Странный фиолетовый луч не толще ее большого пальца перескочил пропасть между верхним этажом далекого рудника и подножием башни. Там, где он коснулся, теперь остался только глубокий горизонтальный шрам в земле. Все произошло так быстро, что она не увидела, не услышала никакого взрыва.
В один миг башня была тут — три этажа бронеколпака больших пушек, — а в следующий она услышала громкий шипящий звук, словно уронили в воду раскаленный уголек, и когда она обернулась взглянуть, башня исчезла.
Теперь некуда было бежать, не осталось ничего, что дало бы возможность поторговаться. Ее сильно превосходящий в численности корпус сотрудников — люди, транксы, ААнны — был погребен под коричневым обвалом.
Она попыталась пробраться в подземный челночный ангар, в надежде спрятаться там до возвращения барона, но нижние этажи этого здания тоже были забиты стаями лемуроглазых бегемотов. Территория же снаружи, казалось, кишела ими.
Это не имело никакого смысла. Существовало, наверное, с полсотни тупоумных туземцев, живших в непосредственной близости от рудника. Наблюдения открыли еще несколько сот, обитающих в пещерах подальше.
Теперь же их были тысячи, всех размеров, заполонивших все поселения — заполонивших все ее мысли. Внизу раздавался треск переворачиваемой мебели и разбитого стеклосплава. Выхода не было. Она могла отступать только наверх.
Прохромав до другой лестницы, она начала подниматься в свои апартаменты, кабинет на верхнем этаже. Бой был разве что не окончен, когда ликвидировали башню с пушками. Меево подтвердил это, когда доложил, что электростанция взята. Это были последние слова, услышанные ею от рептильного инженера.
Вместе со станцией пропала энергия для средств связи и лифтов. Ей было трудно взбираться по лестнице с ее травмированной ногой. Ее комбинезон был порван, заботливо наложенный грим, прикрывавший шрамы у нее на лице, сильно размылся. Она встретит смерть в своих собственных покоях, без паники, до конца показав присущую Руденуаман истинную уверенность в себе.
На верху лестницы она замедлила шаги. Ее покои находились в противоположном конце коридора, но из ближайшего к лестнице помещения лился свет. Осторожно двигаясь, она отодвинула взломанную дверь немного дальше в стену, заглянула вовнутрь.
Свет был того типа, который мог исходить от небольшого электроприбора. На базе было много таких приборов с собственными источниками питания — но кто бы, кто бы то ни был, что он мог делать с ним здесь и сейчас, когда ему полагалось держать в руке лучемет?
Крепко сжимая свой собственный, она осторожно вошла в помещение.
В этих покоях не жили со времени смерти их бывшего обитателя. Свет исходил из противоположного угла. Его производил портативный считыватель. Маленькая худощавая фигура сгорбилась перед ним, забыв про все остальное.
Она подождала, и в скором времени фигура со вздохом выпрямилась, протянув руку отключить машину. Ярость и отчаяние попеременно сменяли в ее мыслях друг друга, уступив, наконец, место холодному, спокойному чувству покорности судьбе.
— Мне следовало бы догадаться, — пробормотала она себе под нос.
Фигура удивленно дернулась и стремительно обернулась.
— Почему ты не умер достойно, как тебе и полагалось?
Флинкс поколебался и ответил без намека на улыбку:
— Этому не суждено было стать частью игры.
— Ты шутишь со мной… даже сейчас. Мне следовало убить тебя в то же время, когда я прикончила Чаллиса. Но так нет же, — зло бросила она. — Мне потребовалось сохранить тебя для развлечения.
— Ты уверена, что это единственная причина? — спросил он так мягко, что она на мгновение растерялась.
— Ты к тому же играешь со мной в слова, — она подняла дуло лучемета. — Я только сожалею, что у меня нет времени убить тебя медленно. Ты не оставил мне даже этого. — Она устало пожала плечами. — Цена, которую платишь за недосмотр, как сказала бы моя тетка, да разложится ее дух. Мне, однако, любопытно, как ты сумел приручить и обучить эти создания?
Флинкс с жалостью посмотрел на нее.
— Ты все еще ничего не понимаешь, не так ли?
— Только то, — ответила она, сжимая палец на курке лучемета, — что это происходит с запозданием на несколько месяцев.
— Подожди! — умоляюще крикнул он. — Если ты дашь мне только одну мин…
Палец конвульсивно сжался. В то же самое мгновение кто-то залил ей глаза жидким огнем. Она пронзительно вскрикнула, и луч прошел как раз справа от Флинкса, уничтожив стоящий поблизости считыватель.
— Не три, — крикнул было он, бросаясь вокруг кресла, на котором сидел, — слишком поздно. В момент контакта она выронила лучемет и начала инстинктивно тереть до ужасной боли в лице. Теперь она каталась по полу.
Расстояние между ними было теперь невелико, но к тому времени, когда он добрался до нее, она уже была без сознания и парализована. Тридцать секунд спустя она была мертва.
— Ты никогда не уделяла времени на выслушивание, Телин, — прошептал он, оцепенело опускаясь на колени рядом со скрюченным телом. Нервно выбрасывая и убирая свой длинный язык, Пип мягко расположился на плече Флинкса. Мини-дракончик был напряженным от гнева.
— Твоя жизнь была слишком стремительной. Моя тоже бывала слишком стремительной.
В дверях что-то двигалось. Подняв голову, Флинкс увидел дышащую с присвистом Силзензюзекс, оберегающую стопоруку в шине. Одна иструка твердо держала лучемет транксийских размеров.
— Я вижу, ты нашел ее, — заметила она, дыхание выходило через спикулы ее груди-б с длинными свистками. — Мягкогладкая говорит мне, что теперь почти очищены последние крохи сопротивления.
Ее фасеточные глаза вопросительно рассматривали его, когда он снова опустил взгляд на тело.
— Не я нашел ее. Она нашла меня. Но прежде чем я смог заставить ее выслушать, вмешался Пип. Полагаю, он вынужден был это сделать, иначе она убила бы меня. — Он неожиданно взглянул на нее и улыбнулся.
— Видела бы ты себя, Сил. Ты выглядишь словно атавизм из неспокойных времен Ульдома. Словно воин, только что завершивший успешный налет за личинками на соседнее улье.
Она не ответила на эту шпильку. Что-то было в его голосе…
— Это не похоже на тебя, Флинкс, — она изучала его, когда тот вернулся к осмотру тела, пытаясь вспомнить все, что знала о человеческих эмоциях. Ей казалось, что его интерес к этой женщине, которая за несколько тамов ванеля добровольно сотрудничала с заклятыми врагами рода челанксийского, был ненормальным.
Силзензюзекс не могла сравниться со своим дядей, когда дело доходило до дедукции, но не была и глупа.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
