СК РФ) или на основе судебного решения (ч. 2 ст. 51 СК РФ).
К числу неоднозначно решаемых вопросов, рассматриваемых судами, относятся споры, связанные с установлением материнства (отцовства) в отношении ребенка, рожденного в связи с применением так называемых вспомогательных репродуктивных технологий. Представляется, что в таких спорах имеет место защита прав и ребенка, родившегося в результате применения репродуктивных технологий, и его родителей, которые воспользовались такими технологиями. Проблема защиты прав названных лиц связана с тем, что такие вопросы лишь частично урегулированы, упоминание о них есть в СК РФ, норме специального закона (ст. 51, 52, 55)[946].
Так, лица, состоящие в браке и давшие свое согласие на применение метода искусственного оплодотворения или на имплантацию эмбриона, записываются его родителями в книге записей рождений в случае рождения у них ребенка (абз. 1 п. 4 ст. 51 СК РФ, п. 30). Супруг, давший согласие в письменной форме на применение таких методов, не вправе при оспаривании отцовства ссылаться на эти обстоятельства, при этом судам необходимо учитывать, что упоминания о других основаниях, по которым возможно оспаривание отцовства, в указанной норме нет (ч. 3 ст. 52 СК РФ).
В целях правильного разрешения иска об оспаривании отцовства лицом, записанным в качестве отца ребенка, рожденного в результате применения названных методов, необходимо выяснить и установить в суде следующие обстоятельства. Определить, добровольно ли было дано указанными лицами согласие на применение метода искусственного оплодотворения или на имплантацию эмбриона, на какой срок было дано согласие, не было ли оно отозвано до истечения этого срока, не истек ли данный срок на момент проведения искусственного оплодотворения или имплантации эмбриона. Иными словами, фактически в суде необходимо исследовать содержание договора, который был заключен между родителями будущего ребенка и донором, дать юридическую оценку его условиям, определив их соответствие требованиям закона.
Потребность в толковании смысла и значения договора обусловлена отсутствием в законе точного определения его предмета, за исключением упоминания общих условий, составляющих его содержание (п. 9 ст. 55). В этом смысле, можно предположить, что судья, рассматривающий такое дело, должен применить некое судебное толкование условий договора, который был заключен между сторонами. Важно определить, какой смысл был изначально «заложен» сторонами в соответствующих условиях, каково их значение для сторон, какие препятствия, причины и обстоятельства помешали им исполнить свои обязательства надлежащим образом.
Представляется, что такой договор аналогичен сделке, совершаемой под отлагательным условием, поскольку стороны поставили возникновение их прав и обязанностей в зависимость от обстоятельства, которое может не наступить. по условиям договора стороны договариваются о том, что суррогатная мать выносит ребенка для лиц, давших согласие на имплантацию эмбриона, но сторонам заранее неизвестно, родится ребенок или нет, будет он здоров или нет и прочие непредвиденные обстоятельства. В определенном смысле стороны договора идут на риск (в данном случае прослеживается аналогия с алеаторными сделками, которые связаны с состоянием неопределенности, возникающим в момент совершения сделки относительно суммы сделки, предмета обязательства или распределения прав и обязанностей между сторонами). Аналогичное состояние характерно и для сторон указанного договора, поскольку они до конца не уверены, будет ли получено согласие суррогатной матери на запись их в качестве родителей ребенка после его рождения. Право суррогатной матери на запись ее в качестве матери законом защищено в приоритетном порядке, поэтому если она после рождения ребенка не дает согласия на запись в качестве родителей ребенка лиц, которые заключили с ней договор, то ее решение является определяющим (абз. 2 ч. 4 ст. 51 СК РФ). На практике, подавляющее число споров связаны с тем, что лица, давшие свое согласие на применение таких методов, оспаривают запись суррогатной матери в качестве таковой. При рассмотрении таких дел в суде важное значение имеет оценка условий договора, заключенного суррогатной матерью и лицами, давшими согласие на имплантацию эмбриона этой женщине в целях вынашивания для них ребенка, системное толкование которых, в конечном итоге, будет определять, какое решение примет суд.
Отдельного внимания требуют дела об определении места жительства ребенка, порядка его общения с отдельно проживающим родителем после расторжения брака между супругами. Особенность рассмотрения таких дел состоит не только в юридически правильном применении норм материального права, но и необходимости минимизировать уровень конфликтности в отношениях супругов, касающихся порядка воспитания ребенка после расторжения брака. Для достижения такой цели необходимо принять исчерпывающие меры по примирению сторон, и если оно не состоится, определение места жительства ребенка или порядка общения с ним должно осуществляться с учетом интересов ребенка[947]. Это позволит создать для него наилучшие условия для дальнейшего развития, воспитания, обеспечить такой порядок общения с отдельно проживающим родителем, который бы учитывал потребности, пожелания самого ребенка, его мнение с учетом требований ст. 57 СК РФ, исключая случаи посягательств на права ребенка, что позволит минимизировать негативные последствия, связанные с расторжением брака родителей.
К сожалению, такие решения часто не исполняются ввиду грубого злоупотребления своими правами родителем, с которым определено место проживания ребенка. Как правило, мать ребенка всячески препятствует другому родителю общаться с ребенком, хотя оснований для такого ограничения нет, что в итоге причиняет вред ребенку, его здоровью, так как его связь с родителем есть естественная потребность, обеспечивающая ему психическое здоровье и психологическую стабильность. Конечно, к такому родителю могут быть применены меры ответственности за неисполнение судебного решения[948], однако наилучшая защита прав ребенка предполагает, что решение должно исполняться на добровольных началах, что обеспечит соблюдение прав ребенка в приоритетном порядке, позволит сохранить его семейные связи, удовлетворить его потребности и желания с учетом возраста.
В этом смысле принятое судебное решение в «интересах» ребенка означает, что оно в полном мере учитывает все обстоятельства, которые подлежали рассмотрению в суде, в содержании которого можно выделить объективные критерии, когда решение основано на всестороннем учете интересов ребенка и субъективные, когда оно соответствует его индивидуальным нуждам и потребностям.
Представляется, что назначение категории «интерес ребенка» является единым, не зависит от вида рассматриваемого дела с его участием и правовой сущности права, подлежащего защите. В некоторых случаях решение, принятое в пользу ребенка, направленное на защиту его права жить в семье, может быть «нетипичным», например, в случае определения его проживания с отцом, а не с матерью, поскольку она злоупотребляет спиртными напитками. Или, напротив, суд может не принять решение об усыновлении ребенка в связи с отсутствием психологического контакта ребенка с потенциальными усыновителями, что тоже будет отвечать интересам ребенка, подлежащего усыновлению.
Представляется, что содержание соответствующих решений направлено на защиту прав ребенка, в отношении них применяется особая «оговорка» — отвечающее интересам ребенка, что придает им определенный «процессуальный статус». Такое отличие в полной мере соответствует отраслевым принципам, обеспечивающим защиту прав детей
