Переждав дождливый сезон у Джелума, накопив провизию, получив еще скакунов у селекционеров Марраитиса, Престимион двинул свою армию на север, в направлении Салинаккского плато. Эта возвышенность находилась в центральном Алханроэле и отличалась сухостью и умеренными ветрами. Ландшафт ее представлял бесконечные гряды невысоких песчаных холмов. Целью Престимиона был густонаселенный город Тасмин-Корту, столица провинции Кенна-Корту, лежавшей за Салинакком. Управлявший Тасмин-Корту герцог Кефтия, жена которого была связана родственными узами с принцессой Териссой, прислал Престимиону в джелумский лагерь уже несколько писем, в которых заявлял о полной поддержке требований Престимиона и предлагал ему использовать свой город в качестве базы в дальнейшей кампании против узурпатора.
Однако между Джелумом и Тасмин-Корту лежало много больших и малых городов Салинакка, многие из которых были лояльны к Корсибару. Разведчики, высланные Престимионом вперед, видели там множество знамен Корсибара.
Правда, на первых порах здесь никто не пытался открыто противодействовать движению армии Престимиона. Скорее всего, одной из причин тому послужило наличие в ней стада моллиторов, прежде принадлежавших Фархольту. Было неразумно оставлять ужасающих боевых животных свободно разгуливать по берегу Джелума, когда им можно было найти применение. Поэтому Престимион приказал согнать их вместе и уговорил уцелевших погонщиков присоединиться к его армии.
Обитатели Салинакка, видя огромное войско, оказывали Престимиону довольно приветливый прием. В местечке под названием Телга его с кажущейся искренностью приветствовали как короналя и показали ему более легкий маршрут через Салинакк, чем тот, который он выбрал сам - через Хургоз и Дисхему, мимо тоскливых солончаков озера Гуурдуур.
На всем пути произошло лишь одно достойное упоминания вооруженное столкновение: с армейским гарнизоном форта, расположенного на вершине холма Магалисса. Престимион отправил им грамоту, в которой говорилось, что он является короналем и они должны повиноваться ему. Ответом послужил град стрел.
- Мы не должны поощрять такое поведение, - радостно сказал Септах Мелайн и, взяв пятьсот человек, отправился призвать непокорных к порядку. Это было непростое дело: штурм укрепленной позиции, расположенной на вершине крутого холма, где нельзя применять кавалерию. К счастью, оказалось, что гарнизон Магалиссы на самом деле не слишком желал сражаться и вскоре сдался.
После этого мятежники быстро двинулись к северу по песчаному плато, голая желтовато-коричневая почва которого была тут и там прорезана маленькими мутными ручейками, а крошечные деревни загораживались от степи полосами густо насаженных врибиновых деревьев, Спустя некоторое время они добрались до Гуурдуура, мрачного мертвого озера, сплошь покрытого беловатой пеной соли. Там обитали лишь какие-то мрачные красноглазые мелкие существа со множеством членистых ножек и хвостами, как у скорпиона. Они неторопливо ползали по почти полностью лишенной растительности почве и сердито щелкали клешнями, бросая вызов непрошеным пришельцам. Но Престимион не собирался требовать у обитателей солончаков присяги на верность и поспешил оставить их в покое. И спустя еще пять дней армия подошла к городу Келениссе, охранявшему перекресток, одна из дорог которого вела на север, в Кенна-Корту и ее столицу, город герцога Кефтии.
Здесь брали начало две реки, Кваринтис и Квариотис; они обе вытекали из огромной известняковой пещеры, зиявшей в большом песчаном холме, словно разинутый белозубый рот, и сразу же расходились - одна на восток, а другая на запад. А выше пещеры, где располагалась Келенисса, все было зеленым, пышным и цветущим - долгожданное зрелище после грязи долины Джелума и бесплодного Салинаккского плато.
Здесь они нашли древний каменный дворец какого-то короналя, жившего задолго до Стиамота. Здание было почти полностью разрушено; его поглотил лес, в котором бродили какие-то странные дикие звери. Случайно встретившийся охотник из Келениссы рассказал Престимиону, что корональ, выстроивший дворец, - его имени охотник не знал - устроил здесь большой парк и поселил в нем этих животных. Парк существовал еще в течение нескольких тысяч лет после смерти своего создателя как заповедник, но теперь животные жили на воле, так как стены парка давно разрушились.
Тот же самый человек, указав пальцем на Септаха Мелайна, который стоял в стороне и старательно прикреплял свой меч к перевязи одному ему известным хитрым способом, обратился к Престимиону:
- Этот очень высокий человек с красивыми золотыми локонами и маленькой острой бородкой: может быть, это и есть принц Престимион, который утверждает, что является короналем? Если это так, то я должен кое-что сообщить ему.
Престимион рассмеялся.
- У него царственный вид, не правда ли? Но, по правде говоря, он второе "я" Престимиона, или даже один из его "я", потому что вот этот маленький темноволосый человечек с курчавой бородой тоже еще одно "я" Престимиона, а тот, широкоплечий, коротко стриженный - еще одно. Но тот, кому это имя было дано от рождения - я, и поэтому скажите мне то, что, по вашему мнению, должен узнать принц Престимион.
Человек из Келениссы, обескураженный таким витиеватым и непонятным ответом, нахмурившись взглянул на Септаха Мелайна, перевел взгляд на Свора, на Гиялориса, а затем сказал Престимиону:
- Ладно, неважно, кто из вас на самом деле принц, но пусть он знает, что прямо сейчас две большие армии другого лорда короналя, которого зовут Корсибар, подходят к этому городу, чтобы взять принца в плен, доставить в Замок и судить там как мятежника, что к нам пришло распоряжение этого лорда оказать наступающим войскам всю возможную помощь и, напротив, не оказывать никакой помощи мятежнику Престимиону. Если хотите, сообщите об этом принцу Престимиону. - С этими словами человек повернулся и устало пошел прочь, оставив Престимиона сожалеть о том, что он так легкомысленно и игриво говорил с ним.
Передышка закончилась. Престимион не откладывая призвал Талнапа Зелифора, который, похоже, и впрямь владел искусством переноситься своим сознанием на расстояние и видеть то, что там реально происходит. Вруун деловито помахал щупальцами, отчего воздух перед ним сгустился в синеватое жаркое марево, несколько секунд с великим напряжением вглядывался в него, а затем сообщил, что к ним действительно приближаются две армии, каждая из которых даже многочисленнее, чем разбитое ими войско Фархольта. Южной армией, идущей через Кастингу, Ниаас и Пурманде, командуют Мандрикарн и Фархольт. Навигорн, возглавляющий вторую армию, как и в прошлый раз, наступает с севера.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
