, Витте был послан России свыше. Достаточно сказать, что его фамилия происходит от слова «виттен» – так называлась небольшая медная монета, бывшая в обращении до конца XVIII века в Северной Германии. Тем не менее, Александра Фёдоровна называла его «этот вредный человек», а когда тот подал в отставку, если верить фольклору, не могла сдержаться от радостного восклицания.
Шпионы мерещились всюду. Шпионами слыли владельцы гостиницы «Астория», по национальности немцы. Шпионами считались все сотрудники немецкого посольства, здание которого находилось напротив «Астории». Утверждали, что между посольством и гостиницей под Исаакиевской площадью прорыт подземный ход. Когда началась война, разъярённые лавочники начали крушить всё немецкое. Били стекла витрин. Громили булочные. На каменные изваяния коней, украшавших крышу ненавистного германского посольства, был накинут аркан. Сотни патриотических рук ухватились за верёвку, и кони рухнули на землю. Чрево одного из них, согласно легенде, разверзлось, и изумлённая толпа увидела радиопередатчик.
С тех пор эта замечательная конная группа считается навсегда утраченной. Правда, бытует легенда о том, что немецкие кони до сих пор покоятся на дне то ли Невы, то ли Мойки. И ждут своего часа. Будто бы целы и невредимы.
Блистательный Санкт-Петербург безвозвратно исчезал. В этих условиях не казались такими уж невероятными планы переноса столицы из Петербурга в другой город. Правда, впервые об этом заговорили давно. Еще при Александре I, во время его путешествия по России, возник план административной реформы, по которой страна делилась на 12 наместничеств с представительными органами, а столица переносилась в Киев. Еще раз к мысли о переносе столицы вернулись в «эпоху великих реформ Александра II». Киев как «мать городов русских» и тогда оставался наиболее предпочтительным городом для новой столицы. И, по мнению Николая II, из Киева можно было бы «решительнее выступать в поддержку славян на Балканах». Но в подсознании было и другое. Не облегчит ли участь царевича Алексея «более мягкий, по сравнению с петербургским», приднепровский климат. Перенос столицы якобы предполагалось приурочить к празднованию 300-летия дома Романовых.
С началом войны антигерманские и ура-патриотические настроения в России и особенно в столице оказались настолько сильными, что Николай II объявил указ о переименовании Петербурга в Петроград. Он надеялся, что это успокоит общественное мнение. И действительно, народ искренне приветствовал этот политический акт. Но по недавно опубликованным за границей воспоминаниям ирландского потомка Михаила Илларионовича Кутузова – Михаила Павловича Голенищева-Кутузова-Толстого, через несколько дней после переименования Николай II спросил князя М.Н. Волконского: «Скажите, князь, что вы думаете о моем недавнем решении?». И услышал в ответ: «Вашему величеству виднее, но боюсь, что вы, возможно, затворили то самое окно в Европу, что ваш предок некогда открыл».
Да, «то самое окно» затворялось со скоростью, которую предположить не мог никто. Видимо, вступление России в войну было непоправимой ошибкой. Ровно 666 лет тому назад, а это, не забудем, согласно Новому Завету, «число зверя из бездны», князь Александр Невский выбрал унизительный для России мир с татарской Ордой и спас тем самым страну от гибели. Вернулся он из Орды в 1251 году с ярлыком на великое княжение.
Неужели в 1914 году он, император могущественной России, ошибся, и, отказавшись от мира с Германией, навлек на Россию новую орду? Мысли обо всем этом не давали Николаю II покоя. Кто он? Первый человек в государстве или обыкновенный исполнитель чужой воли, неважно, откуда она исходила – сверху или снизу? Во время прогулки по одному из парков Царского Села он заметил охранников, которые с утра дежурили за кустами и куртинами. Иногда их не было видно, но всегда можно было услышать осипшие голоса, докладывавшие: «Седьмой номер прошёл». Чаще всего он не обращал на них никакого внимания. Но однажды возмутился, «почему именно он проходит у них под кличкой „Седьмой“?». Сменил начальника охраны. После этого стал «Первым».
