— Мой род многим обязан тебе, мальчик, — продолжала она, обращаясь ко мне, — мы поможем тебе. А то, что твои слова правдивы, и идут от чистого сердца, говорит то, как ты поступил: рискуя собой — спас моих детей. Хотя, Лаа, — она повернулась к хмурой женщине, — если придерживаться твоих слов, ему это не нужно было. Коста, нам сообщили, что у тебя есть образцы мертвой земли, покажи их нам.
— Я сейчас, — обратился к гырху, и пошёл к машине. Он, как ни странно, понял меня и не двинулся с места. Я вынул ткань с землей, вернулся обратно, и не найдя стола просто положил на землю и раскрыл. Первым к ней пошёл Дан, но, не дойдя несколько шагов, вдруг заскулил и отпрянул назад. Удивленно глядя на меня.
— В том-то и дело, — ответил я другу, — А мне там, в Белом городе ее много, — и я вспомнил унылый пейзаж голой рыжей земли. А потом подумал о том, что вот почернеет земля, вырастут деревья, и там будет бегать Дан, Дина и малышня гырхов. Дан кашлянул и тряхнул головой. Я понял, он уверен, там никогда не будут жить гырхи. Я вздохнул.
К нам подошёл Грэг. — Научи меня разговаривать с ним, — попросил он.
— Они разговаривают телепатически, думай, о том, что ты хочешь сказать ему, и слушай себя.
Грэг сел на землю перед Даном и стал смотреть ему в глаза. И вскоре я увидел, что они вполне довольны друг другом. Гырх то и дело кашлял, а Грэг улыбался.
А за нашими спинами о чем-то спорили древляне. Но когда раздался дребезжащий старческий голос, я повернулся. Впервые здесь встретил старую, действительно старую женщину: её лицо было в морщинах, спина сутулая, в руках палка, на которую она опиралась.
— Это мое последнее слово, — высоким старческим голосом почти кричала она. — Не будь ты моей правнучкой Лаа, я просто подумала бы, что ты не хочешь помогать этому мальчику, в отместку, за то, что он собирается отобрать твою Никке! А за меня не бойся, я уже давно хожу со смертью под ручку. И кому как не мне — Великой целительнице леса, не возродить землю, и не посадить молодой лес! Иди, скажи сама мальчику, что мы скоро приедем. Я приеду. Только пускай, как скажу, свои машины за нами пришлют, своим ходом я, боюсь не дойду.
Я тут же отвернулся, и встретился взглядом с Грэгом:
— Я не успел тебе показать ее и предупредить, — прошептал он.
— А ты уверен, что мне удастся все-таки вручить Никке цветы?
— Здесь все от твоей весты зависит. Мне ни разу не удалось с ней встретиться. Меня и близко не подпускают к ней. Я из одного с тобой рода. А на Лаа не сердись. Она хорошая женщина, просто Никке ее любимица, и если бы ей удалось заполучить тебя в свой род, она бы сейчас дала разрешение.
— Грэг, мне все равно у кого в роду быть, только бы с Никке.
— Нет, Коста, тут Арта права, ты слишком ершистый и своевольный, а Лаа привыкла верховодить. Вы с ней будете ругаться, а Никке будет страдать… Тише, она подходит…
— Вот что Коста, — сзади ко мне подошла старшая мать моей Богини, — мы посоветовались и решили. Мы поможем тебе. Как только пришлем сообщение, высылайте свои машины. К вам приедет сама Великая целительница леса.
— Благодарю тебя, старшая мать, — я приложил руку к сердцу.
— Ишь, какой вежливый, — она звонко засмеялась, и отошла от меня. Мы с Грэгом и Даном направились к машине, около которой нас ждал молчаливый Агнар.
— Коста! — услышал я детский крик, и оглянулся невдалеке стоял мальчуган, которого я спас, он боялся Дана, и не осмеливался ко мне подойти. Я шагнул к нему. И тут же мальчишка бросился мне на шею.
— Никке видит тебя, — зашептал он мне в ухо, — но она дала слово старшей матери не показываться тебе на глаза.
Я прижал мальчишку к себе и звонко поцеловал его в щеку: — Передай ей, что она самая прекрасная во всей вселенной, и что я очень скучаю.
— Сделаю, не волнуйся! А теперь отпусти меня, а то все догадаются, — и, вырвавшись, он умчался от меня прочь. Древляне с улыбкой смотрели на нас. А старшая мать мальчика подмигнула мне.
К озорянам мы прилетели уже ближе к вечеру. Красное солнце коснулось зеленой глади большого озера и проложило дорожку к берегу. Наша машина остановилась на берегу. Мы вчетвером вылезли из нее, и тут же были встречены многочисленными раттерианцами в красных рубахах всех оттенков. Впереди всех выступала женщина со светлыми волосами, удивляться красоте жителей Раттеи я уже устал. Но её лицо все-таки поразило меня своей миловидностью и грустью. В руках она держала блюдо. — Еще хлеба с солью не хватало для полной картины средневековой эпохи наших северных народов, — подумал я. Но на блюде лежал не хлеб, а большая рыба, и предназначалась она не нам, а Дану.
Мы втроем, Агнар, Грэг и я, были просто ошарашены, другого слова, здесь не подобрать, когда женщина приблизилась к нам, приветствовала нас и тут же предложила рыбу Дану. Тот понюхал ее, облизнулся и тут же съел. А потом посмотрел на меня, будто спрашивая: — И что дальше?
— Коста, — обратилась, как я понимал, старшая мать рода озорян, который принимал нас, — попроси своего друга гырха, пусть он скажет нам, почему от нас ушли наши гырхи. Нам без них плохо. Грызунчики совсем замучили.
Я переглянулся с Грэгом: — И как это спросить? — поинтересовался у него.
— Сейчас попробую, — Грэг сел перед Даном, и они стали играть в гляделки, кто кого переглядит. Длилось это довольно долго. Но, наконец, Дан встал и, подняв голову, стал нюхать воздух, и, осторожно переставляя лапы, направился куда-то вдоль берега. Все пошли за ним. Вдруг гырх остановился, повернулся к нам и зарычал. Люди отшатнулись. Я понял его и перевел: — Он просит, чтобы пошли только двое, я и Грэг.
Немного пройдя по берегу, мы повернули, обошли селение, которое представляло собой ожившую сказочную картинку, и стали забираться по камням куда-то вверх. Было уже совсем темно, и мы с Грэгом сильно устали, когда, наконец, Дан остановился, и что-то рыкнул. Мы оглянулись. Перед нами были водоемы-терассы, только без воды, и не такие белоснежные, как те, которые я видел, когда гостил в семье Дана. Гырх посмотрел на меня: — Ты понял? — спросил его взгляд. — Да, — ответил я, — понял Дан.
Он повернулся и пошёл обратно. Грэг дернул меня за рукав: — Коста, а я ничего не понял, объясни мне!
Пришлось и ему в очередной раз рассказывать свою историю о моем знакомстве с гырхами. Он выслушал меня внимательно.
— Коста, нам просто повезло, что тебя сослали именно к нам на Раттею, — засмеялся он. — Можно я расскажу твою историю, это очень важно для нас.
— Пожалуйста, — разрешил я.
Вернулись мы в селение, уставшие, еле волоча ноги, зато Дан был бодр и бежал впереди нас, виляя хвостом. Встретили нас Агнар и старшая мать, которая предложила мне войти и переночевать в прекрасном домике из камня с ажурными оконными рамами. Я с радостью согласился. А Грэга они увели с собой.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
