«Хоть кто — то из крестьян Империи мог бы столь спокойно выполнять свою работу?» — гадал Феликс. Это казалось ему сомнительным. Скорее всего, они бы уже давно сбежали, оставив урожай гнить на брошенных полях. Земли Империи располагаются далеко от войны с Хаосом, а Кислев служит бастионом между ближайшими провинциями и вечным врагом. Кое — кто в Империи ставит под сомнение само существование воинов Хаоса. Но здесь подобная роскошь непозволительна.
Поглядев по сторонам, Феликс немного успокоился. На позициях вдоль обходных дорожек уже были расставлены огромные котлы с кипящим маслом. Из башен вдоль стены высовывались мощные баллисты. Феликс сомневался, что город смогла бы взять любая из когда — либо собиравшихся армий Империи, но приближающаяся орда сильно отличалась от обычной армии смертных. Он знал, что в её составе есть чудища, зверолюды, злобные колдуны, равно как и безумные воины, благословлённые Тёмными Силами. Когда армии Хаоса наступают, их союзниками становятся даже чёрная магия, чума и разложение.
Но хуже то, что надвигающийся враг, как полагал Феликс, по всей вероятности имеет могущественных союзников внутри самого города. Хаосопоклонники многочисленны, и не все из них являются мутантами или носят вычурные чёрные доспехи воина Хаоса. Возможно, кое — кто из тех труженников замышляет какой — нибудь тёмной ночью открыть ворота города. Возможно, один из тех высокородных военачальников планирует отравить собственных людей или завести их в западню. На собственном опыте Феликс знал, что подобные вещи не являются чем — то необычным. Он отбросил мрачные мысли. Сейчас не лучшее время думать об этом.
Бросив взгляд на свою руку, Феликс подивился тому, насколько она тверда. Он изменился с тех пор, как начал странствовать в компании Истребителя. В прежние времена простого знания о том, что происходит там, в горящих городках на равнине, оказалось бы достаточно, чтобы его замутило. Теперь же он способен стоять здесь и хладнокровно обсуждать это с гномом. «Возможно, это я безумен, а не хаосопоклонники?»
Зоркие голубые глаза Феликса уловили движение на горизонте. «Облака пыли, — подумал он. — Галопом приближаются всадники». Феликс поглядел на сторожевую башню, возвышающуюся над воротами. Там располагались с телескопами остроглазые наблюдатели. Один из них поднёс к губам рог и выдул долгий звук. Сигнал был подхвачен на других башнях.
Как только прозвучал сигнал, по городу начали звонить в колокола. Работавшие внизу люди спокойно собрали свои инструменты и двинулись к воротам. Крестьяне на полях, положив по последней репе в свои корзины, подняли их и направились в сторону ворот. Люди, направляющиеся в город со своими пожитками, ощутимо заторопились. Позади себя Феликс услышал шум, производимый бегущими по стенам вооружёнными людьми.
— Возможно, местный князь безумен, но это не отражается на эффективности его стражи, — заметил Феликс, и сразу же пожалел о сказанном.
Хотя Феликс всего лишь повторил то, что озвучивали многие люди, неразумно подвергать сомнению вменяемость правителя города в военное время. Существует большая разница между тем, что приемлемо в мирное время, и тем, что допустимо в военное.
— Как скажешь, человечий отпрыск, — произнёс Готрек.
Судя по голосу, он не был особо впечатлён, но так было всегда по отношению к любому человеку. В этом вся Старшая раса. Они никогда не признают, что в настоящее время имеется что — либо не хуже, чем было пару тысячелетий назад. «Ну что за упёртые, консервативные гордецы?» — подумал Феликс.
Мимо них на стены поспешно поднимались солдаты. Большинство из них несло луки, несколько командиров размахивали мечами, отдавая приказы. Все они носили плащи с крылатым львом — символом Праага. То же изображение находилось и на сотнях знамён, развевающихся над ними. К Готреку и Феликсу быстрым шагом подошёл офицер, похоже, собиравшийся отдать им приказ удалиться. Один взгляд на Готрека разубедил его. Никто не знал, кто таков сей Истребитель в действительности, но было общеизвестно, что он и его товарищи прибыли в Прааг на том могучем воздушном корабле, доставив весть о нашествии и распоряжения самой Ледяной Королевы. Феликсу довелось слышать слухи, что Готрек и прочие истребители — посланцы из Карак Кадрина, передовой отряд могучей армии гномов, направляющейся на помощь Кислеву в час нужды. Феликсу страстно хотелось, чтобы это было правдой. Исходя из того, что он наблюдал у их противника, северянам потребуется любая поддержка, которую они смогут получить.
Он гадал, когда возвратится „Дух Грунгни“, и какую помощь он с собой принесёт. Воздушный корабль Малакая Макайссона был мощным оружием, но Феликс не был уверен, сможет ли тот что — либо противопоставить приближающейся неприятельской армии. Малакай обещал вернуться и привезти солдат, но это было не совсем в его власти. Он истребитель и инженер, а не король. Помощь от гномов придёт только в том случае, если так решат правители. Хотя, по соображениям Феликса, возможен иной вариант. В Карак Кадрине обитают сотни истребителей. Члены этого культа ищущих смерти, вероятнее всего, придут независимо от того, прикажут им или нет. В конце концов, где как не здесь, в Кислеве, они с большой долей вероятности примут героическую смерть? Если что и может искупить те грехи, из — за которых они стали истребителями, то это, несомненно, смерть в сражении с ордами Хаоса.
Феликс огляделся, выискивая, не появились ли тут остальные гномы. Насколько он смог увидеть, никого. Скорее всего, Снорри, Улли и Бьорни сидят в „Белом кабане“, под завязку накачиваясь элем и потчуя друг друга жалобами на слабоватое пиво людей. Старый учёный Борек отправился в Карак Кадрин с Малакаем Макайссоном. Он по — прежнему скорбит о гибели своего племянника Варека. За это Феликс его не винил. Временами ему самому не хватало скромного молодого грамотея. Какая жалость, что спасая воздушный корабль от дракона Скьяландира, Варек отдал свою жизнь. «Уж лучше он, чем ты», — возникла мысль у Феликса. Ему стало стыдно. Он понимал, что подобные мысли не являются достойными.
Облака пыли вздымались всё выше. Феликс разглядел скачущих верхом мужчин. К спине каждого всадника был прикреплён оперённый шест, похожий на крыло птицы. Феликс понятия не имел, какой глубокий смысл заключён в этом символе, но знал, что это знак отличия элитной кавалерии кислевитов. В настоящий момент они не были похожи на элиту. Он заметил, что выглядят всадники потрёпанными и усталыми. Если произошло сражение, Феликс мог поставить на то, что видит перед собой проигравшую сторону. Позади них он мог разглядеть других всадников, в чёрной броне и на чёрных скакунах. Он и без приглушённых проклятий Готрека понял, кто это такие. В своё время ему тоже приходилось сражаться с воинами Хаоса.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
