Пиаф не могла следовать за аккомпанементом. Она ожидала, что аккомпаниатор за роялем будет следовать за ней. Разочаровавшись на первой же репетиции, она вскричала: «Это я должна петь, а не он, хоть бы он заткнулся!» На улице Пиаф чувствовала себя в своей та-
релке, а в другой обстановке терялась. Она так и останется независимой. Чуткий Луи взял на себя задачу научить Эдит манерам, поведению в обществе, умению ухаживать за собой.
Внезапный успех
Первый концерт Пиаф в кабаре имел оглушительный успех. Она покорила своих слушателей, среди которых находился Морис Шевалье, сказавший: «У этой малышки есть все, что приносит успех». «Этим она обязана только самой себе», — высказал свое мнение Лепле.
Пиаф любила Лепле как друга и второго отца, и он отвечал ей отцовской любовью. Он был гомосексуалистом, и потому помогал ей ради нее самой, а не из стремления добиться ее благосклонности. Эдит еще не встречала такого человека, который охотно отдавал, не требуя секса взамен. Это шло в разрез с правилами, которые она усвоила в борделе и на улицах.
Лепле организовал первое публичное выступление Пиаф в Цирке Медрано 17 февраля 1936 года. Эдит в то время исполнилось двадцать лет. Немного времени спустя она выпустила свою первую пластинку «Незнакомка» на студии грамзаписи «Полидор» и впервые выступила на радио. Выступление на радио было столь успешным, что вместо одного концерта пришлось выступать целых шесть недель подряд, затем Лепле устроил концерт в Каннах, на Лазурном Берегу.
На протяжении семи месяцев Пиаф постепенно становилась звездой. Но все это прервалось со смертью Лепле 6 апреля 1936 года. Он как-то похвастался, что только что совершил крупную торговую сделку и получил пятьдесят тысяч франков. Лепле подслушали два матроса, напали на него, но, не найдя денег и озлобившись, убили его. Власти так и не поймали нападавших, но считали Пиаф соучастницей из-за ее давних знакомств с обитателями парижского дна. Обвинения не имели под собой никаких оснований, но скандал почти похоронил только что начавшуюся карьеру Эдит, так как убийство многие месяцы не сходило с первых полос.
Кризис и творческая активность
Полиция провела расследование относительно Пиаф, так как следователи были убеждены, что она знает, кто совершил преступление. Ее сестра Симона на два с половиной месяца попала в исправительную школу. Газеты писали, что Пиаф замешана в убийстве, а она, к несчастью, была слишком неискушенной, чтобы опровергнуть эти голословные утверждения. Эдит снова очутилась на улицах Парижа безработы. Никто не брал ее, и она начала много пить. На тех немногих выступлениях, что Пиаф смогла организовать, публика освистала ее. А во время одного выхода в Брюсселе она была так пьяна, что не смогла выступать. Именно в это тяжелое время в своей жизни Пиаф встретила человека, который сделал ее знаменитой.
Раймон Ассо —наставник № 2
Театрального агента Раймона Ассо Пиаф совершенно случайно встретила в артистическом кафе. Он состоял секретарем при знаменитой певице Мари Дюбуа. Ассо искал новую звезду и когда-то был легионером; а Пиаф никогда не могла устоять перед солдатами. Пиаф он сказал: «Я собираюсь помочь тебе. Отныне с алкоголем и сводничеством покончено». Безграмотность Эдит поразила Раймона до глубины души, но он взял на себя задачу по превращению уличной бродяжки в профессиональную актрису. Симона Берто, сестра Пиаф, говорила: «Лепле открыл Эдит, но великой впервые сделал ее Ассо». Ассо держал ее в ежовых рукавицах, а это как раз то, что требовалось этой вольной душе. Пиаф никогда не училась читать и писать, а простейшее чувство такта было ей совершенно незнакомо. «Она не знала, как есть, она даже не знала, как умываться», — вспоминал Ассо. Женатый Ассо стал ее наставником, любовником и менеджером, но, что еще более важно, научил ее читать и писать.
Ассо также обучил ее изяществу и стилю, создав ей сценический образ, который сделал ее неповторимой. Раймон просто натаскивал ее в манерах, показывал, как вес-
ти себя на сцене и вне ее. Когда подготовка Пиаф была закончена, Ассо организовал концерт в самом знаменитом концертном зале Парижа — Мюзик-холле Эй-Би-Си. Во время своего дебюта в Эй-Би-Си в 1937 году Пиаф просто покорила слушателей и они устроили ей овацию стоя. В возрасте двадцати двух лет Эдит после всего лишь одного концерта стала явлением в шоу-бизнесе. Утренние газеты поместили отчет о вчерашнем концерте, который оказался пророческим: «Вчера в концертном зале Эй-Би-Си мы стали свидетелями рождения новой звезды». Пиаф нашла свой путь.
