Ходорковский в камере доходчиво «объяснил» Квачкову, убедил в своей «простой» версии, а попросту — навешал ему «лапшу» на уши, и отпустили Квачкова в мир, — и пошел он тиражировать эту «лапшу» и пропагандировать Мойшу Ходорковского. Но это ещё небольшая часть беды.
А ведь, не дай Бог, — если М. Ходорковский со своими «русскими националистами» дорвется в России до власти — трагедия может повториться, и «главная специальная операция» В. Квачкова окажется весьма трагичной. Только на этот раз — не В. Чапаев будет рубить шашкой своих, а, возможно, присягнувший новому президенту и верный своей старой воинской присяге прямолинейный В. Квачков с пулеметом будет косить своих, будучи уверенным, — что строит Коммунизм №2 под руководством Ходорковского, и что — это его «русский выбор».
И горький юмор, вероятнее всего, будет состоять в том, что борющийся шумно с потомком могилевских евреев — А. Чубайсом В. Квачков будет добросовестно выполнять приказы А. Чубайса, переданные В. Квачкову через друга и соплеменника А. Чубайса — М. Ходорковского.
Заканчивая главу и книгу
Мы рассмотрели в этой книге период с 1918 г. по 1924 г. и теперь, немного забегая вперёд, можем с уверенностью утверждать, — что в 1924 г. Сталин получил уже готовое диктаторское государство с уже созданными механизмами репрессий народа: от ЧК — до концлагерей. После Бронштейна и Ленина он ничего нового в этой дьявольской диктаторской системе подавления не изобрёл. Так почему с 1991 г., с начала «перестройки» и до нынешних дней XXI века Сталин подвергается шквальной штурмовой критике тысячи раз, а имена бесспорных фашистов: Бронштейна, Ленина, Урицкого и многих других слышим в редчайших случаях? Почему российские режиссеры за деньги еврейских продюсеров снимают многочисленные документальные фильмы против Сталина и художественные как: «Утомленные солнцем», «Московская сага», «Штрафбат», «Дети Арбата» и др. — и ни одного подобного о Бронштейне, Ленине и прочих фашистах?
Может ли быть лучше первоисточник-свидетель тех событий и тех людей, чем соратник Ленина — Вячеслав Михайлович Молотов, который в последние свои годы (умер в 1986 г.) поделился информацией с советским журналистом Чуевым, который спросил его: «Кто был более суровым, Ленин или Сталин?» Ответ Молотова:
«Конечно, Ленин. Строгий был. В некоторых вещах строже Сталина. Тамбовское восстание приказал подавить, сжигать всё. Я как раз был на обсуждении... Помню, как он упрекал Сталина в мягкости и либерализме — «Какая у нас диктатура? У нас же кисельная власть, а не диктатура».
Наталья Нарочницкая в своей книге также подчеркнула: «Мой отец, переживший все периоды репрессий, вспоминал, ленинское время было страшнее сталинского. При Ленине не только расстреливали, но и называли Александра Невского классовым врагом, Наполеона — освободителем, Чайковского — хлюпиком, Чехова — нытиком, а Толстого — помещиком, юродствующим во Христе» («Россия и русские в современном мире», 2009).
Современные либералы-демократы совершили переворот, подлог, — они раздули шум вокруг репрессий при Сталине и им прикрыли на много более ужасные репрессии Ленина и Бронштейна. И им вовсю подпевают старые красные демократы — коммунисты. Посмотрите — какой бред в расчёте на полную историческую неграмотность пишет современный идеолог коммунистов С. Кара-Мурза в своей книге «Матрица «Россия» в 2007 году:
«Ленин входил в мировую когорту самых элитарных марксистов-западников, в «политбюро» второй партии в двухпартийной системе будущего Мирового правительства (это, стало быть С. К.-М. говорит о всемирной масонской организации и её планах. — Р.К.). Он блестяще выполнил последний завет Маркса и Энгельса — интеллектуально разгромил движение русских народников, которые создавали доктрину революции «не по Марксу» и развития большей части человечества «не по капиталистическому пути». Но, углубившись в изучение российской реальности и особенно смысла революции 1905-1907 гг., Ленин совершил радикальный сдвиг в обеих плоскостях раскола — он встал в ряды простонародья в его назревшей войне с элитой, и в стан почвенников в их назревшей войне с западниками».
Это последние достижения современной марксистской, коммунистической мысли. А теперь вообще из запредельного — С. Кара-Мурза: «Приняв к исполнению стратегию славянофилов и народников, Ленин сумел в то же время привлечь на сторону Советской России левую интеллигенцию и пролетариат Запада».
