уровень.
— От ошибок не застрахован никто, — чуть склонил я голову.
Я уже понял, к чему он ведет, но не знаю, кто именно, по его версии, совершил ошибку. Сейчас, похоже, и узнаем.
— И тут ты абсолютно прав, — вздохнул он, поставив чашку на стол и взяв в руки веер. — При нашем последнем разговоре я тоже допустил ошибку. Поторопился, не пояснил, не остановил. В итоге кое-кто обиделся, — улыбнулся он, бросив на меня взгляд.
— На главу государства не обижаются, ваше величество, — пожал я плечами.
И, похоже, сумел его слегка удивить.
— Тогда что это было? — спросил он. — Слухи, которые ты распускаешь, довольно неприятны, и никак иначе, чем обидой, я это назвать не могу.
— Слухи? — приподнял я бровь. — Это не слухи, ваше величество. Это работа. Обычная работа главы рода, который очень боится главы своего государства.
Император нахмурился. Похоже, подобного он от меня услышать не ожидал.
— Это нонсенс, — произнес он с серьезным видом. — Императорский род никогда не причинит вреда Аматэру.
— Императорский род — возможно, — пожал я плечами.
На этот раз он еще и губы поджал.
— Понятно, — произнес он тихо. — Я понял твою позицию. Думаю, говорить, что тоже не намерен вам вредить, бессмысленно?
— На такое мне нечего ответить, ваше величество, — произнес я.
— А ты попробуй, — раскрыл он наконец веер. — Фамилия позволяет тебе ответить и не на такое.
Эти постоянные напоминания братских отношений несколько надоели. На промывку мозгов начинает смахивать.
— С нашей стороны ваш поступок видится очень некрасивым, — произнес я. — После такого веры вам больше не будет.
— Кхм, — аж подавился он. — М-да, слышать подобное… Что ж, позволь мне пояснить свою позицию по тому вопросу. Возможно, и ты после этого сменишь свою.
Ответил я не сразу, сначала медленно вздохнул, потом медленно выдохнул.
— Слушаю вас, ваше величество.
— В нашем с тобой деле, Аматэру-кун, проблема с твоей фамилией, — начал он пояснения. — Если бы все прошло по твоему плану, легитимность нового японского клана встала бы под вопрос. Наши аристократы, естественно, молчали бы. И поначалу даже не из-за спорности решения. Они наверняка согласились бы с тем, что вы достойны. Но… Но есть еще и другие страны, и вот они бы точно воспользовались ситуацией. Причем сами Аматэру тех же англичан не очень интересуют, целью был бы мой род. Ведь это я даю кланы… скажем так, по блату. Именно мой престиж на мировой арене значительно упадет. А уже потом волна доберется и до Аматэру. Ведь если глава государства дает кланы просто так, то тень падает на всех. Встанет вопрос о легитимности всех кланов нашей страны.
— Разумные люди на такое не поведутся, — произнес я, нахмурившись.
В этот момент мои мозги работали на полную, пытаясь понять, насколько его слова реальны. Плюс надо учитывать те моменты, когда он прикрывал губы веером. Но тут проще: в основном он скрывал инфу относительно клана.
— Естественно, — кивнул император. — И со временем все успокоится. У простых аристократов. А вот среди глав государств будет подниматься постоянно. Даже не потому, что они верят в свои обвинения, просто это — политика. Они не упустят своего шанса сделать нам пакость. А знаешь, что бывает, если тысячу раз назвать лебедя свиньей?
— Лебедю придется с этим смириться и начать хрюкать, — ответил я со вздохом.
Похоже на правду. В межгосударственной политике чего только не бывает. И то, что озвучил император, — не самое невероятное и сложное в исполнении.
— Именно, — произнес государь медленно. — Не пройдет и двадцати лет, как мир будет уверен, что я раздаю кланы просто так, по велению левой пятки. А там и война на подходе. Сколько союзников смогут перетянуть те же англичане на свою сторону просто потому, что те страны не захотят воевать на нашей стороне? Ладно на нашей; те же французы, несмотря на плохие отношения с Японией, во время войны, скорее всего, выберут нейтральную сторону. И мне бы хотелось, чтобы все так и оставалось.
Ну, тут он уже на кофейной гуще гадает или на мою неопытность надеется. Французы банально не смогут оставаться нейтральной стороной во время мировой войны. Им придется выбирать, и, если старик прав, выберут они не нашу сторону.
— И почему об этом сразу нельзя было сказать? — задал я очевидный вопрос.
— Как я и говорил, это было моей ошибкой, — ответил он. — Слишком много мыслей, слишком много вариантов событий, слишком много работы до этого, — вздохнул он. — А когда ты показал мне фотографии… Прямо скажем, вариантов появилось еще больше. И самый простой выход из этой ситуации выглядит как количество. Это было моей первой четкой мыслью. Количество закроет все вопросы. Твой подарок, давай будем откровенны — не то, о чем стоило бы говорить общественности. Но даже будь он другим, ничего не изменилось бы. Как я и сказал в самом начале, проблема в твоей фамилии. Она просто кричит использовать ход с «кланом по блату». А вот если будут переданы не один, два, десять артефактов, а сотни, это уже будет сложно назвать блатом. Или намекать на то, что артефакты на самом деле из нашей сокровищницы, и Аматэру тут ни при чем. В аферу с сотнями артефактов уже вряд ли кто-то поверит, — закрыл он веер.
Впрочем, на стол не положил, прикрывать губы он может и в закрытом положении.
— То есть главное — количество? — уточнил я.
— И качество, — пожал он плечами. — Согласись, кому какое дело до сотен древних побрякушек. Самое простое, что скажут в этом случае, это что Аматэру совершили выгодную покупку. Вот я настаивал на оценке. Мне, в общем-то, и не нужна половина, хватит и трети, главное — что именно передается.
Как он, а? И трети ему хватит. А харя не треснет?
— И никаких иных вариантов? — спросил я со скепсисом в голосе.
— Ну почему же, — усмехнулся он. — Ты можешь сделать что-то показательно эпичное. Уничтожить старого врага страны, перебить кучу враждебных моему роду кланов, захватить для страны кусок земли побольше или передать мне имеющиеся. Или вон малайцев привести под мою руку. Со всеми их землями, естественно. Но как по мне, изначальный вариант несколько проще.
Ответить сразу я не смог. Не знал я, что говорить на такое. Император вроде и прав со всех сторон, но почему именно я должен рисковать и терять? Стоит ли клан подобного? Наверное, со времен принятия в род я впервые пожалел, что у меня такая фамилия. Естественно, я никогда от нее не откажусь, так что остается лишь иронизировать над самим собой. Дерьмище как
