и не пришлось терять время на беготню туда-сюда, только потому и уложились за день. Когда же строгая Мион прибыла, чтобы принять работу, от парней в буквальном смысле валил пар, а пот катился градом.
- Хорошо работаете! – заметила главная горничная, придирчиво осмотрев все и хорошенько потоптавшись на восстановленном настиле. – А главное, очень быстро. Что ж, полагаю, на сегодня все. Можете идти отдыхать.
- Эм-м… разрешите вопрос? – поднял руку, словно на уроке, Семен.
- Слушаю вас.
- Я… мы… можем встретиться с одной из воспитанниц? Жозефиной?
- Зачем это?! – нахмурилась главная горничная.
- Извиниться хочу – опустил глаза здоровяк. – Сказал то, чего не следовало…
- Как это произошло?! – перебила его Мион.
- Случайно – развел руками Горын. – Мы с работы возвращались, а она гуляла… ну, и попросила немного помочь… потом представилась… ну, а я сделал комплимент ее имени… А она заплакала и убежала. Ну, я ж не знал…
- Что-то больно странно звучит! – еще больше нахмурилась девушка. – Я еще поговорю с мадмуазель Паттэн и выясню, правду ли вы говорите! Но даже если все подтвердится, с извинениями придется подождать: сейчас ей нездоровится и ближайшие два-три дня она проведет в постели. Разумеется, разрешить ее посещение ни я, ни директор не можем. Кроме того…
Ее речь была прервана громким плеском неподалеку. А пару секунд спустя, раздался крик:
- Спасите! Тону!
Горничная и Неспящие бросились на шум, причину которого обнаружили, едва обогнув лодочные сараи – метрах в пяти от берега, то и дело, уходя под воду, отчаянно барахталась Джованна! Шрам на ходу сорвал спецовку и, буквально выпрыгнув из ботинок, бросился в море! До тонущей он добрался как раз в тот момент, когда та ушла под воду с головой. На счастье стража здесь оказалось не слишком глубоко, так что он почти сразу ухватил девушку за шиворот и выдернул ее на поверхность.
- Порядок! Держ…
Остаток фразы Неспящего потонул в невразумительном бульканье, ибо в этот момент дно ушло из-под ног уже у него! Данковский пытался вновь нашарить опору, но тщетно – проклятые камешки выскакивали и выкатывались, не давая толком встать, да еще и девушка некстати забила руками по воде, заодно заехав ему по макушке!
«Блин!» – коротко стукнулась в голову мысль, прежде чем в глазах Неспящего потемнело,… но в следующий миг чья-то сильная рука ухватила его за шкирку и выдернула на поверхность!
- Тихо, тихо! – раздался знакомый бас. – Все нормально. Лучше выпрямись и ложись на воду,… на спину. Мне так легче будет.
Да уж, легко сказать! Сердце Игната стучало, словно кувалда – так он был напуган. Больше всего на свете Шрам боялся утонуть – эта смерть казалась ему самой жуткой из всех возможных, и поэтому он старательно избегал глубоких водоемов, а если уж приходилось залезать в воду, то дальше мелководья страж не заходил.
И вот теперь страх едва не стал реальностью! Каким-то неимоверным усилием Игнат все же взял себя в руки и последовал совету друга, после чего, поддерживаемый Семеном, быстро заскользил к берегу. Но встал он лишь тогда, когда уже едва не цеплял спиной дно.
- Так-так… мадмуазель Лесото – как показалось друзьям, с некоторым сарказмом произнесла Мион. – И почему я не удивлена? Пожалуй, вы единственная во всем пансионе, кто умудряется влезть в историю даже на ровном месте!
- Я случайно-о-о-о!!! – захныкала Джованна. – Я только на камешке посидеть хотела и на море посмотреть,… а потом поскользнулась и…
- В общежитие! Живо! – резко бросила главная горничная. – Переоденьтесь, примите горячую ванну, а потом немедленно к врачу. Вас тоже касается! – указала она на Игната и Семена. – Нам только простудных заболеваний не хватало!
- А… тут еще и врач есть? – пробормотал Шрам и оглушительно чихнул.
- Ну, разумеется! Или вы думали, что одна медсестра справится с таким количеством пациентов?! И вообще, почему вы еще здесь?! – Мион несколько раз громко хлопнула в ладоши. – Возвращаемся! Быстро, быстро!!
Друзья сочли за лучшее не спорить и дисциплинированно поспешили в пансион.
Врачом оказалась красивая и статная женщина возрастом за тридцать, со светло-серыми глазами, кудрявыми пепельными волосами до лопаток и бронзовым загаром, выдававшем в ней южанку. Она внимательно выслушала пострадавших, дала рекомендации, и выписала лекарства, которые следовало принять для профилактики, после чего велела парням возвращаться к себе, напоследок посоветовав попарить ноги и хорошенько прогреться. Семена она, правда, почему-то задержала, так что Игнат вышел на улицу в одиночестве.
Над территорией пансиона понемногу начинали сгущаться серые осенние сумерки – это явление, пожалуй, было одинаково во всех частях света, разве что во Франции осень все-таки была потеплее, чем в России. Шрам уселся на скамейку, привычно скользнул руками по карманам, вспомнил, что сигареты благополучно вымокли, да и курить в открытую нельзя, и малость приуныл.
Чтобы хоть чем-то занять себя, страж начал осматриваться по сторонам. Воспитанницы по большей части уже успели уйти в общежитие, но несколько все еще неторопливо прогуливались по улице, дыша свежим воздухом перед сном, охранницы несли службу, горничные заканчивали дела по хозяйству. Звуки шагов, разговоры, шуршание редких метел о крыльцо, негромкий и мерный шелест леса сливались в монотонный гул, постепенно вгоняющий в сон. Шрам и в самом деле начал помаленьку задремывать, но…
- Нет!!! Не надо! Не трогайте!!!
Данковский едва не подлетел на месте. Крик доносился откуда-то из-за школьного здания, но, что удивительно,
