Б.Е.: Да, мы не должны забывать о том, что информационное пространство не имеет территориальных ограничений, а значит, находится в зоне влияния глобальных проблем, таких как террористическая угроза, неприятие межконфессиональных различий и пр. Это очень серьезно. И я считаю, что должна быть выработана государственная концепция защиты нашего общества в информационном пространстве.
С.З.: То, о чем мы говорим, невозможно реализовывать, если у нас не будет общего инструментария в виде закона, которым мы будем руководствоваться. Уже не один год мы говорим о необходимости закона о печатно-цифровой индустрии. Какие основополагающие моменты он должен в себя включать?
Б.Е.: Необходим закон, который позволит – от писателя до потребителя – чувствовать себя защищенными. Но для этого необходимо определиться: что такое печатно-цифровая индустрия, какой функционал она включает, кто создаст информационно-товарную платформу с регистрацией авторского права и построением биржи как регулятора во взаимоотношениях в печатно-цифровой индустрии.
Е.Н.: Этот закон должен подробно указать много разных аспектов, но самое главное – в нем должна быть четко прописана роль книжной индустрии в обществе и ее влияние на качество человеческого капитала. В законе должны быть закреплены понятия «субъект печатно-цифровой индустрии», «объект печатно-цифровой индустрии» со своими статусами и ролями, должна быть четко прописана роль государства как регулятора работы этих субъектов. В таком законе очень важно закрепить статус малых региональных издательств, малых организаций книжной торговли для того, чтобы они могли развиваться и работать. А если мы говорим об объектах книжной индустрии, т. е. об изданиях, то у них тоже должен быть статус, и это понятие нужно показать полностью. Закон должен все эти вещи четко отрегулировать и показать все роли.
Б.Е.: Книга дуалистична. Это и товар, и в то же время мысль. Но мы все реже и реже употребляем слово «культура», ограничиваясь экономическим функционалом. Неупорядоченность ведомственной подчиненности библиотек, книготорговых предприятий и многих других в российском масштабе, которые «распылены» по разным ведомствам, не позволяет их структурировать и выстроить общую концепцию закона о культуре.
Тем не менее, с моей точки зрения, книготорговые предприятия – это тоже печатно-цифровая культурная индустрия. Мы должны быть в одной связке с театрами, кино… Когда все в одном ведомстве и понятно от а до я, легче регулировать российское законодательство. Я думаю, нужно над этим поработать в рамках комиссии профессиональных экспертов, выработать определенную концепцию, на базе которой может выстраиваться законодательство.
Е.Н.: Когда мы говорим о законе книжной индустрии или вообще о любом законе, опыт показывает, что в отсутствие участия в обсуждении всех заинтересованных лиц, всех субъектов отрасли получается кособокий закон. Это неправильно. Закон должен регулировать абсолютно все виды деятельности, которые относятся к книжной индустрии.
С.З.: На протяжении последних лет мы говорим о необходимости кардинального обновления Закона о культуре, о включении книги, книжных издательств и книжных магазинов в этот закон. Что-то изменилось за прошедшее время?
Е.Н.: Сегодня, к сожалению, мы не видим книжной индустрии в законе о культуре, что я считаю абсолютно неправильным. Объекты книжного дела разрозненны. Библиотеки представлены в одном ведомстве, издатели – в другом, а вопросами книжной торговли вообще непонятно какое ведомство занимается. Эта разобщенность не дает возможности создать грамотную основу, которая могла бы быть прописана и в законе о культуре, и в законе о печатно-цифровой индустрии. И пока мы не достигнем согласованности по этому пункту, книги, издательская деятельность, книжные магазины будут существовать вне культуры. Это надо понимать.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Б.Е.: Даже внутри библиотечного сообщества нет единства: библиотеки городские подчиняются Министерству культуры, а школьные – Министерству образования. К сожалению, изменения, которые происходят в образовательных процессах, влекут за собой потерю различных специальностей, которые были востребованы раньше и востребованы сейчас. Надеюсь, Высшая школа печати и медиаиндустрии Московского политехнического университета сможет, с учетом XXI века, скоординировать подготовку специалистов, необходимых печатно-цифровой индустрии и библиотечному делу. И в этой ситуации всеобщего разобщения трудно подготовить закон о культуре как некую объединяющую платформу.
