— Чем же ты так известен уже сейчас? — заинтересовался Ранмаро.
— Не сейчас… Но совсем скоро. Как только сделаю тебя, Лэйт.
— Жду с нетерпением, — и противники снова скрестили оружие.
Наследник Старвинд слишком уж самоуверенно провел свою атаку, пытаясь достать голову Ранмаро, и Лэйт принял удар на гарду меча, опустил клинок и ощутимо ударил лезвием плашмя по голове Антареса. Острием не вышло — не позволило давление мнемолезвия Старвинда.
Антарес выругался и отпрянул, прожигая Ранмаро злобным взглядом.
— Больно, наверное, — усмехнулся парень, глядя, как Антарес срывает с головы бандану и потирает ею ушибленное место.
— Верну все десятикратно, крысеныш.
— Ну-ну.
— Прямо сейчас! — И Антарес совсем уже безрассудно бросился в бой, открывая живот. Ранмаро тут же ударил туда — и клинок отбросило назад невидимой силой. А мнемолезвие Старвинда щелкнуло в воздухе и оставило царапину на его подбородке. Могло бы и вовсе рассечь челюсть, но став гибким, оно оказалось уязвимо перед резкими порывами воздуха, одним из которых Лэйт и изменил траекторию движения острия продвинутого меча.
— Кинетический щит, — со сдержанным гневом произнес Ранмаро. — Кое-кто здесь не умеет драться честно.
— Сказал пользователь мистической способности, — парировал Антарес. — У тебя свои фокусы, у меня — свои.
— Не удивлюсь, если у тебя припрятан болтер в ботинке.
— Старвинд никогда не опустится так низко, — возмутился Антарес. — К тому же ты нужен мне живой.
Ранмаро задумался: кинетический щит был серьезным козырем против такого бойца, как он. Устройство анализирует пространство вокруг владельца и останавливает движение предметов с импульсом, опасным для его здоровья. Удар мечом плашмя прошел только потому, что был достаточно медленным, и компьютер посчитал неэффективным тратить на него энергию. Так что больше не было смысла бить быстрее и сильнее Антареса — его кинетический щит остановит даже выстрел из тяжелого орудия, энергии хватит.
Ранмаро решил целиком и полностью положиться на технику «липкого» меча, когда клинки не теряют контакта друг с другом, и только ловкость и гибкость решит, кто выйдет из столкновения невредимым. Но угнаться за змееподобным мнемолезвием было сложно, и в результате он заработал только царапину на левом колене.
— Что за балет, Лэйт, играй жестче, — хохотнул Антарес, едва не выбив своим спружинившим мечом клинок Ранмаро и увернувшись от отчаянного удара локтем. — Уже жалеешь, наверное, что прогуливал занятия в танцевальном кружке, на который тебя мамочка записала?
Ранмаро создал особенно сильную воздушную волну и отшвырнул от себя Старвинда. Он хотел думать, что только что услышал простое насмешливое предположение, призванное вывести его из себя, а не документально подтвержденный шпионами Дакиэрро факт. Впрочем, учитывая осведомленность Антареса, «Рассвет» мог обладать информацией и о других позорных пятнах в его биографии…
— Кстати, мы всем отрядом ухахатывались, просматривая запись с твоим выступлением на школьном концерте десять лет назад, — Антарес продолжал вбивать гвозди в собственный гроб. — «Встяеть звездя, взлетяеть птиця…» — передразнил он тонким голосом.
Ранмаро стал серьезным и мрачным, словно чье-то каменное надгробие. И ощутил настоящую жажду крови.
— Ты обиделся, Лэйт? Я же не со зла, просто со скуки маюсь, — с поддельной искренностью признался Антарес, играясь с формой гибкого клинка и готовясь к новому удару.
— Я так и понял, что ты совсем не стараешься получить титул победителя Лэйт, — достаточно сдержанно ответил Ранмаро. И начал свое наступление.
Теперь он был предельно собран и серьезен, и бил с такой страстью, что Антарес опасался полагаться в защите своего тела на один только кинетический щит, старательно подставляя мнемоклинок под каждый удар. Потом опомнился и даже встретил особенно сильный удар открытой грудью, и расхохотался, когда его после этого всего-лишь отбросило на шаг назад.
