Разумеется, все эти страдания бедного губернатора не вполне достигали того, чего он желал: киевляне узнавали Фундуклея и от любви к этому тихому человеку старались не нарушать его уединения. Образованные люди, заметив его большую фигуру, закрытую зонтиком, говорили: «Вот идет прекрасная испанка», а простолюдины проверяли по нему время, сказывая: «Седьмой час – вон уже дьяк с горы спускается».
«Дьяком» называли Фундуклея потому, что в своем длинном английском ватошнике он очень напоминал известную киевлянам фигуру Златоустовского дьячка Котина, который в таком же длинном ватошнике сидел на скамеечке с тарелочкой и кропильницей у деревянной церкви Иоанна Златоуста и «переймал богомулов», уговаривая их «не ходить на Подол до братчиков, бо они дуже учени и переучена, а класти упрост жертву Ивану». Издали дьяк Котин и губернатор Фундуклей в английском капоте имели по фигуре много сходства. Чтобы выпотнение шло сильнее, губернатор делал свои вечерние прогулки не по ровной местности в верхней плоскости города, где стоит губернаторский дом на Липках, а спускаясь вниз по Институтской горе, шел Крещатиком и потом опять поднимался в Липки, по крутой Лютеранской горе, где присаживался для кратковременного отдыха на лавочке у дома портного Червяковского, а потом, отдохнув, шел домой.
Такой курс держал он и в тот теплый вечер, когда шел случившийся проездом в Клеве князь Петр Иванович Трубецкой.
Фундуклей шел, понурив голову и закрывая лицо распущенным без надобности зонтиком, а Трубецкой «пер» своей гордой растопыркой, задрав лицо кверху. Они столкнулись. Трубецкой получил легкое прикосновение к локтю, но сам вышиб этим локтем у Фундуклея зонтик и шнурок, на котором шла собачка.
Грузный Иван Иванович, ничего не сказав, сделал очень тяжелое для него усилие, чтобы поймать и поднять покатившийся зонтик, а в это время убежала его собачка, шнурок которой ему было еще труднее схватить, чем зонтик.
Трубецкой же рассердился, затопал и закричал:
– Знаешь ли, кто я? Знаешь ли, кто я?
– Не знаю, – отвечал Фундуклей.
– Я губернатор!
– Ну так что же делать, – рассеянно произнес Иван Иванович, – я и сам тоже губернатор!
В это время на небе блеснула луна, и случившийся на улице квартальный, узнав Фундуклея, поймал и подвел к нему на шнурке его собачку.
Тут Трубецкой воочию убедился, что перед ним в самом деле, должно быть, губернатор, и поспешил возвратиться в гостиницу в гневе и досаде».
Про губернатора ходило множество слухов. Горожане считали его большим чудаком и, как уже упоминалось, простодушно звали «дьяком» за его странные одеяния и «прекрасной испанкой» за попытку прикрыться зонтиком. О мучительной болезни доброго самаритянина они и не подозревали, как не знали и о том, что Фундуклей знал почти все европейские языки, так как говорил он на них крайне редко – лишь с избранными иностранцами. А соотечественники тем временем раскрывали рот. «Да наш губернатор и на фортепиано играет. Не знали? Очень даже неплохо. Каждую неделю передаю ему самые модные нотные партитуры», – говорил почтальон, таща очередную депешу в дом на Липках.
И все же киевляне, даже принимая во внимание некоторую «чудаковатость» в поведении своего начальника, любили Фундуклея безгранично и, расставаясь с ним 11 апреля 1852 года, рыдали и клялись в том, что не забудут его никогда! В 1869 году во время упорядочения названий городских улиц Кадетская была переименована в Фундуклеевскую. (В 1919 году новая власть назвала эту улицу именем Ленина, а в 1993 году ее опять переименовали… в улицу Богдана Хмельницкого.) В 1872 году признательные горожане избрали Ивана Ивановича почетным гражданином Клева. Подобной прижизненной славы администраторы удостаивались очень редко… Задолго до революции киевляне даже мечтали поставить прижизненный памятник «отцу и благодетелю», но планам этим не суждено было сбыться. Возможно, к счастью, так как монумент «царському посiпацi та ще й душителю Шевченка» непременно уничтожили бы либо националисты, либо большевики. Сам Иван Иванович помнил о Клеве всю жизнь и до конца своих дней не порывал связи с «Матерью городов Русских», отзываясь на всякое благое дело.
Деятельность свою Иван Иванович продолжил в Варшавском департаменте правительственного сената, куда его перевел на службу Николай I, одновременно сделав тайным советником. Весь свой досуг Иван Иванович отдавал тщательному изучению экономической жизни края. Результатом его трудов явились обстоятельные монографии о разных отраслях местного хозяйства. Особенно замечательна его работа о лесах в Царстве Польском. Все эти труды послужили богатым материалом для Н. А. Милютина во время подготовительных работ по освобождению крестьян в Привислинских губерниях. Ко времени пребывания Фундуклея в Варшаве относится и его большая работа по составлению «Статистического обозрения расходов на военные потребности России с 1649 по 1825 год». В 1865 году Фундуклей был назначен вице-председателем государственного совета Царства Польского. Он также председательствовал в комиссии, которой был поручен перевод на русский язык всех сборников административных распоряжений Царства Польского, благодаря чему эта огромная работа была успешно завершена за три года.
В 1867 году Фундуклея отозвали в Петербург, где вскоре он стал членом Госсовета России и разрабатывал законы империи. В 1874 году русское правительство отметило Ивана Ивановича высшей наградой – орденом Святого апостола Андрея Первозванного.
Вскоре Иван Фундуклей вследствие почтенного возраста оставил службу. Последний год его жизни был связан с Москвой. Семейная жизнь Ивана Ивановича так и не сложилась, и до конца своих дней он был одиноким. 22 августа 1880 года в возрасте 76 лет известный киевский меценат скончался, и все его гигантское состояние досталось внучатым племянницам – княгиням Голицыным. Фундуклей был похоронен на кладбище Донского монастыря.
При жизни этот удивительный человек заслужил репутацию чудака. На самом же деле он был не чудаком, а чудом! Не чиновником – настоящей легендой! Кажется невероятным, но полтора столетия назад во всей Российской империи лишь два губернатора не брали взяток. Одним из них был Ковенский губернатор Радищев, другим – Киевский гражданский губернатор Фундуклей. К тому же Иван Иванович всю свою сознательную жизнь направлял свои честно унаследованные и заработанные капиталы на благотворительные цели. Клев должен быть благодарен этому замечательному человеку за то, что получил в наследство.
ХЬЮЗ ГОВАРД
(род. в 1905 г. – ум. в 1976 г.)
Он стал первым человеком в мире, чье состояние превысило один миллиард долларов. Но при этом Хьюз страдал патофобией (боязнь болезней вообще) с отчетливо выраженной молизмофобией (боязнь инфекции), что привело его к печальной кончине.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
