Лишь один остался стоять, ухватившись за эриллиум Бадб. Это его спасло.
— Глупая фейри! — прошипел он с такой ненавистью, что я отшатнулась. — Ты сама не знаешь, с кем связалась! Баалтуур!
Рубин вспыхнул ослепительно алым светом, взметнулись языки кровавого пламени. Мне в лицо ударил жар преисподни. Защита выстояла, лишь немного прогнувшись, но в ярком отблеске магического огня я увидела демонический облик. Дознаватель вызвал дух эриллиума! Дух того самого демона, который был в нем заключен!
Если бы у меня была хоть минута на размышления, я бы остановилась и подумала: а кто он такой, этот маг, что способен призывать дух эриллиума? Ведь только хозяин артефакта может им управлять, отдавая взамен свою жизнь. Но мне не позволили задуматься даже на миг.
Адское пламя, как живое, рвануло в мою сторону, принимая форму потустороннего существа, и посреди зала в мгновение ока вырос огромный огненный демон. Его могучее тело, перевитое мускулами и жилами, было прикрыто одной набедренной повязкой, мощные, загнутые вперед рога царапали свод пещеры. Глаза чудовища, сверкавшие, как два угля во тьме преисподни, остановились на мне, и воздух сотряс громогласный звериный рев.
— Убей ее! — закричал глава дознавателей, тыкая в меня пальцем. — Она твоя!
И демон рванул в мою сторону.
Я взмахнула руками, закрывая лицо от испепеляющего пламени, и две стихии — вода и огонь — сошлись в роковом поединке. Два извечных врага, ненавидящие друг друга от сотворения мира, сплелись в смертельных объятиях, и каждый из них был достоен противника.
Натянулись жилы, задрожали мышцы от напряжения. Сила Океана, как удар молнии, прошила мое тело насквозь, и огонь отступил, чтобы ровно через мгновение снова броситься на меня. Демон ревел, мотая рогатой головой, в его реве я слышала треск и гудение пожарища, взметнувшегося над лесом. Искры летели в разные стороны и там, где они падали, черный камень шипел и дымился. Маги, те, кто остался в живых, отползали от нас в разные стороны. Их лица побелели от страха, в глазах плескались ужас и паника. Видно, они и сами не знали, что скрывает эриллиум Бадб.
Древний дух, чье существование исчислялось тысячелетиями, был намного сильнее меня. Я поняла, что не выстою в одиночку. Водный щит слабел на глазах под мощным натиском огня, рассеиваясь и испаряясь. Здесь было слишком мало воды, чтобы я могла призвать ее, многофутовый слой земли и камня укрывал ее под собой.
— Ты не сможешь! — предводитель магов почти визжал, брызгая слюной и потрясая в воздухе кулаками. — Жалкая шелки! Никто не может выстоять против него!
Да, он прав, жалкая шелки не сможет. Но я — наследница Океана, мой предок Мананнан Мак Ллир — сын Ллира.
Закрыв глаза и отрешившись от мира, я призвала свое божественное начало — яркую искорку, притаившуюся в самом центре моей ауры. Раньше она сливалась с золотистыми нитями целительского дара, но теперь пылала, точно звезда, ослепительным светом. Я потянулась к ней, открывая душу и сердце, принимая не только рассудком, но и всем своим существом — и искорка вспыхнула. В разные стороны полетели тонкие нити, окутывая меня, пронизывая насквозь, придавая мне сил.
— Я Мианель, наследная принцесса Северного моря и Ста Скалистых островов, дочь короля Веллиана, последняя из рода Луадов! — словно издалека услышала я собственный голос. — Силой, данной мне по праву рождения, призываю подвластную мне стихию!
Рев огня заглушил мои слова, но они были услышаны. Тихий подземный гул отозвался под ногами легкой дрожью, с потолка посыпался песок.
Демон Баалтуур взвыл, оборачиваясь в воздухе огненным смерчем, но не успел. Земля содрогнулась, древний замок Гленниморских королей вздрогнул, сходя со своего основания, и огромная трещина расколола пещеру надвое. Хлынул поток ледяной воды. Тяжелые волны, с силой выплескивавшиеся одна за другой, взмыли вверх, ударили в низкий свод и обрушились вниз, сбивая с ног, накрывая с головой.
Огонь отступал, поверженный натиском подземной реки. Крики отчаяния и боли захлебывались в холодной воде. Я видела тела в черных плащах — вода тащила их за собой в пропасть, переворачивая и ломая, будто игрушечные.
— Дитя Океана! — прогремел надо мной голос демона. — Отзови воду, отпусти меня!
Его обладатель был похож на уголь, залитый водой: мокрый, дымящийся и шипящий.
— Чтобы ты опять напал на меня? — я покачала головой.
Его хозяин — теперь я в этом не сомневалась — завывал на одной ноте, вцепившись в рубин. Вода, вырвавшаяся из-под земли, бесновалась вокруг алтаря, будто живая, и пыталась его слизнуть, утащить туда, откуда пришла сама.
— Ты знаешь, что я не волен в своих поступках! — голос, подобный реву огня, оглушал, но уже не вызывал страха. Баалтуур с ненавистью смотрел в сторону гранитного постамента. — Ты тоже владеешь одним из нас. Разве не знаешь, как заманчива власть над сильнейшим?
— Нет, не знаю.
Баалтуура столько лет кормят чужими жизнями. Вряд ли он хочет снова сгинуть в безвестности, где-нибудь на дне пропасти. Скорее, будет защищать своего носителя до конца. А пока жив носитель — дух эриллиума тоже неуязвим.
Что ж, пора загнать его назад в камень.
«Анновиран!» — призвала я эриллиум Рианнон, невидимым браслетом обвивший мою руку.
«Чего желает принцесса?» — он ответил мгновенно.
«Баалтуур твой. И его сила — твоя награда».
Все, что я почувствовала, это вздох удовлетворения, шедший, казалось, одновременно со всех сторон. Дух моего эриллиума выскользнул из своей темницы столбом обжигающе-холодного света. Закричал глава дознавателей, проклиная меня, приказывая демону покончить со мной. Но его раб был уже занят другим врагом. Вода замкнула его в кольцо, не давая вырваться, и смертельный сон проник в самое сердце. Баалтуур еще боролся, его огонь вспыхивал жаркими искрами, но ноги уже не могли держать, и огромное мощное тело медленно опускалось на колени.
Тяжелая волна ударила в алтарь и, повинуясь моей воле, подхватила последнего мага. Она подняла его к своду пещеры, а потом стремительно обрушилась вниз, увлекая его за собой. Тело с глухим стуком упало на камни и осталось лежать. Холодные воды медленно отступили, уползая в расщелину.
Свечи и факелы давно погасила вода, но подземное святилище наполнял красноватый свет, шедший от стен и потолка. Мелкие красные искры, впаянные в черный камень, сверкали и переливались, и их было вполне достаточно, чтобы разогнать мрак подземелья.
Подчиняясь моей воле, сильфы разорвали цепи и осторожно спустили Рурка на пол, рядом с его мучителем. Эбелайн был без сознания. Мой верный паладин, пожертвовавший собой ради меня, как и Тайруг.
