— Ничего не понимаю. А как же Трансфигурация? Превращение в камень, смерть, возрождение…
— Вы уже умирали, — мягко напомнила ему Дамра. — Вы только что рассказывали мне. Алиса вернула вас к жизни.
— Так это Алиса, а не боги.
— А что есть боги, если не любовь?
Шадамер долго и оторопело глядел на медальон, потом пожал плечами, вздохнул и опустил его в карман своих штанов.
— Владыка Исканий, — с долей грусти произнес он. — Думаю, это все же лучше, чем быть Владыкой Серебряных Горшков. Спасибо вам, Дамра. Огромное вам спасибо.
— Вот видите, произносить слова благодарности не так уж и трудно, — сказала она.
ГЛАВА 3
Подойдя к берегу, Шадамер молча показал остальным Владыкам свой благословенный медальон. Вольфрам изогнул брови и поскреб подбородок. Предводительница орков что-то пробурчала себе под нос, как будто давно этого ожидала. Сейчас ее больше занимал спор с соплеменниками.
— Ну и как? Что-то изменилось? — спросила барона Дамра.
— Нет, — признался Шадамер.
Он усердно пытался поместить медальон на шею и никак не мог совладать с застежкой.
— Надо же, не зацепляется!
— Позвольте мне, — сказала Дамра.
У ее медальона застежек не было. Боги сами повесили его Дамре на шею.
Владыка Исканий. Его жизненный путь и прежде не был гладким. Что ж, он сам избрал себе такую судьбу.
— Ну вот и все, — сказала Дамра, дотрагиваясь до цепочки.
— Почему-то от него у меня зудит кожа, — пробормотал барон.
— Привыкнете.
Барон промолчал и только выпучил глаза.
— Подержите это.
Он протянул Дамре мешок и спрыгнул с камней прямо в реку, забрызгав всех, кто стоял на берегу. Вскоре голова барона показалась над поверхностью воды. Он шумно фыркал, подгребая к берегу.
Орки довольно скалились, они любили зрелища. Вольфрам тоже фыркнул, но неодобрительно. Он не жаловал воду и, как большинство дворфов, пил мало и мылся редко.
— Вода холодная? — крикнула барону Дамра.
— Да, — посиневшими губами отозвался Шадамер, у которого стучали зубы.
Тем не менее он нырнул еще раз, громко отфыркался и выбрался на берег. Здесь барон по-собачьи отряхнулся. Вольфрам поспешно отошел и с недовольным видом стал вытирать с рубахи брызги.
— Люди, что с них взять, — проворчала Капитан-над-Капитанами. — У них у всех мозги не в том месте. Неудивительно, что знамения были дурными.
Она махнула рукой, подавая сигнал забираться в лодку.
Кто-то из орков, продолжая скалиться, подал Шадамеру одеяло. Барон как мог вытерся. Окончательно обсыхать ему предстояло уже в пути. Предводительница орков влезла в лодку и заняла свое обычное место у руля.
Дамра подала Шадамеру мешок. Он привычным движением повесил мешок на плечо и вдруг почувствовал, что тот стал тяжелее. Подозревая Дамру в желании подшутить, Шадамер раскрыл мешок, ожидая найти внутри небольшой булыжник.
Вечернее солнце заиграло на безупречно ровной поверхности Камня Владычества.
Шадамер, как завороженный, смотрел на сверкающий радужными искрами Камень.
— Что-то все-таки изменилось, — тихо сказал он.
Барон достал Камень из мешка, подставив все его грани свету.
Камень отличался редкой красотой и совершенством. Он был куда тяжелее любого драгоценного камня схожей величины. Шадамер с наслаждением водил пальцами по его ровной поверхности, опасаясь дотрагиваться до острых, точно бритва, граней. Барон чувствовал, как прохладный Камень в его руке теплел.
Шадамер вглядывался в зеркальную поверхность Камня Владычества, однако своего отражения не увидел. Зато ему показалось, что он видит глаза миллионов людей. Сквозь поверхность Камня были видны скалы, вода, облака и множество огоньков. Стоило чуть наклонить его, и все превращалось в диковинное смешение серых, зеленых, голубых и оранжевых пятен. Шадамеру вдруг начала открываться тайна Камня и чудо его обретения. Душа барона наполнилась благоговейным смирением. Шадамера удивляло, что в его руках оказалось столь редкое сокровище.
На мгновение ему почудилось, что он держит крошечный осколок… разума богов.
— Они все такие же прекрасные, как этот? — спросил барон. — Можно мне взглянуть?
Трое Владык молча извлекли свои части Камня и подставили их солнцу. Радужным огнем вспыхнули еще три чуда. Шадамер понимал: каждый из Владык испытывает сейчас те же чувства, что и он.
— У меня мысль, — воскликнул возбужденный и ликующий барон. — Давайте попробуем соединить все четыре части!
Лица его спутников мгновенно померкли. Они настороженно и недоверчиво глядели на Шадамера.
— И кто их понесет? — сердито спросил Вольфрам. — Ты, что ли?
Вопрос застал Шадамера врасплох.
— Я… я не знаю. Честно, я как-то… не подумал об этом. Полагаю…
— Я никому не доверю нести свою часть Камня, — заявил Вольфрам, насупив брови.
— Я, наверное, тоже, — сказала Дамра, и ее щеки вспыхнули.
— То, что получали орки, несу только я, — отрезала Капитан-над-Капитанами. — И нечего болтать попусту.
— Понимаю, — тихо сказал Шадамер.
Он опустил свою часть Камня на дно магического мешка. Это принесло барону некоторое облегчение, но ликующее состояние пропало. Шадамер вдруг почувствовал себя усталым и подавленным.
Он забрался в лодку. Дамра и Вольфрам сели подальше друг от друга и от барона. Плавание в Старый Виннингэль продолжалось.
Шадамер смотрел в темную воду, бежавшую за бортом. Ему вдруг подумалось: а видел ли король Тамарос, что в сердце Камня скрывается Пустота? Если видел, почему не разбил Камень вдребезги?
***
Сильвит шел по предсумеречному лесу и думал о Владыках: где-то сейчас плывет их лодка. Потом он подумал о Шадамере: признал ли барон богов и, наоборот, признали ли боги строптивого барона.
С Шадамера мысли старого эльфа перекинулись на Шакура, а затем — на Дагнаруса. Узнать бы, что еще задумал Владыка Пустоты. Отряд наемников, о котором упомянул дворф, был для Сильвита неожиданностью. Строя свои замыслы, он никак не думал, что здесь могут появиться наемники. Опрокинет ли их появление его расчеты? Жизнь давно научила Сильвита не делать поспешных выводов. Надо будет побольше разузнать об этих «рыцарях удачи».
Сильвит двигался бесшумно. Он шел босым. Кожа на подошвах его ног по прочности и мягкости не уступала лучшим сапогам.
Эльф очень долго жил в глухих местах — настолько долго, что сам стал их частью. Звери не пугались, когда он шел мимо. Олени продолжали общипывать листья с веток. В траве мирно храпел кролик. Белки принимали Сильвита за дерево. Между ступней проскользнула змея. Лиса пробежала мимо, спеша по своим лисьим делам, и даже не взглянула на старого эльфа.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
