на Атлантическом побережье. Европейцы, как правило, не покидали прибрежной полосы, за двумя исключениями. Это были помбейруш — метисы португальцев с африканцами, отправлявшиеся далеко во внутренние районы современной Анголы, и буры — потомки голландско-французско-немецких переселенцев на Кап, осваивавшие внутренние районы юга Африки.
До начала XVIII в. европейцы внутренними районами Африки практически не интересовались. Они пользовались картами, составленными на основе географии Птолемея и сведений арабских путешественников. Но в XVIII в. ситуация меняется, не в последнюю очередь благодаря идеям эпохи Просвещения.
Одним из самых известных исследователей Африки XVIII в. был шотландец Джеймс Брюс (1730–1794). В 1763 г. Брюс был назначен британским консулом в Алжир, где изучал восточные языки. В 1769–1774 гг. он путешествовал по Эфиопии, где в то время свирепствовала эпидемия оспы и где применением европейских способов лечения этой болезни он приобрел большое уважение как при дворе, так и в народе. Он пробыл в Эфиопии три года, открыл истоки Голубого Нила (озеро Тана). Брюс продолжал свое путешествие караванным путем через Сеннар и Нубию назад в Александрию, куда прибыл в мае 1773 г. Его пятитомный труд «Путешествия по Абиссинии», впервые изданный в 1790 г., познакомил Европу с этой африканской страной, давая подробные сведения о ее природе и людях и об одном из сильнейших эфиопских государств того времени, Гондэре.
Другой шотландец, Мунго Парк (1771–1806), внес, пожалуй, наибольший вклад в изучение Африки в XVIII в. Он был учеником врача, а затем изучал медицину в Эдинбурге. В качестве судового врача Парк отправился в Индонезию, в свободное время занимался научными изысканиями и по возвращении на родину сделал доклад в британском Линнеевском обществе, которое и порекомендовало его Африканской ассоциации. По ее заданию в мае 1795 г. Парк отбыл в Гамбию. Прибыв туда в июне 1795 г., он познакомился с народами мандинго, занимавшимися возделыванием риса и одновременно посредничеством в торговле рыбой, золотым песком, слоновой костью и воском. Парк обстоятельно описал одежду, занятия, жилища народов Гамбии — хижины, обмазанные глиной, домашнюю обстановку, которую составляют койки, несколько матрасов и приспособления для сидения, кухонную утварь.
Поднявшись вверх по течению реки Гамбии до английского торгового поселения Пизания, Парк вынужден был остаться там до декабря. В начале декабря он выступил на восток и повернул к верховьям Сенегала, на берегу которого расположился стоянкой 28 декабря. Оттуда он пошел дальше к северо-востоку. Парк быстро продвигался вперед, поскольку кроме двух сопровождавших, спутников у него не было. Когда он попал в район, где жили берберские племена, то сразу почувствовал их враждебное к себе отношение. Три месяца путешественник провел у них в плену. За время плена он обучился арабскому языку, а затем бежал — но не к побережью, а в глубь страны, в направлении реки Нигер. Он отправился вниз по течению этой реки и хотел добраться до Тимбукту или до Дженне, но заболел тропической малярией. В конце концов Парк прибыл в Бамако, а после множества приключений в июне 1797 г. добрался до Пизании. В декабре 1797 г. он возвратился на родину. Результаты его экспедиции свелись только к окончательному установлению того, что Нигер течет в восточном направлении и что между ним и Сенегалом существует возвышенный водораздел. Куда именно несет свои воды Нигер, Парк разузнать не смог. С большим энтузиазмом была воспринята весть о густонаселенных местностях, о прилежно ведущихся сельскохозяйственных работах и о железоплавильном промысле. Книга Мунго Парка «Путешествия во внутренние области Африки в 1795–1797 гг.» вышла в свет в Лондоне в 1799 г. и принесла молодому врачу мировую известность.
Позднее Мунго Парк отправился в новое путешествие по Африке с твердой решимостью проследить Нигер до его устья, но это случилось уже в следующем, XIX веке.
Торговые связи
В XVIII в. торговля привилегированных компаний с Африкой практически сменилась торговлей контрабандистов, т. е. частных лиц, имевших подчас только одно судно и торговавших на свой страх и риск. Эти торговцы должны были хорошо знать африканские условия. Деньги в Африке хождения не имели. В качестве всеобщего эквивалента иногда использовались раковины каури из Индийского океана. Основная доля сделок осуществлялась путем обмена. Единицами счета могли выступать брусок железа, «связки» из различных товаров в зависимости от местных условий и договоренности с конкретным торговым партнером-африканцем. Обмены могли совершаться и не напрямую: зачастую в торговле участвовали посредники, отправлявшиеся в глубь континента за товаром.
Европейцы ввозили в Африку прежде всего металлы — слитки железа или меди. Африканцы умели извлекать эти металлы из руды, но залежи железных руд имелись далеко не везде. Другим важным европейским товаром были ткани — грубое полотно, ситцы, платки, шелка, покрывала, а также старая европейская одежда. Спросом пользовались табак, ружья, порох и алкоголь.
Африканцы продавали прежде всего провизию для экипажей судов — просо, рис, ямс, рыбу, птицу, коз и овец, крупный рогатый скот, кукурузу и маниоку, апельсины и лимоны. Важным предметом африканского экспорта было золото. Только с Золотого Берега (нынешняя Гана) в начале XVIII в. его вывозили до 1700 кг ежегодно либо в слитках, либо, главным образом, в виде золотого песка. Важными статьями экспорта были также кожи, воск, пряности, красители, страусиные перья.
Однако одной из основных статей африканского экспорта в XVIII в. были рабы.
Работорговля
Работорговля в Африке существовала и до прихода европейцев, но после Великих географических открытий она приняла гигантские масштабы. Наиболее известна так называемая трансатлантическая работорговля, составившая важную и неотъемлемую часть истории Африки, Европы и обеих Америк. Она продолжалась более четырех столетий и стоила Африке, по разным подсчетам, потери от пятидесяти до ста миллионов человек. Историю трансатлантической работорговли принято делить на три периода: середина XV в. — середина XVII в.; середина XVII в. — 1807/08 г.; 1807/08 г. — 1890 г.
На XVIII в. падает второй период трансатлантической работорговли, на который пришелся ее наивысший подъем. Это период так называемой «свободной», т. е. ничем не ограниченной, работорговли, когда за невольниками посылали в Африку свои корабли и крупные компании, и отдельные купцы.
В период расцвета работорговли африканских рабов выменивали за огнестрельное оружие, алкоголь, металлы, ткани и безделушки — те товары, которые пользовались спросом на Черном континенте. Работорговля имела самые пагубные последствия для народов Африки. Прежде всего континент лишился огромного количества людей, которых вывезли за его пределы. Многие из этих африканцев, по некоторым подсчетам до одной четверти, Нового Света так и не увидели — ведь их перевозили на кораблях в нечеловеческих условиях. Кроме того, работорговля оказала существенное негативное влияние на само развитие африканских народов. Считается, что в целом в результате работорговли оно было замедлено, с ней в значительной мере был связан и распад некоторых крупных африканских государств Атлантического побережья, как
