отличный жеребец вейренской породы. Видимо, гость, в отличие от хозяина, не бедствовал. Хотя, быть может, конь был и нечистокровным, серая масть для вейренов редкость, а откуда Лауриню было научиться как следует разбираться в лошадиных статях?
– Особых примет у этого человека не было? – спросила я для проформы.
Лауринь помотал головой, потом задумался еще на несколько минут и выдал, наконец:
– Он ходил очень прямо, будто шест проглотил, служанки еще смеялись…
– У военных обычно такая осанка, – пожала я плечами.
– Он не военный, – снова мотнул головой Лауринь. – Отец же гвардейцем служил. Пока мы в столице жили, я военных насмотрелся… И уж военного, даже отставного, с гражданским ни за что не спутаю!
Что ж, может быть, стоит поверить Лауриню на слово. Старых вояк в толпе и правда за версту видно.
– Самый обычный человек, – продолжал Лауринь. – Только со спиной что-то странное, будто она у него не гнулась.
Хм… Возможно, какая-то травма позвоночника? Даже если ее лечил маг-медик, то последствия могли сказываться, особенно если повреждение было серьезным. Что ж, сама по себе примета неплохая…
– Узнать его сможете, если увидите? – спросила я.
– Думаю, смогу, – не слишком уверенно ответил лейтенант.
– Кстати, а этот ваш безымянный гость – он ехал в город или в другую сторону? – поинтересовалась я.
– Не знаю, – уныло сказал Лауринь. – При мне, во всяком случае, он ни разу не обмолвился, куда направляется. Да и откуда приехал, тоже…
И как прикажете искать человека без имени, с весьма расплывчатым описанием и единственной приметой в виде негнущейся спины? Неизвестно, бывает ли он в Арастене, жив ли он еще… И надо ли его искать? Быть может, они с Лагарстой банально вспоминали юность, сотни вместе выпитых бутылок и десятки перетисканных юных и не очень дев!..
– А почему вы обо всем этом спрашиваете, госпожа Нарен? – догадался наконец поинтересоваться Лауринь.
– Да снова, Лауринь, ниточка тянется в прошлое, – невесело усмехнулась я. – Жаль только, фигуранты или уже мертвы, или вовсе без вести пропали…
Кто еще мог знать, с кем водил дружбу Лагарста в бытность свою при дворе? Лауриня можно не спрашивать, он вырос в имении и об отцовских связях представления не имел. Так кто же? Сослуживцы Лагарсты, кто же еще! И, очень может статься, Его величество… Нужно будет позадавать вопросы при случае, только очень осторожно. Не нравится мне все происходящее!
– Идите, Лауринь, вы мне больше не нужны, – сказала я, вспомнив о лейтенанте.
– Так точно, госпожа Нарен, – протянул он. Лауринь явно надеялся на очередную безумную эскападу. – Госпожа Нарен… а вы не могли бы больше за мной ворону не присылать?
– Это еще почему? – вздернула я бровь. – Что вы имеете против вороны?
– Я-то ничего, – заторопился Лауринь. – Но в прошлый раз я один был, когда она прилетела с вашей запиской, а сегодня… в общем… она капитану Стежесу на голову нагадила, он мне как раз указания давал… простите…
Я прикусила губу, чтобы не рассмеяться в голос.
– Я что-нибудь придумаю, Лауринь, – пообещала я. – Научу, например, ворону разбираться в воинских знаках различия и не гадить на головы вашим начальникам. А пока идите, мне нужно поразмыслить…
Размышлять мне пришлось долго, но ничего ценного я так и не надумала. Все упиралось в нехватку информации, причем информации ключевой, без которой я ничего не могла сделать: все мои предположения строились на пустом месте. И я отступилась.
Прошло несколько дней, я успела разобраться в парочке изобретательно совершенных краж, поймать одного убийцу и почти перестала думать о таинственном Наоре – не до него было.
Как-то утром – я только-только встала – Рима доложила мне о посетителе. Поскольку вернулась я далеко за полночь, а перед тем несколько часов в компании с унылым более обычного майором Висласом обшаривала всевозможные забегаловки в Разбойном квартале в поисках подозреваемого, то желание сказаться занятой и снова завалиться спать было очень сильно. Тем не менее я велела проводить гостя в кабинет, мысленно выругалась – я так надеялась хоть один день провести спокойно! – и спустилась к посетителю.
К моему большому удивлению, посетителем оказался не кто иной, как Верен Шлосс, помещик и преуспевающий литератор в одном лице.
– Какими судьбами? – поинтересовалась я, обменявшись приветствиями со Шлоссом и пригласив его располагаться со всеми удобствами. – У вас в поместье снова завелись призраки? Или вам опять докучают прекрасные незнакомки?
– Что вы, что вы! – в непритворном ужасе замахал руками Шлосс. – Нет, госпожа Нарен, у меня все спокойно…
– Рада слышать, что хоть у кого-то все спокойно, – усмехнулась я. – Я слышала, ваш последний роман снискал большой успех у публики?
– О да, – чуточку зарозовел Шлосс. – Его очень хорошо приняли, очень! Но вот издатель мой попенял мне, что я в последнее время повторяюсь: все старинные поместья да усадьбы, призраки да привидения… Собственно, поэтому я к вам и приехал…
– Вот как? – удивилась я. – Зачем же именно?
– О, я хотел всего лишь спросить кое о чем, – смутился Шлосс. – Мне крайне неловко отнимать ваше драгоценное время, госпожа Нарен, но, право слово, я счел необходимым…
– А если короче? – вполне мирно попросила я.
– Видите ли, госпожа Нарен, мой следующий роман будет называться «Одноглазый человек и серая лошадь»…
– Оригинально, – хмыкнула я. – Почему, если не секрет?
– Звучит неплохо, на мой вкус, – честно ответил Шлосс. – Видите ли, в чем дело, недавно мы славно проводили вечер с моим соседом, тем, что занимается лошадьми…
– О, так вы помирились? – приподняла я брови.
– Да мы, в общем-то, и не ссорились, – пожал плечами Шлосс. – Тяжба из-за того клочка земли – еще не повод рушить доброприятельские отношения, мне так кажется… Одним словом, нейр Рем рассказал мне историю, связанную с недавним похищением купленных им лошадей…
– Как же, помню, – хмыкнула я. Еще бы я не помнила… – Только никак в толк не возьму, нейр Шлосс, от меня-то вы чего хотите?
– Я хотел лишь узнать, могу ли я использовать эту историю в своей новой книге? – произнес Шлосс. – Не всю целиком, меня просто заинтересовал способ похищения лошадей… Вот, сегодня приехал по делам в город и решил лично, так сказать… гхм…
– Да используйте сколько угодно, – разрешила я. – Никаких государственных интересов эта история не затрагивает, банальная кража…
Говоря так, я несколько кривила душой, но не рассказывать же Шлоссу о своих подозрениях касательно личности заказчика похищения этих лошадей?
– Благодарю, госпожа Нарен! – расцвел Шлосс. – Видите ли, я хочу написать роман о том, как ради обладания чем-то необычным, редкостным самые разные люди идут на преступление, даже на убийство… Сперва я хотел
