убивая богомолов десятками и каждый раз встречая шквал ее незамутненной ярости. Китаи, замещая прекративших атаку рыцарей, обстреливала царицу в одиночку – ее рука так и мелькала от колчана к тетиве, лесная магия даровала стрелам сверхъестественную скорость и точность. Попасть в царицу было непросто – многие стрелы пролетали мимо, а те, что попадали в цель, неизбежно сталкивались с ее клинком. Царица вопила без умолку, и уже несколько тысяч богомолов подтянулись к ней.
Оглушительно взревел сводный воздушный поток – это Каллум с его рыцарями устремились навстречу рыцарям ворда, и тут Китаи тоже обратилась к магии огня. Рядом с алым пламенем Тави вспыхнул ее голубовато-белый огонь, в земле открылись пара широких ямин. Богомолы страдальчески взвизгивали, погибая дюжинами.
С новым свирепым воем царица развернулась к Китаи, занесла руку с зажатым в кулаке огнем. Тави, видя, что она отвлеклась, немедленно свернул, зашел сзади и в тот самый миг, когда она метнула огненную фурию в Китаи, метнул свою.
Невероятное проворство спасло царицу от вспышки, спалившей дотла воинов с ней рядом. Но Тави не зря вынудил ее уворачиваться – огненный шар царицы на много шагов не долетел до Китаи.
Царица обратилась против Тави – и теперь уже Китаи повторила его прием, вынудив противницу уклоняться и сбив ей прицел. Тави чувствовал, как губы его растягиваются в волчьей усмешке. Если продолжать в том же духе, они ее достанут – только вот царица ворда понимала это не хуже его. А значит, надо ждать, что сейчас она…
Царица опять гневно вскрикнула и взлетела в небо. Мгновение Тави надеялся, что израненные ветряные фурии ее не удержат, но под царицей уже собрался небольшой смерч, как игрушки разбросавший ее же воинов, и она с ужасающей стремительностью, гоня перед собой волну жаркого гнева, ринулась прямо на Китаи.
Та наложила на тетиву новую стрелу с соляным наконечником и хладнокровно выжидала до последнего мгновения. Стрела сорвалась с тетивы.
Царица перехватила ее в полете левой рукой, неуловимым движением развернула и вогнала наконечник Китаи в горло. Та отчаянно вскинула руку, и соляное острие проткнуло ей предплечье, показавшись с другой стороны, а потом тонкое древко переломилось. Сила удара прижала ей руку к кольчуге, а с торчащего наружу острия сыпались окровавленные крупинки соли.
Китаи упала камнем.
Тави вбросил меч в ножны и плавно завернул, набирая скорость и надеясь, что Китаи не утратила присутствия духа даже в смертельном падении – и сообразит, что почти наверняка предпримет теперь царица.
Уже в падении Китаи выхватила третью – последнюю – соляную стрелу из особого колчана и не раздумывая метнула ее в царицу. Той пришлось отвернуть в тот самый миг, когда в ладони с темными ногтями расцвел новый огненный шар.
Тави, перевернувшись кверху животом, подхватил Китаи. Та лопатками врезалась ему в живот, ударилась головой о стальной нагрудник, а он напрягал все искусство заклинателя, силясь удержать в воздухе двойной вес. Оглушительно грохнула огненная магия царицы, вспыхнула в пяти шагах от Тави, опалив ему брови и наполнив ноздри вонью паленого волоса.
Тави подхватил Китаи в каких-нибудь двадцати футах от земли и успел еще удариться спиной о башку подвернувшегося богомола, прежде чем падение прекратилось и они снова стали набирать высоту. Он крякнул, проверил, крепко ли держит, и стрелой рванулся к туманному облаку, накрывшему заброшенный домен.
– Китаи? – звал он. – Китаи?
Она не отзывалась.
Гром прокатился над Долиной – угрожающее ворчанье грозовой тучи, собравшейся над снежной вершиной Гарадоса и окрашенной огнем восходящего солнца: Тана, ветряная фурия, которую жители Долины считали женой Гарадоса, готовилась вступить в бой.
– Китаи! – выкрикнул Тави.
Она обмякла в его руках.
Царица с победным воплем метнулась за ними в погоню.
* * *
Амара очнулась с гнусным привкусом во рту. Попыталась сплюнуть и почувствовала, как эту гадость заталкивают обратно в рот. Негодующе замычав, она подняла руку.
– Графиня, – услышала она негромкий рассудительный голос Первой госпожи. – Придется потерпеть. Вам в вашем наряде досталась яда заметно больше, чем Арии, и, если вы его сплюнете, пока яд не обезврежен, боюсь, снова лишитесь чувств.
Амара вздрогнула и разлепила веки. Она лежала в мелком прудике, опираясь затылком на скрещенные колени Исаны. Затхлый, омерзительный вкус того, что было во рту, заставил почти забыть о боли в избитом, изрезанном теле.
Значит, она выжила. Непонятно как. Совсем недавно она готовилась отдать жизнь за призрачный шанс схватиться с царицей ворда – она даже помнила, как заплатила эту цену и проиграла еще до того, как на нее напали те невиданные осы.
– Еще один, – прозвучал лязгающий металлом голос. Обернувшись, она увидела стальную горгулью, вылепленную по образу и подобию Арариса Валериана. Миг спустя она вспомнила, что это и есть Арарис, применивший заклинание металла способом, известным лишь по слухам о подвигах Гая Секстуса.
Не дав ей додумать эту мысль, с потолка сорвался еще один богомол – и упал на пол двумя аккуратными половинками. Арарис стряхнул кровь с клинка и пинками отбросил куски в стороны, расчищая пространство под парой дыр в потолке. Таких обрубков набралась уже немалая груда. В ней различались останки полудюжины богомолов и, похоже, восьми или десяти стальных зверей.
Они все еще находились на вражеской территории. Эта мысль протолкнула в голову другую. Нашарив кошель на поясе, Амара открыла его и нащупала пальцами камень – гладкую речную гальку с кулак величиной. После чего принялась пальцем отпихивать за щеку гадость во рту.
Ласковые руки отвели ее пальцы ото рта, и Амара легонько шлепнула по ним, возмущенно замычав сквозь грибной кляп.
– Она хочет что-то сказать, – произнес истончившийся в ниточку голос. – Не мешайте ей. Видите у нее в руке камень? Должно быть, она запаслась средством вытащить нас, если дела обернутся к худшему.
Подняв глаза, Амара увидела сидящую у пруда спиной к стене Арию Пласиду. Осунувшееся, бледное лицо, голова так и клонится книзу, но взгляд ясный. Рядом с собой Амара с удивлением обнаружила консула Раукуса Антиллуса – без доспехов, с опоясавшим туловище огромным страшным рубцом и запекшейся культей, заканчивавшейся в нескольких дюймах от плеча. Консул неровно дышал и явно был без сознания.
Исана убрала руки, позволив Амаре запихнуть кашицу подальше за щеку.
– Огненная магия, – выговорила Амара, протягивая камень. – Сигнальная вспышка. Нужно запускать с открытого места. Я уговорила Аквитейна приставить ко мне ветроволков. Они сейчас в небе, готовы нас вытащить.
– Ветроволки? – переспросила Ария.
– Наемники на службе у Аквитейна, – пояснила Исана. – Почти все они рыцари Воздуха.
Амара кивнула.
