Таинственный маг, называющий себя Наором, тоже норовит поссорить Арнелия и Никкея, но вряд ли ради той же цели! Тогда для чего? Пойти по стопам Наора легендарного и, дождавшись, пока короли уничтожат друг друга, захватить власть? Фу ты, до чего же пошло и банально… Как-то не верилось мне, чтобы маг, способный на столь ловкие ходы, имел целью всего-навсего получение короны на темечко и трона под седалище. Для захвата власти имеются другие, более простые и надежные способы, чем разыгрывание сценок из легенд. Тем более у нынешних королей имеется масса наследников, законных и не слишком, а еще есть Коллегия, которая смуты не допустит, и уж тем более не позволит какому-то зарвавшемуся магу занять трон.
Но факты остаются фактами: королей упорно натравливают друг на друга, и делается это явно не без участия мага, называющего себя Наором. Именно тот эпизод, в котором говорится, что Наор поссорил королей, отмечен в тексте. Возможно, это всего лишь кусочек мозаики, всего лишь один ход в сложной игре, которая явно ведется не первый год и цели которой я, увы, не знаю…
Но что мог знать о маге по имени или прозвищу Наор Ференц Лагарста? Почему его интересовала именно эта легенда, для чего он отмечал на полях отрывки? Увы, Лагарсты уже нет в живых, спросить у него не получится. Впрочем…
Я резко поднялась на ноги – книга с грохотом упала на пол – и распахнула окно. Давешняя облезлая ворона по-прежнему занимала стратегический пост на дереве у ворот. «Надо же, упорная какая», – подумала я, подзывая птицу. Не такая уж она, кстати, была и облезлая, просто кто-то изрядно повыщипал бедолаге перья. Должно быть, угодила в лапы коту, на улице попадаются настоящие охотники… Ну что ж, раз приблудилась ко двору, пускай послужит!
Ждать лейтенанта, как и в прошлый раз, пришлось недолго. Складывалось впечатление, будто Лауринь только и делает, что сидит и ждет, пока я его вызову. Славно служат наши гвардейцы!
– Лауринь, у вас вообще обязанности по службе есть или как? – спросила я вместо приветствия, настолько меня занимала эта мысль.
– Так точно, госпожа Нарен, – удивленно ответил Лауринь. – Только в караулы я теперь отчего-то редко попадаю…
– Ну а прочее, построения там разные, учения, что еще у вас бывает? – не отставала я.
– Это само собой, – еще более удивленно сказал Лауринь. – Но если что, меня Ивас подменяет, и потом, есть ведь приказ Его величества… А почему вы спрашиваете, госпожа Нарен?
– Да так, из любопытства, – фыркнула я. – Ладно, к делу. Лауринь, вам знакома эта книга?
Я кивнула на лежащий на столе толстый том.
– Конечно, – ответил лейтенант, разглядев книгу как следует. – Это, кажется, та самая, что вы у меня… э-э-э… купили…
– А как она попала к вам в дом, не помните, случайно?
Лауринь надолго задумался.
– Она точно не из старых, – сказал он наконец, – то есть не из тех, что в библиотеке замка давно были…
– Это и так ясно, – фыркнула я, – она издана всего пять лет назад.
– Отец иногда выписывал из города что-нибудь, – продолжил лейтенант. – Редко, правда, у нас с деньгами плохо было, не до книг… Наверно, эту тоже он заказал.
– Не помните, значит… – вздохнула я. – Послушайте-ка, Лауринь, а до этого пожара ваш отец мог сам ходить?
– Ну да, – удивленно ответил Лауринь. – У него суставы болели, но ходил он нормально. Это потом уже он так…
Я только вздохнула. Я-то надеялась, что если Ференц Лагарста сам не мог подняться в библиотеку, значит, книгу ему кто-то приносил, а потом уносил обратно, причем этот кто-то, скорее всего, слуга. А слугу можно найти и выспросить. Увы…
– Госпожа Нарен, а я, кажется, вспомнил, – вдруг сказал Лауринь.
– Что вы вспомнили? – вскинулась я.
– Ну, про книгу… Она ведь очень дорогая, тиснение вот золотое, картинки цветные, я в книжную лавку заходил и спрашивал… – Лауринь отвел взгляд. Ясно, все-таки пошел выяснять, не переплатила ли я ему за этот несчастный том. – А у нас лишних денег не было, так что дорогую покупку не скроешь… Так вот, это на день рождения Люция было, моего старшего брата. Отец обещал ему лошадь подарить, хорошую, верховую, Люций не первый год мечтал, у нас в имении были, если честно, сущие клячи… – Лауринь посмотрел на меня. – А если отец что обещал, всегда исполнял. Только лошади Люций не получил, так, ерунду какую-то, отец сказал, что цены выросли, вот и не получилось с конем. Вот я и думаю, может, он книгу из города выписал, только никому не сказал? Потому и не хватило ему немного на лошадь, у нас ведь каждый рисс на счету был…
– Очень даже может быть… – протянула я. – А что еще в то время случилось, не припомните?
– Да все, как обычно, – пожал плечами Лауринь. – Какой-то старый отцовский приятель заезжал погостить ненадолго. У нас гости редко бывали… Отец ведь ссыльный был, к тому же…
Я понимала: кому захочется ездить в гости к ссыльному приятелю, рискуя заинтересовать своей персоной господ из охранного отделения (а они, как признался Арнелий, за поместьем присматривали)? Да и, думаю, Лагарста сам не особенно желал видеть отвернувшихся от него сослуживцев, поверивших ложному – в этом я была почти уверена – обвинению. И к тому же, спорю на что угодно, стыдился бедности, в которой жила его семья. Какие уж тут гости…
Снова совпадение? Некий гость, после визита которого Лагарста заказывает дорогую книгу с легендами о Наоре и читает ее явно не один раз, причем очень вдумчиво. Почему именно эту? Из-за наличия нескольких версий одного и того же сказания? В них расходятся некоторые детали, но в целом… Что же искал Лагарста и почему?!
– Кто это был? Я имею в виду гостя, – спросила я.
– Я его никогда раньше не видел, – ответил Лауринь.
– Да при чем тут видели или не видели! – рассердилась я. – Как его имя?
– Имя… – Лауринь явно растерялся. – Отец его толком не представил, просто сказал что-то вроде «это мой старый друг», и все… Потом они закрылись у отца в кабинете, всю ночь проговорили, а наутро тот человек уехал. А имя какое-то очень простое, но, госпожа Нарен, простите, я не помню…
– Опишите его хотя бы, – безнадежно попросила я. Что взять с мальчишки…
Вот зрительная память у Лауриня была отменная, гостя Лагарсты он описал неплохо. Жаль только, выходило, что внешность у того оказалась самая заурядная, да Лауринь его толком и не рассматривал. Куда большее внимание мальчишки привлек конь гостя,
