Пора заняться проверкой охранной системы, пересмотреть записи камеры. Поглядываю на Антера, прямо не верится, чем мы вчера занимались. Какое счастье, что вопросов не задаёт. Ещё пара таких приключений, и начнёт же что-то подозревать.
Уж лучше пусть подозревает, чем к кому-нибудь в руки попадёт. Поскорей бы тебя отсюда увезти…
Раздается звонок коммуникатора — надо же, Клим. Антер подозрительно мрачнеет, как же мне разобраться в твоих эмоциях? Похоже, моя просьба улетела в пространство, ничего объяснять не намерен.
Отвечаю — так, чтобы Антера видно не было. Отводит взгляд, молчит. Уйти не прошу.
— Простите, госпожа Ямалита, я вас не отвлекаю? — спрашивает Клим. — Вы обедаете?
Завтракаю вообще-то. Улыбаюсь:
— Нет-нет, всё в порядке. Что-нибудь случилось?
— Просто видел в новостях, что вчера музей истории Тарина эвакуировали, ведь вы же туда собирались, решил узнать, как вы. Надеюсь, не попали?
— Как раз-таки попала, — смеюсь. — Всё нормально, заблудилась только, петляла длиннющими катакомбами, потом под дождём намокла, какой-то выход боковой нашла.
— Там же один зал, как вы так?
— Сама удивляюсь, — хихикаю. — Зашла в какую-то дверь, а выхода не нашла. Думала поскорее до лифта добраться…
Вдохновенно расписываю свои блуждания и идиотскую систему помещений музея, жалуюсь на охрану — в общем, подтверждаю свой образ. Мило прощаюсь, приглашать пока никуда не хочу. Устала ужасно, имею право передохнуть несколько дней.
— Знаешь, что пишут о вчерашнем? — вдруг спрашивает Антер. Смотрю вопросительно, продолжает: — Оказывается, "неожиданно сработала система аварийного оповещения, пришлось эвакуировать посетителей", приносят извинения, ничего серьёзного…
— Хорошо бы, — отзываюсь. — О психах, спускавшихся по пожарной лестнице, ничего не говорят?
— Нет, — смеётся. — Даже о заблудившейся госпоже не сообщили.
Улыбаюсь. Продолжает что-то рассматривать, вдруг выдаёт:
— "В ночь на субботу возмутители спокойствия летали над морем между столицей и Ровланом. Потревоженному береговому патрулю не удалось поймать злоумышленников. Любые сведенья, которые могут помочь, будут с благодарностью рассмотрены…" Это не ты там летала? — улыбается. — Дата как раз совпадает…
Сердце пропускает удар и улетает в пятки. С трудом удерживаю мимику.
— Конечно, кто ж ещё, — смеюсь. — Похулиганить захотелось.
Бросает на меня взгляд, будто хочет что-то спросить. Но молчит. Не представляю, как это понимать: то ли по-прежнему не может успокоиться, где я ночью была, то ли всё-таки что-то заподозрил…
После еды иду в гостиную, беру сетевик, загружаю данные с охранной системы и камеры.
Антер какое-то время сидит рядом, посматриваю на него, иногда кажется, будто хочет что-то сказать, иногда — что тоже чем-то увлечён. Молчит.
Хм, после того, как к двери привезли букет Селия, какая-то проходящая мимо девица заглянула в него. Похоже, что-то подбросила. Интересно, это было распоряжение Селия — забрать обратно, или кто-то другой решил прихватить? Кажется, прими я цветы — занесла бы в дом какое-то подслушивающее устройство. Вспоминаю, о чем мы с Антером говорили у порога… вроде ничего страшного.
Надо же, когда Уилла меня караулила, Антер камеру подвинул, чтобы её машина попадала в ракурс записи. Не удерживаюсь, бросаю на него взгляд. Умничка мой.
Долго сижу, разбираюсь, Антер молча уходит в гамак. Хочется на всё плюнуть и броситься за ним. Но заставляю себя досмотреть информацию, проверить контуры. Никаких "жучков" ко мне, похоже, не подсылали, система ничего не заметила. Один раз из пролетающей мимо машины пытались просканировать охранку, кстати, уже после катания на яхте. За это не переживаю, охранка выдаёт набор характеристик и соответствие одной из сложных и очень дорогих моделей. Видимо, размышляют пока, как её обойти, не привлекая внимания. Ну и пускай осторожничают, мне же лучше. Думаю, если бы меня в чём-нибудь подозревали, проявили бы больше настойчивости.
Антер
Ямалита снова чем-то занята, или не хочет разговаривать. Размечтался, думал, хоть что-то изменится.
Не идут из головы слова о том, что нужно бы мне счёт сделать. А ведь в сети тоже можно зарабатывать. Не в местной, в общей. При условии, что на Тарине это не запрещается и не контролируется. Копейки, конечно, да и не выведешь с виртуального счёта без документов, но хоть что-то. Хоть цветы ей купить.
О чём я думаю, краснею, какие цветы, на букет, как у Селия, и за год не заработаю. На что эти гроши могут здесь понадобиться. За сетевик тоже не скоро удалось бы вернуть. Да и вообще, от одной мысли, что в любой момент всё может оборваться, а я — оказаться чёрти где, в чужом доме, у новых хозяев… руки опускаются.
Столько обещала, что не продаст, так хочется верить. И всё равно липкий страх каждый раз накрывает с головой, и чем дальше, тем невыносимее мысль о самой возможности. Откуда мне знать, в какой момент и по какому поводу решишь передумать?
Всё-таки нужно будет что-нибудь поискать. Хоть мороженое оплатить.
Тали сидит в своём сетевике до вечера, успеваю и в зале позаниматься, и ещё раз комбайн запустить. Так тянет позвать её, но хотела бы — сама бы вышла.
Тамалия
Следующий день проходит в каком-то странном вязком состоянии. Мы ходим, разговариваем, вроде как обычно, стараемся улыбаться, но чего-то не хватает, и не могу больше себя останавливать, ещё немного — просто не выдержу, полезу выяснять, в чём же, чёрт возьми, дело, полезу обнимать, мне этого до зубной боли хочется…
Занятия в спортзале стараюсь разносить по времени с ним, хотя иногда просто мечтаю позаниматься вдвоём… Надоели эти запреты!
Вроде со всем уже разобралась, даже музейный фильм пересмотрела — ничего нового в нём не обнаружила. Могу позволить себе отдохнуть, забрасываю сетевик в сейф, даже на звонки отвечать не хочется. Хорошо, что никто и не звонит. Тишина. Ещё бы понять, что с Антером происходит. И происходит ли, может, это всего лишь мои домыслы? А он себе отдыхает, ни о чём не думая: спокойно, и ладно. Отдыхай, мой хороший. Ты честно заслужил.
Вечером лежит в гамаке, и кажется, всё на свете отдам, чтобы ещё хоть раз полежать там с ним!
Не могу смотреть на него из окна, господи, как же я хочу к нему.
Не выдерживаю. Выхожу, сажусь на веранду. Нужно было окошко захватить, поискать наконец-то какой-нибудь обеденный уголок.
— Госпожа? — замечает, поднимается. — Что-нибудь нужно?
— Отдыхай, — говорю. Но он уже успел встать, посматривает то на меня, то на гамак.
— Вы, может, тоже хотите полежать?
