фантасмагорию, как затянувшийся приход от тяжелого наркотика.
— Петр, нам всем тяжело, и если бы в наших силах было сделать все так, как хочется, то мы бы так и сделали. Но результата нет, потому что нам надо понять, как его достичь. Не относись к происходящему, как к чему-то неуправляемому, хаотичному, над чем мы не имеем власть. Это учеба и нас учат, как пользоваться инструментом.
— Что-то не похоже. — Усомнился врач.
— Согласен, предметы здесь преподают иначе, чем мы привыкли, но доходчивее. Будь у нас такие учителя с детства, мы бы не сидели сиднем на Земле, не ждали благодарностей от жизни, понося ее при этом.
— Хватит, и так башка раскалывается. — Петр сел на пол и обхватил голову руками.
Он не хотел слушать, а я не имел права убеждать его. Не моя забота была делать из него иномирца. Да и плевать мне было на его переживания. В моей голове варилась такая каша, что мне было просто тошно от этого ощущения.
— Антош, ты все еще уверен, что мы попали в мир? — Переспросил я напарника на всякий случай.
— Да, все еще уверен.
— Так, господа врачеватели, остановка, чтобы размяться перед дальней дорогой. — Объявил я своим спутникам. — Кто желает, может заказать экскурсию. — Я нагнулся к слуховому отверстию змея. — Здесь безопасно?
— Вроде.
— Ляля, пойдем, прогуляемся.
Я спрыгнул на землю, потоптался на ней, проверяя ее натуральность. Вроде, всё в порядке, земля выглядела настоящей. Подал кошке руку, чтобы помочь ей спуститься. Она, конечно же, не нуждалась в этом, но ей была приятна моя забота.
— Ляля, а у вас есть сестра? — Спросил неожиданно Веня.
Кошка растерялась.
— У меня много сестер.
— Только все они еще маленькие. — Я понял, куда клонил любвеобильный молодой врач.
— А подружка? — Не унимался он.
— Знаешь, Вениамин, прежде, чем понравиться моей подружке, тебе надо будет пережить с ней столько всего, чтобы она перестала замечать твою внешность. — Ляля тоже поняла намеки молодого любвеобильного врача и решила прекратить разговор на эту тему.
— Ну, я же быстро перестал замечать твою. — Попытался парировать Веня.
Ляля не стала искать оправдания. Мы решили прогуляться. Правда, когда мы отошли от машины, нам удалось услышать вопрос Бориса, адресованный Вене.
— Ты что, опять Виагрой шабашишь? Ты чего к бедному животному пристал?
— Она не животное. — Резко ответил ему врач, так, чтобы и нам стало слышно.
Ляля улыбнулась и закатила глаза.
— Какой он настойчивый.
Мне как-то враз стало не по себе. Я почувствовал, как в затылок задышал конкурент, который в отличие от меня не остановится на полумерах, на созерцании объекта интереса. Ему непременно захочется поставить точку и записать в свой актив еще один трофей.
— Надо скорее сбросить их с хвоста. Мне начинает надоедать их общество. — Произнес я, когда мы ушли достаточно далеко. — Ребята, нам надо напрячь свои мозги.
— Мозги ли? — Засомневался змей.
— У нас что, все так сильно пошло наперекосяк, что и мозги теперь не выполняют заложенную природой функцию? Поясни.
— Мне кажется, мы слишком полагаемся на реакции тела, когда принимаем решения в таких местах, где происходящее не поддается осмыслению. Надо учиться слушать внутренний голос, интуицию, шестое чувство, что-то в этом роде.
— Серьезно? А если у меня нет его, если мой голос несет всякую чушь, типа, как мне надо было ответить училке в четвертом классе, когда она выгнала меня из класса, за чужой проступок? Или слушать перед сном, как он заставляет меня считать, как будет изменяться длина тени от палки высотой один метр во время движения солнца по небосводу. Зачем мне его слушать? Ляля, ты как считаешь? У женщин, говорят, интуиция развита лучше.
— А мне сейчас какой выбрать ответ, логический или тот, что подсказывает внутренний голос?
— Давай оба.
— Итак, логический мне говорит, что надо продолжать в том же духе, представлять себе Транзабар до победного.
— Вот. — Я привел ответ Ляли как аргумент для Антоша.
— Ну, а второй? — Спросил змей.
— А второй говорит, что нельзя дойти туда, куда не понимаешь, а когда поймешь, то цель сама двинется тебе навстречу.
Мы со змеем затихли, переваривая довольной философский, не свойственный Ляле вывод.
— Это что, достаточно будет понять, куда нам надо, сесть на камушек и ждать, когда Транзабар сам придет к нам? — Сделал я своё заключение.
— Я не знаю. — Развела руками Ляля. — Я только воспроизвела вслух свой внутренний голос.
— А что, миры не линейны, расстояния не имеют значения, так что вполне вероятно. Браво, Ляля. А что еще говорит твой внутренний голос?
— Он говорит, что пора бы уже найти приличную ямку. В туалет, капец, как охота.
— Ой, прости, конечно. — Я осмотрелся. — Вот, приличный песочек. — Я увидел светлое пятно песка поблизости. — Мы тут омужланились немного.
— Не все, Вениамин очень галантный. — Ляля хитро повела желтыми глазищами, поставив меня в тупик. То ли она провоцировала меня на действия, то ли намекала, что Веня ей нравится.
Она отошла в сторону, спрятавшись за низкой растительностью. Мы со змеем отвернулись.
— Слушай, как у нас все было нормально, пока не появились эти трое. Веня заставляет меня делать то, чего я не собирался.
— Ты про Лялю.
— Ну, конечно. Она мне нравится, как человек и немного, как женщина, но в последнее время она заставляет меня считать ее больше женщиной, чем человеком. Ну, ты понял эти наши млекопитающие штучки. А катализатором процесса служит этот ловелас, членовек, тестостероновый маньяк, который оспаривает мое право на Лялю. Что делать?
— Кастрировать. Петр же предлагал.
— Тьфу, он несерьезно.
— Жорж, я считаю, что нам надо довести с ними дело до финала, иначе мы так и застрянем в этих ягодицах миров.
— Хорошо, а как быть с Лялей. Мне что, повести с ней, как мужчина, ну, потрогать ее, или больше.
Я изобразил пошлый жест, который Антош прекрасно понял.
— Хорошо, что у меня нет такого выбора. А поступи с Лялей так же, как сказал поступить с Транзабаром ее внутренний голос. Надо будет, сама придет.
— Думаешь? Как-то не в нашем менталитете ждать в этом вопросе решения женщины.
— А ты не решения жди, а спелости. Сама упадет в руки, когда поспеет.
— Ага, а если упадет, но не в мои руки. Смотри, как умело Веня вьет сеть вокруг нее. Он чует, что надо женщине, даже если она женщина-кошка.
— Мальчишки, мы не одни. — Прервал наш разговор голос Ляли.
Мы резко обернулись. Меж низеньких песчаных холмиков носились какие-то тыквы. Минуту назад, когда я присматривал место для кошки, их точно не было.
— Что это?
