"Супер" добрался до дальнего от нас угла "раздатки", замер там. И тут же раздались частые выстрелы с дока – тварь оказалась в прицеле у Дрики! Пули ударили в монстра, выбили искры из бетона… и металлических конструкций "раздаточной".
– Не стрелять! – заорал я в рацию, перепуганный. – Тут сплошной бензин! Не стрелять!
– Ой! – откликнулась рация испуганным голосом Дрики.
Выстрелы прекратились, но все же результат какой-то был достигнут – "супер", поняв, что его укрытие не защищает, в три мощных прыжка перескочил из него в другое, между генераторной и высокими баками, в которых со слов Сэма были фильтры. И тогда я в порядке жеста отчаяния и от полного отсутствия идей, выдернул из подсумка еще одну сверхзвуковую и закинул ее туда, к нему. Увесистый цилиндрик со звоном отрикошетил от одного из баков и закатился прямо к мутанту. И взорвался со щедрым и звонким грохотом, осветив яркой вспышкой стены.
Сначала не произошло ничего, а потом в проходе между танками показалась голова и плечи мутанта. Он тряс уродливой башкой, явно не соображая, что открылся, и единственное. Что я сказал Сэму перед тем, как мы начали стрелять:
– Осторожно, баки!
И мы открыли огонь. Причем я больше боялся угодить в один из баков, чем не попасть в морфа – в моем мозгу крутилась картина "цепного взрыва на нефтехранилище" из какого-то боевика, когда все взрывается одно за другим, разносится в куски и летит в небеса к бениной маме. Но пули били в тварь, рвали плоть, ломали кости, брызгая на стену какой-то мерзостью. Тварь задергалась, с громким стуком ударилась башкой в один из танков, рванулась в сторону, упала, перекатилась, а потом, вдруг как-то резко очухавшись, изо всех сил рванула к забору и перемахнула через него в одно касание, исчезнув из виду.
Мы выдохнули разом, до дна легких, с металлическими щелчками заменили магазины. А потом Сэм сказал:
– Больше не качает. Слышишь?
В ушах звенело, но то, что колонка, качавшая до этого топливо в чрево цистерны, молчит, я понял.
– Это почему?
– Генератор прямо там, за стеной, – сказал Сэм, указав пальцем. – А стены из пеноблоков, их пуля протыкает как нож дерьмо, да сэр. Сейчас мы проткнули генератор.
Единственное, что я смог сделать по этому поводу – издать долгий стон, а потом, задрав голову, выматериться от всей моей озверевшей за сегодня души.
– Ну, ну! – предостерегающе поднял руку Сэм. – Все не так плохо, там… – он посветил фонариком в цистерну, -… уже больше половины. Это больше двух тысяч галлонов. Намного.
Ну ё-мое, что же он так людей-то пугает? Я чуть сознание не потерял от злости, страха и отчаяния. А все действительно не так плохо, этого нам на весь танк и еще с десяток бочек заполнить.
– Сэм, я прикрываю, снимаем шланги – и вези меня к доку.
30 апреля, среда, день. Нью-Йорк Сити, США.
Несмотря на суету и нервы, Сэм вел наливник медленно и очень аккуратно, объяснив это тем, что наполовину заполненная цистерна опасней чем полная – на поворотах центр тяжести машины резко смещается и может положить ее набок. Не уверен, что это относилось к тем скоростям, которые были актуальны сейчас, но спорить все же не стал.
Когда я добежал до лодки, а Сэм увел грузовик вдоль берега в боковой проезд возле нефтебазы, мертвецы предприняли новую атаку, уже на док. И были на этот раз отбиты очень легко, пройти под обстрелом двух винтовок почти двести метров узких мостков мало кто сможет, это как в тире мишенью работать. А мутант не появился, хотя и крутился неподалеку, пару раз я его замечал. Раны от пуль, похоже, его больше не беспокоили, но лезть на рожон он теперь опасался.
Отбились, в общем. Твари действительно поумнели. Мало того, что уже многие из них тащили какие-то палки, железяки и прочий хлам, так при виде того, что достать нас не получается, они отступали. И недалеко, просто укрывались за танками и строениями, выжидая момента поудобней.
Но теперь, когда мы отшвартовались от дока и резали форштевнем серую гладь Гудзона, больше беспокоило другое – очень уж мы здесь задержались. Чем дольше мы здесь крутимся, тем больше вероятность нарваться на кого-то нежелательного, банды уже должны начать мародерить то, что близко к воде, а слышанная стрельба со стороны НПЗ покою не давала – если кто-то начал подгребать под себя нефтянку, он и про этот терминал вспомнит, дело-то нехитрое: почесал репу – и сразу осенило. Может это и нормальные люди, а может и нет. Теперь всяких хватает, и все силу взяли. А прояснить их суть только на собственной шкуре возможно, чего все же лучше избегать. Всех надо избегать, на самом деле.
– Сэм, как принимаешь? – запросил я его по рации.
– Чисто.
– Не вижу тебя на пирсе, где ты?
– Езжу кругами, не хочу сразу туда мертвецов приманивать. Будете швартоваться – дай знать, я подъеду.
– Понял.
А что, разумно. А то он бы сейчас туда заехал и уже отбивался бы от зомби, а пока огромный и тяжеленный заправщик на ходу – Сэм в полной безопасности.
Впереди справа показался пирс, к которому мы шли – длинный, метров в триста, довольно широкий – на нем в три ряда были припаркованы машины. Перед ним еще и огромное поле открытой стоянки, почти пустой, с линией редких деревьев, отделяющих от проходящей по берегу дороги – скрытно не подберешься при всем желании. Зомби на пирсе не было, видать, ничего их там пока не привлекало. Так, пара десятков машин, брошенных с началом Катастрофы, да и все, никакой явной угрозы. Это обнадеживает.
Мы оба стояли на "летучем мостике", Дрика, серьезная и сосредоточенная, крутила штурвал, направляя "Проныру" на траекторию швартовки. А я поскакал по трапу вниз, управляться с кранцами и швартовами, попутно вызвав Сэма по рации:
– Заезжай, мы на месте.
Вплотную к домику швартоваться не стали, мало ли кто там внутри? Прижались к длиной стороне пирса, намотав швартовы на крепкие столбы добротной ограды, предохраняющей неудачливых водителей от падения в воду при парковке. Почти сразу на дороге показался неторопливый заправщик, как-то солидно и уверенно катящий по набережной. В окружающей тишине звук его дизеля разносился по всей округе, эхом отражаясь от стен домов. На повороте к пирсу он наподдал бампером криво поставленному "чероки", и вскоре остановился возле нас, а Сэм, выскочив, открыл металлическую дверцу ящика, притулившегося сзади к цистерне, и начал разматывать из него полноценный заправочный шланг.
– Дрика, – сказал я девушке, схватившей прислоненный к креслу "штайр" и откинувшей сошки, – на ресторан тоже поглядывай, мало ли?
– Хорошо.
С "летучего мостика" обзор во все стороны был отличным, там у нее позиция хоть куда. А я взялся помогать Сэму, точнее даже не помогать, там дела-то сунуть пистолет в горловину и нажать на рычаг, а "осуществлять ближнюю защиту". А если проще. То опять вскарабкался на цистерну, вооружившись М16 с оптикой – дистанции возможного боя возросли, весь пирс передо мной.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