— Ты что, надеешься, что аккумулятор разрядится? — даже удивился он бессмысленному натиску.
Ранмаро не позволил себе даже мысленной усмешки, дождавшись этого момента — растерянности врага, решившего, что у противника нет иной стратегии, кроме неэффективной. И снизил плотность воздуха между собой и Антаресом, который уже шел в новую атаку. Старвинд даже не понял, что произошло, когда на очередном его шаге Лэйт прервал мистическую способность — и сильный порыв ветра ударил Антареса в спину, придав дополнительное ускорение, чтобы его, не сумевшего затормозить, нанизало на выставленный вперед клинок. Кинетический щит не сработал, скорости были невелики. А лезвие из лучевой стали — острее бритвы.
Старвинд обмяк и всем телом навалился на Ранмаро, меч выпал из его разжавшихся пальцев и глухо ударился о землю. Лэйт в запале хотел было резко вытащить меч и отсечь наглецу голову — и не смог. Аккуратно извлек клинок, прошедший меж ребер и пронзивший легкое. Рана не была смертельной для бойца «Рассвета» — его тело было пропитано специальной сывороткой, склеивающей повреждения внутренних органов. Ранмаро знал об этом, так как ее использовали все воины Великих Домов, делая специальную инъекцию перед серьезной схваткой — Валерия до сих пор хранила запас ампул в их доме. Но чудеса сыворотка не совершала, и Антаресу в любом случае понадобится помощь хирурга, чтобы быстро оправиться после подобного ранения.
— Слабак… — прохрипел Старвинд окровавленными губами и потерял сознание.
— Сам слабак, — проворчал Ранмаро, обнаружив пятна чужой крови на своей одежде. — Разве это рана? Комары сильнее кусают, а ты сразу сознание теряешь… Тетя рассказывала, как Регулус Старвинд… его насквозь… А ты?
Покачал головой, и, оставив живого врага за спиной, отправился на помощь Юрике. Обескураженный тем, что в последний момент его остановило не собственное убеждение в ценности человеческой жизни, а простая неспособность такую жизнь оборвать. Он не был готов нанести последний, смертельный удар, и внезапно подумал о том, сколько раз Валерия поступала иначе, чем он сейчас. И поступала ли. Если да, то в чем разница между воином и убийцей?
Тучи над головой сгущались. Наэлектризованный воздух пах грозой.
Глава 53. Мелодия легкой победы
Когда Просперо скрылся на верхних этажах здания, которое, судя по интерьеру, выполняло некую административную функцию, Виктория почувствовала себя страшно одинокой. И беспомощной. У нее была мистическая сила, меч и профессиональные навыки обращения с ним, но ей еще не приходилось использовать их в настоящем бою без присутствия рядом надежного Ранмаро. Учебные поединки с матерью были не в счет — в них она защищала разве что свою честь и гордость, а не жизнь и свободу. Самое большее, что она могла испытать после ее пропущенной атаки — боль и стыд. Сейчас же все было иначе, и Лэйт едва удержалась от того, чтобы попросить Просперо остаться. Гордость не позволила.
Вот только настоящей решимости сражаться девушка не ощущала. Не помогал даже гнев, который вызвала в ней Карина Бронзлевен — он испарился сразу после появления Сольряйна, которое донесло до нее серьезность ситуации. К тому же она вспомнила рассказы матери о мистической способности Великого Дома Бронзлевен создавать некую субстанцию — эктоплазму — которая может принимать любую форму и обладать любыми свойствами, характер которых зависит лишь от особенностей ее хозяина. Основатель Гвардии Хаоса, Фридрих Бронзлевен, был далеко не самым сильным пользователем этой способности — Белгорро однажды обмолвился об этом, сказав, что у того не хватало воображения, чтобы раскрыть всю ее мощь.
Страх подстегнул Викторию изобретательнее подойти к применению собственной мистической способности, и она своим шестым чувством прошлась по трубам системы пожаротушения, которые проходили по всем этажам здания. Отметила линии водопровода и постаралась не думать о перспективе использования канализации — к такому она тем более не была готова. Заодно обнаружила на втором этаже трех человек, один из которых уже спускался вниз, привлеченный грохотом выбитой двери.
