30 апреля, среда, вечер. Нью-Йорк Сити, США.
"Дух Нью-Джерси" мы размародерили довольно просто: нашли бухту кабеля, через него запитали от генератора "Проныры" кухонный лифт, и уже на нем подняли все упаковки воды со склада на ресторанную палубу. А там быстро перебросили их к выбитому выстрелами большому окну – для перегрузки.
Мертвецов на судне больше не было, мы обыскали его тщательно, палубу за палубой. В довершение всего сбросили в воду сходни, чтобы даже случайный мертвец не мог забрести на борт. И уже потом занялись делом.
Настроение было спокойным, какое-то шестое чувство подсказывало, что от проплывавших на "Азимуте" homies мы отбились всерьез и надолго. Откуда им знать, что мы на лодке? По ним вполне могла стрелять какая-нибудь "сухопутная" группа мародеров, с которой связываться себе дороже.
Только эта вода, последняя наша задача в большом мертвом городе. В больших бутылках, маленьких, пластиковых и стеклянных, обычная и газированная – всего почти сто пятьдесят ящиков, на все путешествие хватит без проблем. И несколько ящиков кока-колы, "спрайта", тоника – все пойдет, яхта у нас большая, с комфортом в путь отправимся.
Дело к вечеру, уже опускались сумерки. На Одиннадцатой авеню, которая тянулась вдол берега, было почти что пусто, всего несколько зомби бродило в поле зрения – ничего их здесь пока не привлекло, даже нашу суету не заметили. Хотя по ауре чувствовалось, город забит ими под самый край, их здесь миллионы. Пробуди их что-то – и настоящая цунами мертвечины захлестнет окрестности. Как я это ощущал – сам не понимаю, наверное, такая концентрация зла должна чувствоваться физически, не может не чувствоваться. Недаром Тигр сидел на "летучем мостике" напряженно, прижав уши к черепу и внимательно смотрел на берег, время от времени недовольно подвывая. Пока мы были у берега противоположного, кот ничего такого не демонстрировал.
– Сэм, как думаешь, погода на маршруте какая будет? – спросил я, принимая от Сэма ящик с бутылками.
Он остался на "Духе Нью-Джерси", подавая упаковки минералки и "соды" в окно, а я принимал их на "Проныре" и составлял пока в штабеля, чтобы потом перегрузить вниз, в освободившиеся каюты. Дрика сидела рядом с котом на ограждении мостика, пристроив "штайр" на колени, наблюдая за рекой и берегом.
– Откуда я знаю? – вздохнул Сэм, нагибаясь за очередным ящиком. – В последние годы погода вообще стала такая, что не поймешь, то ли конец света близок, то ли у кого-то там… – он ткнул пальцем в небо, -… нездоровое чувство юмора, да сэр. Хотя конец света уже состоялся.
Выпрямившись, он подал увесистую упаковку "Эвиана" в окошко, где я ее принял, переставив назад.
– Ты мне вот что скажи, – спросил уже он меня, – что будем делать, когда доберемся до России?
– Ну… тоже не знаю, – пожал я плечами. – Найдем семью, а там посмотрим. Я хочу перебраться от Москвы подальше, на Волгу.
– А что там?
Еще один ящик опустился на раму окна.
– Там? – задумался я над тем, как сформулировать понятней. – Там все. Ниже по течению нефть, хлеб, много заводов, Каспийское море… это где икра, – пояснил я.
– Икру не пробовал, так что этим ты меня не удивишь, – усмехнулся Сэм, снимая неизменный свой "стетсон" и утирая пот со лба. – А что еще?
– Лучшая в мире рыбалка, – добавил я, тоже выпрямляясь и разминая гудевшую поясницу. – Лучше в мире арбузы.
– Знаешь, кто у нас есть арбузы? – спросил он со смехом.
– Негры? – попробовал угадать я, вроде что-то такое слышал раньше, или читал.
– Верно, – кивнул он. – Во времена моего детства в Миссисипи увидеть сидящих черномазых без арбуза было почти невозможно.
– А ты не ел? – спросил я.
– Нет, не хотел быть как черномазый. У нас из мальчишек их никто не ел. Это сейчас появились "уиггеры",[15] которым хочется быть на них похожим, а тогда таких не было, да сэр. Особенно на Юге.
– Ну, у нас с этим проще, – сказал я и добавил: – Водка под арбуз очень хорошо идет, кстати.
– Не сомневаюсь, – хохотнул Сэм, надевая шляпу и снова нагибаясь за ящиком. – Я бы удивился, если бы русский сказал, что водка с чем-нибудь идет плохо, да сэр.
– Ты пользуешься голливудскими штампами, – сразу обличил я его. – У вас там в фильмах все русские, когда пьют, говорят: "На здоровье!", а я в жизни такого не сказал. Хотя пил достаточно, временами даже много.
– Значит ты не русский, а только прикидываешься, – логично возразил Сэм, передавая мне ящик. – Кому об этом лучше знать, Голливуду, который никогда не врет, или тебе, которому нечем подтвердить свое звание эксперта?
– Мы не в суде, – буркнул я, принимая ящик. – Сядешь со мной водку пить – узнаешь, кто тут эксперт и куда дорога вашему Голливуду.
– А я предлагаю надолго это не откладывать, – сказал вдруг Сэм. – Отойти отсюда, встать на якорь в спокойном месте, и там… отпраздновать отплытие.
Хм…я вроде то же самое хотел предложить. Один потерянный день погоды не делает, а вот стрессы снять, так сказать, точно не помешает. Потом выспаться и двинуть в путь. Дальше уже всем вместе за столом с бутылкой собраться и не удастся – вахты пойдут поочередно, да и вообще не дело, в походе-то. А вот так, как Сэм сказал – самое правильное решение.
– Если ты думаешь, что буду возражать – ошибаешься, – сказал я и окликнул Дрику: – Слышала, что Сэм предлагает?
– Слышала! – откликнулась девушка, не оборачиваясь. – Согласна и участвую! Кстати, мы сегодня на яхте водку взяли. Ничего в ней не понимаю, но кажется хорошая.
– Точно, было такое, – подтвердил и я, вспомнив две пузатые бутылки "Абсолюта".
Еще один ящик, звякнув на этот раз стеклянными боками маленьких бутылочек, перешел через окно в мои руки, а потом разместился в штабеле у меня за спиной. Я обернулся за следующим и услышал негромкий стук со стороны "Духа Нью-Джерси", такой, словно сумку уронили, не громче. Но из-за того, что вокруг стоит почти что мертвая тишина, любой звук расходится далеко. И этот разошелся.
– Момент! – сказал я Сэму, насторожившись и протянув руку за стоящим рядом "коммандо".
Компактный автомат удобно лег в руки, внушив некое чувство уверенности в себе.
– Что? – немного всполошился и Сэм, отставляя очередную коробку и тоже хватаясь за оружие.
– Что там у вас? – спросила Дрика, резко оборачиваясь – ее насторожил кот, вдруг вздыбивший шерсть и утробно заворчавший.
– Пока не знаю… – ответил я, скидывая предохранитель и понемногу смещаясь в сторону кормы. – Пока не знаю… но мне не нравится. Так, Сэм, тебе бы лучше сюда перебраться.
– И здесь нормально, – покачал он головой. – Ни с одной стороны ко мне не подберешься. Вы там сами поосторожней, да сэр.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
