Ричардсона.
– Того самого, Драчливого Дика?
– Его! Он был одним из немногих, кто сумел отвести свои части от Булл-Рана, не допустив паники. Его бригаду восполнили до нужного числа, подкрепили артиллерией и разрешили использовать ополчение в числе, которое он сочтёт нужным.
– Численность?
– Четыре полка пехоты, кавалерийский и артиллерийский. Так донесли наши сторонники. Могут быть изменения.
– Ну, это понятно. Что ж, приемлемо. Было бы хуже, отправь они туда Шермана или кого-то вроде. А Ричардсон, его действия довольно предсказуемы, это хорошо.
– Ополчение…
– Надо действовать быстро, тогда оно окажется уязвимым. Да и другие мысли есть, – усмехнулся я. – Плюс ко всему есть у нас опыт сражений против превосходящего числом врага.
Борегар понимающе кивнул. И сразу же перешёл к волнующему его вопросу:
– Успех в Калифорнии приведёт янки к необходимости ответить. Но что будет их целью и что предпримет Дэвис, предсказать невозможно. А моя армия скована президентскими приказами как кандалами.
– Понимаю. Но к чему вы это сказали?
– Я вынужден буду искать поддержки у офицерства, недовольного пассивностью командующего.
– Вы уже это делаете.
– И успешно, – вставил свои «пять копеек» Джонни. – Наши люди умеют слушать и слышать.
– И я не слышу неодобрения в вашем голосе, Виктор. Это хорошо. – Похоже, Борегару было достаточно лишь такого подтверждения, чтобы успокоиться. – Скоро состоится суд над членами «подземки». Это будет очень громкое дело! Жаль, что вы не сможете присутствовать.
– Останется Джонни, то есть майор Смит. Он обладает достаточными знаниями, чтобы выявить тех, кто будет громко поддерживать господ аболиционистов. Особенно тех, кто будет делать это тихо, но куда более действенно. И без вас ему не обойтись, сами знаете.
Знает. И видно, что доволен. Со мной Борегару всё же сложновато, несмотря на то что он, в сравнении с многими другими, человек крайне широких взглядов, умеющий хвататься за новое без особой оглядки на устаревающие обычаи. Джонни же, как ни крути, продукт своего времени, пусть и специфического вида, пусть и «испорченный» малость от длительного общения с моей персоной, к этому времени никак не относящейся.
– Когда я последний раз разговаривал с мистером Пикенсом, он напомнил мне об одной важной для вас, Виктор, проблеме. И она связана с Калифорнией, – пристально посмотрел на меня Борегар. Видя, что я внимательно его слушаю, продолжил: – Президент либо не верит, что у вас получится что-то большее, чем простой рейд, либо просто не хочет сложностей, связанных с получением контроля за этим штатом, где у Конфедерации слишком мало сторонников.
– Это не секрет, Пьер. Я успел слишком уж хорошо изучить Джефферсона нашего Дэвиса.
Тяжкий вздох. Никак генерал не привыкнет к моему ехидству, источаемому в больших дозах яду и отсутствию пиетета перед сильными мира сего. И это учитывая тот факт, что и сам он последним не шибко страдает. Но он именно «не шибко», а я вообще не страдаю, вот в чём существенное различие.
– Я сказал это для того, чтобы ты знал – президент и его кабинет никого не готовят на место временного губернатора Калифорнии. А это означает…
– Понимаю. Я найду, кого именно посадить на место ВОЕННОГО губернатора штата. Демократия, она во многих случаях неуместна. Нам ли, аристократам боги ведают в каком колене, этого не знать.
Пробный шар в сторону приверженности потомка французских аристократов демократической заразе. Суда по лёгкой усмешке, неплохо прошло. И это меня откровенно радует.
– Вот как. – Забыв, что вино в бокале кончилось, Борегар попробовал было из него отпить. Получилось, что и понятно, плохо, то есть совсем никак. – Да, вот значит что. Понимаю. Золото, военный губернатор, которого назначите вы.
– С вашего и Пикенса согласия. Я всё помню о договорённостях и целиком их поддерживаю, – с ходу внёс я должную ясность. – Как по мне, это может быть как Эванс, так и Хэмптон.
– Не слишком ли они… Впрочем, вспоминая про золотоискателей, которые немногим отличаются от тоже довольно буйных солдат «Легиона» Хэмптона, он должен подойти.
– Не Эванс?
– Нет, – покачал головой генерал. – Он командир бригады, будут проблемы с его выводом из состава армии. Но если всё получится, я советую тебе оставить его бригаду в Калифорнии как основу войск Конфедерации. Кость, на которую нарастёт мясо.
Логично. И очевидно. Видя, что мысль до меня дошла, Борегар переключился на более сейчас важное для себя дело – переливание вина из бутылки в пустой бокал. Ну а я, пользуясь ситуацией, решил озадачить его еще одной серьезной проблемой. Хорошо ещё, что из действительно серьёзных она была последней.
– Есть одна важная тема для разговора…
Повисшая на несколько секунд пауза прерывается голосом Борегара, самую малость удивлённым, но в то же время заинтересованным:
– Каждый по-своему понимает важность, но в этом случае я предпочту заблаговременно в неё поверить. Это связано с войной?
– Не напрямую, тут дела дипломатические. Но ведь вы понимаете их важность, в том числе и для войны. Признание Конфедерации Испанией, Францией и Англией – это хорошо. Теперь и у других значимых стран нет никакого резона отказывать нам в этом.
– Они и признают, – подтвердил генерал. – Готовятся послы в Петербург, Вену, Берлин и другие столицы.
Хорошие новости. Ведь «готовятся» – это значит то, что их готовы принять, о чём и сообщили. Приняв же, отправят сюда, в Ричмонд, своих посланников, как это уже сделали Испания, Франция, да и Англия, будь она неладна.
– Меня всё больше и больше беспокоит Англия, – состроив печальную гримасу, протянул я. – Слишком многие считают, что она союзник Конфедерации.
– Опасно, – подхватил Джонни, с которым мы заранее это обговорили. Не люблю оставлять на волю случая то, что можно заранее спланировать. – У англичан нет союзников, есть только цели. А они меняются.
– Им нужен хлопок, да подешевле. А ещё лёгкие цели для воротил из их Сити. Порой именно Сити диктует направление политики королеве, а не наоборот. Если же банкиры загребают в свои руки кусочек власти, то они будут стремиться получить её всю, без остатка. Королева Виктория умная женщина, но тут она просчиталась. Хотя… при её жизни вряд ли что-то серьёзно изменится. Зато потом…
– Но Виктор не об этом хочет сказать.
– Да, Джонни, не об этом. О том, что Англия охотно вступит в союз с Линкольном, как только сочтёт, что это будет выгодным решением.
Обеспокоенность. Борегар не был доверчивым человеком, поэтому отмахиваться от подобных слов не собирался. Но и принимать мои слова как что-то действительно серьезное не собирался до тех пор, пока не будут приведены весомые аргументы. О чём мне и сказал.
– Не собираюсь отмахиваться от ваших слов, Виктор,