Личность звезды
Эдит Пиаф принадлежала к непредсказуемым экстро-вертам, не терпящим тишины и одиночества. Она также совершенно не могла заснуть одна и шла на любые жертвы, чтобы не засыпать в одиночестве. Романы на одну ночь являлись в ее жизни не исключением, а правилом. Интуиция у Эдит была развита до крайней степени. Она и сама знала это, повторяя: «Мой разум — мой инстинкт». В выборе мужчин Пиаф руководствовалась интуицией и эмоциями. Она была весьма нетерпелива и импульсивна; и могла рвать и метать от злости, а в следующую секунду вдруг предстать любезным собеседником. Пиаф принадлежала к типу личности А, чья самоуверенность была неразрывно связана с успехом на сцене. Но это же самое качество — трудоголизм — являлось причиной лихорадочного образа жизни.
Или по-моему, или никак
Воробушек не получила формального образования и не знала музыки. Пиаф настаивала на том, чтобы узнать все, что связано с шоу-бизнесом (типичное желание Прометея).
Щедрость Пиаф переходила всякие границы. У нее совершенно не было чувства денег, и она постоянно давала в долг каждому, кто просил об этом. Деньги нужны были для того, чтобы есть, пить и быть счастливой; другой ценности они не имели. Этой щедростью пользовалось множество прилипал, которые испарялись вместе с последними деньгами.
Хулиганский образ жизни Пиаф привел к тому, что ее постоянно выгоняли из отелей и квартир. У нее никогда не было дома, да он ей был и не нужен. Эдит обожала жизнь нонконформистки, без правил и обязательств. Никому не оказалось под силу поколебать ее железную решимость жить по собственным законам. Принцип Пиаф гласил: «Или по-моему, или никак», поэтому она и вступала в многочисленные связи.
Мадам Пиаф
Раймон Ассо сделал из Пиаф профессиональную актрису, но в его характере проявлялись садистские склонности, и он регулярно бил Эдит. Ей даже начинало нравиться такое обращение, она стала садомазохистской и ждала побоев. Вскоре после успешного выступления в Мюзик-холле Пиаф встретилась с английским актером Полом Морисом и безумно влюбилась в него. Но ей не хватало жестокого обращения в духе Ассо, и она подстрекала Пола, чтобы он ударил ее. Морис был слишком культурным и утонченным джентльменом, чтобы прибегать к физическому насилию. Когда он отказался драться с Эдит, та сказала Симоне: «Я заставлю его забыть о своем воспитании. Вот увидишь, он еще ударит меня. Я хочу, чтобы он меня бил». И она подстрекала Пола, пока он не вышел из себя и не обрушился на нее.
Пиаф начала общаться со многими преуспевающими и одаренными людьми. Поэт и драматург Жан Кокто стал ее другом, доверенным лицом и любовником. Он назвал ее «поэтом улиц» и говорил ей: «Маленькая Пиаф, ты великая женщина». Харизма Эдит покорила его, и он написал специально для нее пьесу «Прелестная невежда». Позднее Кокто писал: «Мадам Пиаф — гений. Она неповторима. Такой, как Пиаф, никогда не было и не будет... Она — звезда, одиноко горящая в тихом ночном небе Франции» (Берто. 1973, стр. 178). Такой властью обладал Воробушек.
Психосексуальная энергия
В 1939 году Пиаф влюбилась в автора песен Мишеля Эмера, еврея по национальности. Когда он впервые сыг-
рал ей «Аккордеониста», она была потрясена до глубины души. «Аккордеонист» стал ее первым великим хитом, и она пела эту песню еще двадцать лет. В первый год было продано 850000 копий записи «Аккордеониста». И меньше чем через год Пиаф отплатила Эмеру за этот хит: она подкупила кого следует, и Мишель скрылся из оккупированного нацистами Парижа.
Затем Пиаф встретилась со специалистом по связям с общественностью и автором песен Анри Конте и влюбилась в него. Они стали любовниками, и с помощью газетной атаки он создал Эдит потрясающую рекламу, отныне имя Пиаф было у всех на слуху. Но навязчивая потребность этой женщины в мужчинах, музыке и алкоголе, которую она лихорадочно удовлетворяла, сводила Конте с ума. Он обзывал ее «сумасшедшей, пьянчужкой, шлюхой, истеричкой и нимфоманкой». В отчаянной попытке успокоить Конте и избавиться от воспоминаний об умершей дочери, Пиаф согласилась завести ребенка. Ее положили в клинику для операции на детородных органах, чтобы она могла забеременеть. В клинике был наложен абсолютный запрет на спиртное. Эдит и Симона нарушили его, и Пиаф вышвырнули из больницы еще до операции. Это разбило ее хрупкие отношения с Конте. В первый и последний раз Пиаф действительно хотелось стать матерью. Но увы! Подобное поведение было для певицы в порядке вещей, энергия либидо управляла ее жизнью.
