(табл. LXXI, 18). Аналогии им имеются в прикамских древностях конца VIII–IX в. (Голдина Р.Д., 1979, рис. 1, 288). В юдинской культуре они встречены в двух комплексах X–XI вв. Ликинского могильника. Вторую группу образуют серьги из фигурно изогнутой и расплющенной проволоки (табл. LXXI, 19). Такие украшения бытовали у финно-угорского населения Поволжья, Приуралья и Западной Сибири в конце I — начале II тысячелетия н. э. (Архипов Г.А., 1973, рис. 17, 5; Arne Т.J., 1935, fig. 159). В Ликинском могильнике серьги этого типа происходят из комплексов XII–XIII вв.
К третьей группе принадлежат серьги с напускными бусами славянского и болгарского производства XI–XII вв. (табл. LXXI, 8, 9). По происхождению к ним примыкают лунницевидные подвески, украшенные ложной зернью (табл. LXXI, 7, 10), отлитые, вероятно, местными мастерами по привозным образцам. Подобные подвески найдены в могильниках Ленк-Понк и Уна-Пай на Нижней Оби (Чернецов В.Н., 1957, табл. XXX, 3; XLV, 18). Серьги с напускными бусами и подвески с зернью содержат юдинские комплексы XI–XIII вв.
Украшениями служили также бронзовые бубенчики. Первый тип — двусоставные бубенчики желудевидной формы с крестовидной прорезью (табл. LXXI, 17), широко распространенные с конца VIII до XI в. в памятниках степей и лесной полосы Евразии (Евтюхова Л.А., 1948, с. 54; Ляпушкин И.И., 1958, рис. 21; Талицкий М.В., 1940, табл. V, 66). Ко второму типу принадлежат бубенчики грушевидной формы с крестовидной прорезью, представленные в памятниках X–XI вв. (табл. LXXI, 16), к третьему — шаровидные бубенчики со щелевидной прорезью, характерные для XI–XIII вв. (табл. LXXI, 15).
Среди украшений значительное место занимали пронизки со вздутиями и шумящие подвески с основами пластинчатой, арочной, якорьковой и зооморфной формы прикамских типов (табл. LXXI, 22, 26, 27, 36), представленных в комплексах XI–XIII вв.
В погребениях встречено также небольшое число металлических и стеклянных бус. Металлические бусы крупные, украшены рубчатыми валиками и рельефными кружками (табл. LXXI, 13, 14). Все они, видимо, импортные, имеющие славянское происхождение (Викторова В.Д., 1973, с. 163).
Весьма специфичными украшениями являются круглые серебряные и медные пластины, украшенные гравировкой и чеканкой с изображением схематизированных фигур животных, птиц, антропоморфных существ, линейных фигур, с пояском из выдавленных с оборотной стороны валиков или точечных выпуклостей по периметру (табл. LXXI, 43, 44). Они обнаружены в Ликинском могильнике, Молчановском кладе и кургане в «Загородном саду» г. Тюмени (Викторова В.Д., 1973, табл. XIV, 15–18; Чернецов В.Н., 1957, с. 211, табл. XLIX, 1, 2; L, 1). Большинство их брошено в погребение в поломанном виде. Судя по ушкам, сохранившимся на некоторых экземплярах, бляхи служили подвесками. Одна бляха, но без орнамента, найдена на Новоникольском I городище в лесном Прииртышье, в ареале усть-ишимской культуры. Часть рассматриваемых блях местного производства (табл. LXXI, 44), часть — (табл. LXXI, 43) — импортные болгарского происхождения (Федорова Н.В., 1984, с. 16).
