— Интересные у вас приоритеты, Поттер.
— Вы ещё не слышали Грэйнджер. «Нас могли убить, покалечить или, хуже того, исключить из школы», — вспомнил я её выволочку Рону после памятной дуэли. — Ну так вот. Обычно дети слушают взрослых, ибо такова природа выживания. Но всегда есть небольшой процент одарённых шилом в заднице, для которых любые запреты — как назойливый невыключаемый шум за стенкой. И вот для того, чтобы они не горели на высокогейстовых линиях, улучшая остающийся национальный генофонд, Хогвартс выстроил детскую обманку. Вам известно, что такое Диснейленд?
— Приходилось слышать.
— Безопасная система потешных подземелий. Старинные своды, ненужные в подземельях барельефы, редкие «вечные» факелы, чтобы дети не сломали ногу в темноте. Искусные имитации скелетов за решётками, ржавые цепи и крюки на потолках. Таинственные ниши и альковы, в которых иногда можно найти рассохшийся сундук с несколькими старинными, позеленевшими монетками… Хотя эти жлобы перестали поставлять медь на склады, так что с монетками в последнее время напряжёнка.
При помощи специального заклинания я точно отрезал лишние участки трубок.
— Входы в систему — «особо замаскированные» двери, поддающиеся любому желающему, стоит лишь нажать, потереть или произнести правильное слово в правильном месте, — я приладил последние трубки на свои места. — Ну и главный приз для особо настойчивых. Дополнительно замаскированные — барабанная дробь! — прямые тоннели наружу, в особо вкусные места в Хогсмиде.
Я посмотрел на Снейпа.
— Вы же не будете утверждать, что уважаемому Салазару нужно было регулярно, тайно и именно пешком посещать то Сладкое королевство, то Кабанью голову… или где там в деревне наливают слабый алкоголь круглосуточно.
— Пусть лучше сидят в кабаке с поставленным в известность хозяином, чем в таких местах, как это, — понимающе покивал барон.
— Верно. Детская гиперактивность канализируется в безопасное русло, — я внимательно осматривал шлюз, проверяя, не забыл ли ещё что-нибудь. — Скажу больше. Где-то по Хогвартсу должна ходить «карта сокровищ». Или даже несколько.
— Есть такие, причём все разные! — подтвердил барон. — Говорят, самую первую рисовала Хельга, а зачаровывала леди Ровена. «Полная» карта Хогвартса с «абсолютно всеми скрытыми подземельями и ходами» — нарисована примерно половина «потешного лабиринта», вторую часть дети должны были отыскивать сами.
Я печально улыбнулся. Вряд ли в десятом веке у руководства было много времени на организацию настоящей сказки для воспитанников, но вот поди ж ты!
— Были и другие, — продолжал барон. — Например, «Карта мародёров» для большой школьной игры, проходившей четыреста лет назад. Мы с Ником отыгрывали тогда главных злодеев. По сюжету, ушедшая на покой банда мародёров времён Столетней войны спрятала награбленные сокровища в пещере. А мы, оставшись призрачными стражами при них, …
— Я сталкивался с этой картой, когда учился, — внезапно отозвался Снейп. — Была в моё время группа… инициативных гриффиндорцев, как раз именуемая «Мародёрами». Кстати, Поттер, ваш отец был одним из четырёх её членов.
— Понятно, — я вздохнул. — Судя по тому, что мне нарассказывали другие, ничем, кроме шалостей, этот инициативный коллектив не прославился?
— Если бы… Впрочем, тут смотря что считать шалостями.
— Плохое название для коллектива, — неодобрительно пробурчал барон. — Может, они нашли волшебную «Мародёрскую карту» и решили именно так и назваться, не понимая значения этого слова? Ну, вроде как иногда, читая сказки про пиратов, дети хотят поиграть в пиратов, не совсем верно представляя, кто они такие?
— Возможно, — не стал спорить Снейп. — Так или иначе, эта карта наделала много неприятностей. На ней в любой момент было видно, где находятся все ученики и преподаватели. Так что Мародёры легко уходили от патрулей и засад, а вот от них самих спрятаться в Хогвартсе было невозможно.
Мы с бароном переглянулись.