Е.Н.: Мы очень много говорим об информации, о том, что сегодня ее более чем достаточно и накопление продолжается. И, в общем-то, это правильно, но должны быть определенные навигаторы, некий реестр информационных хранилищ, который дает возможность понять, что где есть. Должна быть выстроена определенная информационная инфраструктура, т. е. единый каталог или система каталогов, позволяющая выполнять поисковые и регистрационные функции.
С.З.: Как могла бы выглядеть Национальная книжная платформа?
Е.Н.: Российская книжная палата и система обязательного экземпляра дают возможность построения государственного каталога обязательного экземпляра. Но он охватывает лишь около 80 % всего книгоиздания. Российская государственная библиотека ведет каталог национальной библиографии, соединив информационные ресурсы РКП, РГБ и РНБ (ретробиблиография), получим Национальный библиографический ресурс. На основе этого ресурса будет создаваться Национальная книжная платформа. НКП обеспечит взаимодействие издательского, библиотечного, читательского сообществ и государства. Это перспективная основа для цифрового справочно-информационного обслуживания, использующая системы идентификации – номер государственной регистрации и международную нумерацию, систематизации, предметизации, международные и национальные стандарты.
Сегодня же большинство информационных каталогов разрозненны и недоступны для обычных пользователей. Вот пример, ошеломляющий в некоторой степени. В Ridero в прошлом году вышло 10 000 наименований, но все эти книги отсутствуют в информационном поле. Я не могу сказать, что все 10 000 – шедевры. Безусловно нет. Там есть много неинтересной и никому не нужной литературы, но есть и крупицы очень интересных знаний. Я специально проанализировала каталог Ridero и думаю, когда мы создадим единую инфраструктуру, эти самиздатовские каталоги обязательно присоединятся. Это очень важно.
Б.Е.: Елена Борисовна, вы затронули самое больное место – стандартизацию. Лет двадцать тому назад Торговый дом «Библио-Глобус» внедрил зарубежный стандарт ONIX. И сейчас на 80 % в отрасли все работают в этом стандарте. Но остается самиздат, который функционирует фактически анонимно вне и вопреки действующим стандартам. И если в Америке автору хотя бы предлагается выбор: если хочешь – регистрируйся, не хочешь – оставайся вне правового пространства, вне защиты авторских прав, то в России получается большой базар… В итоге процветают плагиат, пиратство. Нам нужна информационная товарная площадка с возможностью регистрации контента и создания личного кабинета. Когда есть регистрация, мы знаем, что размещенная информация имеет автора, имеет право на жизнь. Я думаю, что Российская книжная палата совместно с Российской государственной библиотекой может являться инициатором создания такой информационной платформы с регистрацией авторского права. И все встанет на свои места.
Мы с вами живем уже в другом времени, и, разумеется, отсутствие единого государственного реестра регистрации печатно-цифровой индустрии негативно отражается особенно на ученых, у которых нет информации и реестра по выпущенной литературе. Много было предложений, но, к большому сожалению, такой регистрации до сих пор нет. Есть в Ленинке, но это отголосок, а требуется фундаментальный информационно-поисковый электронный справочник, где в любое время можно получить информацию обо всем не только изданном, но и планируемом к выпуску в России, что позволит в реальном времени получить информацию, а также понять, где можно получить этот материал: в Ленинке или на Платформе печатно-цифровой индустрии. Это позволит россиянам, в каком бы месте они не находились, получить информацию и желаемую рукопись.