Всё шло к неизбежному концу. Вот как в изложении А.Н. Толстого рассказывали об отречении государя на фронте. «Докладывают государю императору по прямому проводу, что, мол, так и так, народ в Петербурге бунтуется, солдаты против народа идти не хотят, а хотят они разбегаться по домам. Созвал он всех генералов, надел ордена, ленты, вышел к ним и говорит: „В Петербурге народ бунтуется, солдаты против народа идти не хотят, а хотят они разбегаться по домам. Что мне делать? Говорите ваше заключение''. И что же ты думаешь, смотрит он на генералов, а генералы, друг ты мой, заключение не говорят, а все в сторону отвернулись. Один только из них не отвернулся, – пьяненький старичок-генерал. „Ваше величество, говорит, – прикажите, и я сейчас грудью за вас лягу". Покачал государь головой и горько усмехнулся. „Изо всех, – говорит, – моих подданных, верных слуг один мне верен остался, да и тот каждый день с утра пьяный. Видно, царству моему пришел конец. Дайте мне лист гербовой бумаги, подпишу отречение от престола". Подписал и заплакал горькими слезами».
Особо отметим одно мистическое обстоятельство. Акт об отречении Николая II от престола был подписан на маленькой железнодорожной станции между Псковом и Петербургом с символическим названием Дно.
Последний русский император Николай II отрекся от престола 2(15) марта 1917 года. Если верить фольклору, вплоть до самого отречения в народе упорно распространялись слухи, что династия Романовых, начавшаяся Михаилом, Михаилом и закончится. И действительно, Николай II отрекся в пользу своего брата Михаила. Об этом сейчас говорят мало. Считается, что это не более чем формальная закавыка. Между тем юридически Михаил в течение суток был законным русским царем, пока и он не отрекся в пользу Учредительного собрания. Только тогда в обществе заговорили о наследнике престола царевиче Алексее. Но события уже вышли из-под контроля. 8 (21) марта по требованию Петроградского совета бывший русский император Николай II был арестован.
С этого момента над гражданином Романовым, как его с нескрываемым злорадством стали называть в России, распростер свои крылья ангел смерти. Многим приходили на память наиболее значительные знамения. Однажды, находясь в Аничковом дворце, он увидел, как «из стен появилась белая женская фигура и, дабы предупредить готовый сорваться крик ужаса, коснулась государевых уст холодной ладонью». Начали поговаривать, что «по дворцу бродит неприкаянная душа совращённой и брошенной им смолянки». Он и не пытался опровергать эти нелепые сплетни. Он хорошо знал, кем была эта «Белая дама Аничкова дворца», которая уже встречалась и с его прадедом императором Николаем I, и с дедом – Александром II.
На этот раз дама прошептала, что Николаю «суждено стать последним российским императором». Оторвав ладонь от его уст, она растворилась в воздухе.
Сразу после ареста Николай II содержался под стражей в Царском Селе, но затем был переведён в Тобольск, а после Октябрьского переворота – в Екатеринбург, где в ночь на 17 июля 1918 года вместе со всей семьей и людьми, находившимися при нём, был расстрелян. Отметим одно мистическое совпадение. Если пренебречь несколькими днями разницы, то гибель последнего русского императора произошла ровно через двести лет после гибели царевича Алексея Петровича, который, вздёрнутый по приказанию отца на дыбу, проклял весь род Романовых и предсказал его гибель «до последнего колена». Царевич Алексей ушел в мир иной 26 июня 1718 года.
Напомним и о предсказании известного уже нам монаха Авеля, сделанном им в 1825 году, почти накануне смерти императора Александра I. Тогда в Литейной части Петербурга случился пожар, уничтоживший пятиглавый Преображенский собор. На глазах сбежавшихся петербуржцев один за другим рушились купола собора. А через несколько дней по городу разнеслось зловещее предсказание вещего Авеля: «Так же, как эти пять куполов, рухнут последние пять императоров династии Романовых. Начнётся всё с императора Александра I и закончится Николаем II, который погибнет в огне гражданской войны». Сегодня мы знаем, что между Александром I и Николаем II будут ещё три императора – Николай I, Александр II и Александр III. Всего пять. Михаил не в счёт.
Отсюда было недалеко до каббалистических расчётов отечественных и зарубежных нумерологов о «роковом числе» Николая II – «17». Впервые о нем заговорили после крушения императорского поезда, случившегося 17 октября 1888 года. Затем вспомнили 17 октября 1905 года, когда Николай II подписал знаменитый Манифест, считавшийся многими началом конца династии. И наконец, не переставали повторять это мистическое сочетание цифр весь 1917 год, включивший в себя отречение от престола и две революции – Февральскую и Октябрьскую.