— Декан, вы уверены? — уточнил Кровавый Барон. — «Карта Мародёров» действительно показывает положение отдельных, помеченных учеников, это было необходимо в рамках игрового сюжета. Но чтобы всё население, включая преподавателей, да ещё и не во время игры?
— Меня несколько раз предупреждала… предупреждал человек, которому я мог доверять.
Мне очень хотелось спросить, не входила ли в мутную четвёрку и моя мама, но делать этого не стоило. Какая, собственно, с моей точки зрения может быть связь между нею и зельеваром, если только я не видел одну примечательную колдографию кое у кого на столе? Спрятав задумчивость под ещё одним переглядыванием с бароном, я буркнул:
— Плохо. Кто-то с полномочиями подключил карту к системе наблюдения. Полноценно, без ограничений.
— Этот артефакт нужно изъять, — решительно заявил барон.
— А толку? Нарисуют и выдадут новый. Разве только если сегодня карта не гуляет непонятно где, потому что у условного директора нет поручений для новой «инициативной группы»…
Я замер, внезапно осознав возможную причину безнаказанности рыжих близнецов.
— А… этих «мародёров» толком и не наказывали, да, профессор?
Снейп смотрел на меня странно. Потом ответил:
— Лишний вопрос, Поттер.
— Вы поэтому меня не любите, — отведя взгляд, вполголоса пробормотал я.
Четверо безнаказанных дураков, от которых невозможно скрыться. И Снейп, которого несколько раз приходилось о чём-то предупреждать. Понятно, что причина не только в этом, но именно к такому выводу должен был прийти неглупый, но неосведомлённый пацан.
— Мы уже двадцать минут стоим у этого шлюза, — холодно переменил тему зельевар.
— Здесь у меня всё, — вздохнул я. — Барон?
— Всё нормально, лишнего нет, — крякнув, согласился куратор.
— Запечатать шлюз, восстановить прежний доступ.
Плиты медленно вернулись на место. Опять злобно прошипела какая-то фраза.
— Давайте согласуем дальнейшие планы, — предложил я. — Тепловую сеть на каждой половине нужно менять сразу всю, единовременно. Пока идут работы, отопление, пусть даже такое слабое, не работает совсем, а это плохо, поэтому, если уж начал, прерываться не рекомендуется.
— Ваши предложения?
— Сегодня я провожу ревизию и восстанавливаю чары, не связанные с отоплением. В два последующих дня мы с бароном меняем отопление на обеих половинах. Если хотите, присоединяйтесь, но присутствие всех троих было обязательным только сейчас, при открытии шлюза. Ну и, после окончания работ на факультете, понадобятся ваши пожелания о климате в зельеварнях.
— Хотелось бы присутствовать, но пока не могу сказать точно, что будет с моим графиком в ближайшие два дня. Я могу опоздать, так что начинайте работать, не дожидаясь меня. Пароль на вход в гостиную — «Чистая кровь». Если он вам вообще нужен.
— Незачем вламываться, если можно вежливо постучаться.
Мы направились назад, к тоннелям, примыкающим к спальням. Я перешёл на второе зрение и достал палочку, собираясь имитировать её движениями восстановление чар.
— Кстати, могу я посмотреть, что за трубки вы меняете?
Я передал ему две трубки: вышедшую из строя старую и свою, новую.
— Их нужно менять раз в несколько столетий.
— Они не выглядят идентичными.
— Верно. Старую систему делал таинственный «Подгорный народ» — потому-то они до сего дня и дохромали, отмучив трёхкратный срок. Я так не умею, тем более при работающих печах.
— Что же вы берётесь, если не умеете?
Снейп не может и часа прожить, чтобы не спровоцировать. Задавив инфантильное «сами отчего не сделали до сих пор?», я спокойно ответил:
— Этого решения с лихвой хватит на текущую зиму. Если вылезут проблемы, летом переделаю.
— А материалы? Где вы их берёте?
— Из запасов, — ответил я туманно.
— Поттер, вопрос серьёзный. Любой ремонт — это финансирование. У меня имеется… выход на Попечительский совет.
— Будет интересно, по какой статье вы это проведёте.
— Это уже не ваша забота. И кстати да, что это такое? — Снейп внимательно рассматривал новую трубку.