На всякий случай, специально для современных коммунистов стоит напомнить ещё раз слова «почвенника», «славянофила», вернее — фашиста Ленина-Бланка об уничтожении миллионов русских крестьян-казаков: «Не останавливайтесь ни перед чем. Во что бы то ни стало, изо всех сил и как можно быстрее добить казаков». Около десятка таких приказов Ленина по поводу уничтожения русских крестьян я уже цитировал в этой книге.
Вернусь к ошибочным выводам А. Солженицына и к радостному согласию с ним флагмана современной еврейской идеологии С. Резника, который в отличие от Пасманника не признал ответственности еврейского народа даже за своими отщепенцами-фашистами. Чтобы сегодня, в XXI веке, ни у кого не было опасных иллюзий, послушаем ясную позицию этого защитника фашистов — С. Резник:
«Повторю ещё раз, у меня нет ни малейшего намерения оправдывать тех евреев, которые лично участвовали в преступлениях коммунистического режима, как нет и потребности каяться за их грехи», «Раскаяние — акт индивидуальный, интимный. Оно не может быть взаимным. Оно требует внутренней сосредоточенности, а не ревнивых оглядок на соседа: во всей ли полноте совершенного он кается, или не во всей? Столь же ли он усерден в своем раскаянии, как я? Не обвешивает ли меня втихомолку? А вдруг недодаст кусочек своего раскаяния, а я передам!», «Нравились они (евреи) кому-то или не нравились, но они были такими, какими были, и иными быть не могли. Перефразируя известный афоризм, можно сказать: человечество в целом, каждая страна в отдельности и Россия в особенности имели, имеют и будут иметь таких евреев, каких они заслуживают».
Во-первых, — С. Резник прав, особенно если ещё проанализировать трагический период истории России с 1987 г. до наших дней XXI века. А во-вторых, исходя из уверенных утверждений С. Резника, без иллюзий — евреи не менялись и никогда не каялись на протяжении 4 тысяч лет, — почему же вы думаете — они изменятся при вашей жизни и при жизни ваших детей? Евреи никогда не возьмут на себя ответственности и не покаются перед белорусами за геноцид в начале XIX века, перед русским за развязанную односторонне террористическую войну 1901-1906 гг., перед русским и другими народами за геноцид и Холокост в 1918-1922 гг.
Уже невозможно провести суд над многими вышеназванными красными фашистами по примеру Нюрнбергского — их нет в живых, но символичный публичный суд над ними необходимо осуществить. Но больше всего людей волнует будущее — может ли подобный кровавый еврейский фашизм в России повториться? Уже получили полную сатисфакцию? Они так жестоко отомстили сполна, и даже с заделом вперёд или ещё нет, — и будет ещё при удобном случае продолжение?
А за что мстили? — За черту оседлости: за ограничение торговать на всей территории России? За те погромы, которые устраивали защищавшиеся русские крестьяне от засилия еврейских арендаторов и скупщиков урожая в 1881 г.? За разрушенную Светославом Хазарию? Одну из версий озвучил в своей книге А.С. Иванченко:
«Почему они так ненавидят Русь-кормилицу? Да всё потому же, что и Лазарь Каганович. В своих кругах они шепотком, чтобы никто чужой не услышал, называют эту ненависть «мессианской». Со времён канувшего в Лету Хазарского каганата ненависть к Руси стала у них генетической, в четырнадцатое поколение перешла, если пользоваться арифметикой Артура Кестлера (автора книги «Тринадцатое колено»). Так что корни её ой-ой как глубоко».
Неужели евреи так хорошо знают давнюю историю и так злопамятны? То, что древнюю историю Руси они знают хорошо — подтверждает наш знаменитый современник, специалист технологии «свистка» для выпуска пара в российском обществе методом «открытого» письма еврейским олигархам, и «выдающийся» еврейский писатель — Эдуард Тополь в своих произведениях «Россия в постели» и «Любожид». Вот небольшой отрывок из «Любожида»:
«У себя в редакции и вообще в Москве Рубинчик не заводил романов, однако стоило выехать в очередную командировку, как в нём просыпался какой-то мистический, хищный, весёлый и мощный азарт охотника. Рубинчик никогда не мог объяснить себе этого эффекта. То есть почему его влекло к русским женщинам. Но что они, древнерусские княжны, половецкие принцессы и онежские Василисы, видели в нём, невысоком еврее с жесткой черной шевелюрой.
В море беспросветного сексуального невежества Рубинчик зажигал святые лампады чувственности и первый наслаждался их трепетным пламенем. Свет истинной женственности, который Рубинчик зажигал где-нибудь в Ижевске, Вологде или Игарке, был подобен возвращению к жизни старинной иконы. Огромная страна лежала перед ним, и он чувствовал себя как инопланетянин при высадке на новую планету или как всадник из орды Чингисхана перед вторжением в Сибирь.