В особую категорию вещей, характерных для лесного Зауралья и имеющих аналогии в памятниках Нижнего и Среднего Приобья и Прииртышья, выделяются зооморфные подвески, отлитые обычно из белых сплавов. По манере исполнения они делятся на объемные, полые и плоские. Для подвешивания объемные фигуры имеют в спинке отверстие, а плоские — ушко. Объемные изображают коня, медведя, зайца, гуся, лебедя, фантастического зверька с головой утки. Ноги фигурок внизу соединены полоской, орнаментированной насечками (табл. LXX, 25; LXXI, 25, 35, 40). Плоские фигурки представлены изображениями глухаря, отлитыми в двусторонних формах (табл. LXXI, 33) и изображениями рыб и гусиных лапок, выполненными в односторонних формах (табл. LXXI, 11, 12). Для стиля подобных изображений характерны сочетание реализма со схематизмом и большая роль орнаментальных мотивов. Отдельные детали животных и птиц моделированы «жемчужинами», каннелюрами, насечкой. Подвески в виде гусиных лапок отличаются от приуральских бо́льшей величиной и вытянутыми пропорциями, а также жемчужным орнаментом (табл. LXXI, 12). Последний в начале II тысячелетия н. э. выполнен крупными «жемчужинами», что отличает его от мелкожемчужного узора на зооморфных изображениях второй половины I тысячелетия н. э.
Бронзовые литые антропоморфные изображения в юдинской культуре единичны (находка в окрестностях Тюмени), в отличие от культур лесного Прииртышья, Нижнего и Сургутского Приобья, где они обнаружены в большом числе (Коников Б.А., 1980а, с. 42–58; Чернецов В.Н., 1957, табл. XXXVII, 2; XLII, 10). В Зауралье изображения людей гравировались также на бляхах и зеркалах (Чернецов В.Н., 1957, табл. L, 1, 2).
В целом инвентарь юдинской культуры сочетает вещи различного происхождения, демонстрирующие разнообразные связи ее носителей. По происхождению их можно разделить на четыре группы (Викторова В.Д., 1973, с. 167). К первой относятся вещи, широко распространенные в Сибири и Восточной Европе, — железные ножи, наконечники стрел, кресала, бубенчики, бляшки поясных наборов. Вторую группу образуют вещи славянского происхождения: проушные топоры, витые и, частью, пластинчатые браслеты, перстни, серьги с шаровидными напускными бусами, металлические и стеклянные бусы (табл. LXX, 16; LXXI, 3, 8, 14). Небольшая группа вещей имеет болгарское происхождение. Это серьги с бочонковидными напускными бусами, часть бус подобной формы, бляхи с чеканным орнаментом (табл. LXXI, 9, 13, 43). Значительное количество вещей имеет финно-угорское, преимущественно прикамское, происхождение — шумящие подвески и пронизки, пронизки со вздутиями (табл. LXXI, 22, 26, 27, 36).
Ряд вещей специфичен для лесного Зауралья, Среднего и Нижнего Приобья X–XIII вв. В их числе литые браслеты, пряжки, рукоятки ножей (все с зооморфными изображениями), зооморфные подвески, бронзовые пуговицы, крестовидные бляшки, бляхи с гравированными изображениями (карта 33). При этом следует подчеркнуть, что различия между культурами обских углов лесного Зауралья, Нижнего Приобья и Прииртышья фиксируются по керамике и погребальному обряду, в то время как в предметах бронзолитейного производства сохраняется общность форм и стиля изобразительного искусства. Принимая во внимание относительно большое число находок этих вещей в лесном Зауралье (Викторова В.Д., 1968, с. 253) и наличие по соседству меднорудной базы Урала, можно полагать, что большинство их, отлитых в лесном Зауралье, распространялось в родственной среде угров Приобья. В этой связи примечательно, что рассматриваемые предметы отсутствуют в культуре самодийского населения Среднего, Нарымского Приобья, что, в свою очередь, позволяет считать их индикаторами культур обских угров.
Шумящие подвески представляют импорт из Приуралья или изготовлены по импортным образцам.
Таким образом, вещи из памятников юдинской культуры датируют ее X–XIII вв.
Хозяйство носителей этой культуры было многоотраслевым и, по-видимому, неодинаковым в разных ее районах. В южной части, на Туре, в пограничье с лесостепью, вероятно, заметную роль играло производящее
